Site map 1Site map 2Site map 3Site map 4Site map 5Site map 6Site map 7Site map 8Site map 9Site map 10Site map 11Site map 12Site map 13Site map 14Site map 15Site map 16Site map 17Site map 18Site map 19Site map 20Site map 21Site map 22Site map 23Site map 24Site map 25Site map 26Site map 27Site map 28Site map 29Site map 30Site map 31Site map 32Site map 33Site map 34Site map 35Site map 36Site map 37Site map 38Site map 39Site map 40Site map 41Site map 42Site map 43Site map 44Site map 45Site map 46Site map 47Site map 48Site map 49Site map 50Site map 51Site map 52Site map 53Site map 54Site map 55Site map 56Site map 57Site map 58Site map 59Site map 60Site map 61Site map 62Site map 63Site map 64Site map 65Site map 66Site map 67Site map 68Site map 69Site map 70Site map 71Site map 72Site map 73Site map 74Site map 75Site map 76Site map 77Site map 78Site map 79Site map 80Site map 81Site map 82Site map 83Site map 84Site map 85Site map 86Site map 87Site map 88Site map 89Site map 90Site map 91Site map 92Site map 93Site map 94Site map 95Site map 96Site map 97Site map 98Site map 99Site map 100Site map 101Site map 102Site map 103Site map 104Site map 105Site map 106Site map 107Site map 108Site map 109Site map 110Site map 111Site map 112Site map 113Site map 114Site map 115Site map 116Site map 117Site map 118Site map 119Site map 120Site map 121Site map 122Site map 123Site map 124Site map 125Site map 126Site map 127Site map 128Site map 129Site map 130Site map 131Site map 132Site map 133Site map 134Site map 135Site map 136Site map 137Site map 138Site map 139Site map 140Site map 141Site map 142Site map 143Site map 144Site map 145Site map 146Site map 147Site map 148Site map 149Site map 150Site map 151Site map 152Site map 153Site map 154Site map 155Site map 156Site map 157Site map 158Site map 159Site map 160Site map 161Site map 162Site map 163Site map 164Site map 165Site map 166Site map 167Site map 168Site map 169Site map 170Site map 171Site map 172Site map 173Site map 174Site map 175Site map 176Site map 177Site map 178Site map 179Site map 180Site map 181Site map 182Site map 183Site map 184Site map 185Site map 186Site map 187Site map 188Site map 189Site map 190Site map 191Site map 192Site map 193Site map 194Site map 195Site map 196Site map 197Site map 198Site map 199Site map 200Site map 201Site map 202Site map 203Site map 204Site map 205Site map 206Site map 207Site map 208Site map 209Site map 210Site map 211Site map 212Site map 213Site map 214Site map 215Site map 216Site map 217Site map 218Site map 219Site map 220Site map 221Site map 222Site map 223Site map 224Site map 225Site map 226Site map 227Site map 228Site map 229Site map 230Site map 231Site map 232Site map 233Site map 234Site map 235Site map 236Site map 237Site map 238Site map 239Site map 240Site map 241Site map 242Site map 243Site map 244Site map 245Site map 246Site map 247Site map 248Site map 249Site map 250Site map 251Site map 252Site map 253Site map 254Site map 255Site map 256Site map 257Site map 258Site map 259Site map 260Site map 261Site map 262Site map 263Site map 264Site map 265Site map 266Site map 267Site map 268Site map 269Site map 270Site map 271Site map 272Site map 273Site map 274Site map 275Site map 276Site map 277Site map 278Site map 279Site map 280Site map 281Site map 282Site map 283Site map 284Site map 285Site map 286Site map 287Site map 288Site map 289Site map 290Site map 291Site map 292Site map 293Site map 294Site map 295Site map 296Site map 297Site map 298Site map 299Site map 300Site map 301Site map 302Site map 303Site map 304Site map 305Site map 306Site map 307Site map 308Site map 309Site map 310Site map 311Site map 312Site map 313Site map 314Site map 315Site map 316Site map 317Site map 318Site map 319Site map 320Site map 321Site map 322Site map 323Site map 324Site map 325Site map 326Site map 327Site map 328Site map 329Site map 330Site map 331Site map 332Site map 333Site map 334Site map 335Site map 336Site map 337Site map 338Site map 339Site map 340Site map 341Site map 342Site map 343Site map 344Site map 345Site map 346Site map 347Site map 348Site map 349Site map 350Site map 351Site map 352Site map 353Site map 354Site map 355Site map 356Site map 357Site map 358Site map 359Site map 360Site map 361Site map 362Site map 363Site map 364Site map 365Site map 366Site map 367Site map 368Site map 369Site map 370Site map 371
english


 
 

О нас | О проекте | Как вступить в проект? | Подписка

 

Разделы сайта

Новости Армии


Вооружение

Поиск
в новостях:  
в статьях:  
в оружии и гр. тех.:  
в видео:  
в фото:  
в файлах:  
Реклама

ОКБ имени М.Л. Миля
Описание
Характеристики
Исторические сведения
Фотографии (898)
Рисунки (3)
Файлы (3)
Схемы (14)
Видео (25)
Модификации (18)
Статьи (3)
Новости (280)
Опытный вертолет В-24 в испытательном полете

Ми-24 - многоцелевой транспортно-боевой вертолёт

Год принятия на вооружение: 1972

Боевое применение
Отправить другу

Пер­вой «го­ря­чей точ­кой» на тер­ри­то­рии СССР стал На­гор­ный Ка­ра­бах. Эки­па­жи Ми-24 ар­мей­ской авиа­ции при­вле­ка­лись для пат­ру­ли­ро­ва­ния над оча­га­ми бое­вых дей­ст­вий, со­про­во­ж­де­ния ав­то­ко­лонн и транс­порт­ных вер­то­ле­тов, по­дав­ле­ния ог­не­вых то­чек. Обе вра­ж­дую­щие сто­ро­ны об­стре­ли­ва­ли про­ле­таю­щие ар­мей­ские вер­то­ле­ты из всех, имею­щих­ся в их рас­по­ря­же­нии, ви­дов ору­жия. В ян­ва­ре 1990-го Ми-24 при­вле­ка­лись при вво­де войск в Ба­ку, а под Гян­жой один вер­то­лет под­би­ли из про­ти­во­гра­до­вой ус­та­нов­ки. В ию­ле-ав­гу­сте 1991 го­да поя­ви­лись со­об­ще­ния об уча­стии ар­мей­ской авиа­ции на сто­ро­не Азер­бай­джа­на в ка­ра­бах­ском кон­флик­те. В ря­де слу­ча­ев ма­ши­ны по­лу­ча­ли бое­вые по­вре­ж­де­ния. Так, 20 ию­ля в хо­де штур­мов­ки ар­мян­ских по­зи­ций воз­ле се­ла Бу­зу­лук Шау­мя­нов­ско­го рай­она по­лу­чи­ли по­вре­ж­де­ния три Ми-24 и по­лу­чил ра­не­ние штур­ман-о­пе­ра­тор.

Су­ве­рен­ный Азер­бай­джан пу­тем за­хва­та на­цио­на­ли­зи­ро­вал эс­кад­ри­лью Ми-24 на аэ­ро­дро­ме Сан­га­ча­лы. 19 фев­ра­ля 1992 го­да эти ма­ши­ны впер­вые уча­ст­во­ва­ли в бою у се­ла Ка­ра­га­лы. 27 фев­ра­ля азер­бай­джан­ская ар­мия со сто­ро­ны Агдам­ско­го рай­она пред­при­ня­ла круп­но­мас­штаб­ное на­сту­п­ле­ние с ис­поль­зо­ва­ни­ем боль­шо­го ко­ли­че­ст­ва бро­не­тех­ни­ки и бое­вых вер­то­ле­тов на рай­центр Ас­ке­ран и близ­ле­жа­щие ар­мян­ские се­ла. При от­ра­же­нии ата­ки че­ты­рех азер­бай­джан­ских вер­то­ле­тов Ми-24А один из них был сбит ар­мян­ски­ми си­ла­ми са­мо­обо­ро­ны. В даль­ней­шем Азер­бай­джан ши­ро­ко ис­поль­зо­вал бое­вые вер­то­ле­ты для борь­бы с ар­мян­ской бро­не­тех­ни­кой, ук­реп­рай­о­на­ми и ог­не­вы­ми точ­ка­ми. По за­яв­ле­ни­ям ар­мян­ской сто­ро­ны, си­лы са­мо­обо­ро­ны сби­ли три Ми-24 в мар­те 1992 го­да, и по од­но­му - в сен­тяб­ре 1992-го и в сен­тяб­ре 1993 г.

Вско­ре в ар­мян­ской ар­мии поя­ви­лись свои Ми-24, под­клю­чив­шие­ся с ав­гу­ста 1992 го­да к бое­вой ра­бо­те. Вер­то­ле­ты ис­поль­зо­ва­лись по сво­ему пря­мо­му на­зна­че­нию прак­ти­че­ски во всех круп­ных опе­ра­ци­ях, на­при­мер, в Кель­бод­жар­ской. Ча­ще все­го Ми-24 ис­поль­зо­ва­лись для ве­де­ния раз­вед­ки.

По за­яв­ле­нию азер­бай­джан­ско­го ко­ман­до­ва­ния, в сен­тяб­ре и но­яб­ре 1992 го­да Ар­ме­ния по­те­ря­ла два Ми-24. К на­ча­лу 1993 го­да по дан­ным за­пад­ной прес­сы, у Ар­ме­нии име­лось один­на­дцать, а у Азер­бай­джа­на - во­семь Ми-24. Как ни ста­ра­лось ко­ман­до­ва­ние рос­сий­ских вой­ско­вых час­тей в За­кав­ка­зье со­блю­дать ней­тра­ли­тет в На­гор­ном Ка­ра­ба­хе, пол­но­стью из­бе­жать воо­ру­жен­ных столк­но­ве­ний не уда­лось. 3 фев­ра­ля 1992 го­да груп­па Ми-24, со­про­во­ж­дав­шая Ми-26 с ар­мян­ски­ми бе­жен­ца­ми, от­ра­зи­ла ата­ку не­из­вест­но­го Ми-8, но до­ве­сти сво­его по­до­печ­но­го к мес­ту на­зна­че­ния не уда­лось - его сби­ли ПЗРК.

Не­воз­мож­ность даль­ней­ше­го пре­бы­ва­ния рос­сий­ско­го 336-го мо­то­стрел­ко­во­го пол­ка в Сте­па­на­кер­те вы­ну­ди­ло Ми­ни­стер­ст­во обо­ро­ны Рос­сии с 27 фев­ра­ля по 7 мар­та 1992 го­да эва­куи­ро­вать лич­ный со­став и тех­ни­ку. Бое­вые вер­то­ле­ты при­кры­ва­ли транс­порт­ные Ми-6 и Ми-26. В хо­де эва­куа­ции ог­нем с зем­ли под­би­ли один Ми-24, со­вер­шив­ший вы­ну­ж­ден­ную по­сад­ку.

В хо­де кон­флик­та в Юж­ной Осе­тии вер­то­ле­ты цхин­валь­ско­го пол­ка в от­вет на по­сто­ян­ные об­стре­лы из стрел­ко­во­го и круп­но­ка­ли­бер­но­го ору­жия вер­то­лет­ных стоя­нок и жи­ло­го го­род­ка в ию­не 1992 го­да со­вер­ши­ли вы­лет на штур­мов­ку бро­не­тех­ни­ки про­во­ка­то­ров, под­бив БТР.

Че­рез два ме­ся­ца гру­зин­ская ар­мия при­ме­ни­ла Ми-24 в гру­зи­но-аб­хаз­ской вой­не для по­дав­ле­ния оча­гов со­про­тив­ле­ния, унич­то­же­ния бро­не­тех­ни­ки и су­дов аб­ха­зов при вво­де сво­их войск в Су­ху­ми, а так­же про­тив аб­хаз­ских пар­ти­зан. В ночь на 27 де­каб­ря Ми-24, от­ра­жая вы­сад­ку аб­хаз­ских ди­вер­сан­тов, по­вре­ди­ли их ка­тер. В ок­тяб­ре 1992 и ию­ле 1993 го­дов аб­хаз­ские зе­нит­чи­ки сби­ли ПЗРК два гру­зин­ских Ми-24. По­сле аб­хаз­ской вой­ны эти же ма­ши­ны при­ме­ня­лись пра­ви­тель­ст­вен­ны­ми вой­ска­ми в бое­вых опе­ра­ци­ях про­тив воо­ру­жен­ных фор­ми­ро­ва­ний сто­рон­ни­ков звиа­ди­стов.

В гру­зи­но-аб­хаз­ском кон­флик­те по­стра­да­ли и Ми-24 рос­сий­ских ми­ро­твор­че­ских сил, со­про­во­ж­дав­шие транс­порт­ные вер­то­ле­ты с бе­жен­ца­ми и гу­ма­ни­тар­ны­ми гру­за­ми. При этом им дос­та­ва­лось от обе­их вра­ж­дую­щих сто­рон. Пе­рио­ди­че­ски Ми-24 ис­поль­зо­ва­лись для раз­бло­ки­ро­ва­ния рос­сий­ских ав­то­ко­лонн в зо­не кон­флик­та. 11 ию­ня 1998 го­да при под­ле­те к на­се­лен­но­му пунк­ту Га­ли ог­нем с зем­ли по­вре­ди­ли Ми-24 Кол­лек­тив­ных сил по под­дер­жа­нию ми­ра, со­вер­шив­ший вы­ну­ж­ден­ную по­сад­ку. 3 ян­ва­ря 2000 г. в рай­оне го­ро­да Гу­дау­та был сбит рос­сий­ский вер­то­лет Ми-24П.

Чеч­ня

Осе­нью 1994 го­да че­ты­ре Ми-24, при­над­ле­жав­шие Вре­мен­но­му Со­ве­ту Че­чен­ской рес­пуб­ли­ки, поя­ви­лись над Чеч­ней. В хо­де «не­за­ме­чае­мо­го» воо­ру­жен­но­го кон­флик­та ко­ли­че­ст­во Ми-24, дей­ст­во­вав­ших до­воль­но ус­пеш­но, уве­ли­чи­лось. Осе­нью 1994 го­да они со­вер­ши­ли на­ле­ты на аэ­ро­дро­мы Рес­пуб­ли­ки Ич­ке­рия, унич­то­жив и по­вре­див не­ма­ло са­мо­ле­тов и вер­то­ле­тов. В ре­зуль­та­те уда­ра 10 ок­тяб­ря ря­ды сто­рон­ни­ков Ду­дае­ва умень­ши­лись на 24 че­ло­ве­ка. При со­вме­ст­ной штур­мов­ке 23 но­яб­ря «два­дцать­чет­вер­ка­ми» и фе­де­раль­ны­ми Су-25 рас­по­ло­же­ния че­чен­ско­го тан­ко­во­го пол­ка в Ша­ли сре­ди до­го­рав­ших 21 тан­ка и 14 БТР на­шли свою смерть око­ло двух­сот че­ло­век. Че­рез три дня се­мер­ка Ми-24 при­кры­ва­ла с воз­ду­ха без­дар­ный тан­ко­вый рейд сил че­чен­ской оп­по­зи­ции на Гроз­ный, в ко­то­ром по­гиб­ли все тан­ки и один Ми-24.

В на­ча­ле де­каб­ря Ми-24, по офи­ци­аль­ным за­яв­ле­ни­ям, при­над­ле­жав­шие че­чен­ской оп­по­зи­ции, сби­ли не­опо­знан­ный транс­порт­ный са­мо­лет, на­прав­ляв­ший­ся в Азер­бай­джан.

При штур­ме Гроз­но­го вер­то­ле­ты Ми-24 ис­поль­зо­ва­лись на­ря­ду с Ми-8 и штур­мо­ви­ка­ми Су-25 для по­дав­ле­ния опор­ных пунк­тов, объ­ек­тов бое­во­го управ­ле­ния и от­дель­ных бое­вых то­чек.

10 фев­ра­ля 1995 го­да по ко­манд­но­му пунк­ту в ук­реп­рай­о­не бое­ви­ков «Чер­но­ре­чье» на юго-во­сто­ке Гроз­но­го фе­де­раль­ные вой­ска на­нес­ли тре­мя вол­на­ми ком­би­ни­ро­ван­ный удар. Его на­но­си­ла ар­тил­ле­рия, РСЗО, Су-25 и Ми-24.

В го­ро­дах Ар­гун и Ша­ли це­ли для вер­то­ле­тов бы­ли еще бо­лее слож­ны­ми. Про­тив­ник ис­поль­зо­вал в ка­че­ст­ве ук­ры­тий бе­тон­ные же­ло­ба ис­кус­ст­вен­ных ка­на­лов, в не­сколь­ко на­ка­тов пе­ре­кры­тые бе­тон­ны­ми же пли­та­ми. Во­круг опор­но­го пунк­та рас­по­ла­га­лись обыч­но ог­не­вые точ­ки, тан­ки и т.д., от­дель­ные опор­ные пунк­ты со­еди­ня­лись га­ле­рея­ми. НАР С-8 та­кой объ­ект взять не мог, и при­шлось ис­поль­зо­вать С-24 и ПТУ­Ры, де­фи­цит ко­то­рых не за­мед­лил ска­зать­ся. 22 мар­та при от­ра­же­нии на­сту­п­ле­ния бое­ви­ков, по­пы­тав­ших­ся при под­держ­ке тан­ков раз­бло­ки­ро­вать Ар­гун со сто­ро­ны Ша­ли и Гу­дер­ме­са. Ми-24 бы­ло унич­то­же­но 170 бое­ви­ков и 8 еди­ниц тя­же­лой тех­ни­ки - 4 тан­ка и 4 ору­дия. По­сле че­го бое­ви­ки от­сту­пи­ли от го­ро­да. Бое­вое при­ме­не­ние Ми-24 ог­ра­ни­чи­ва­лось не­при­спо­соб­лен­но­стью их бор­то­вых на­ви­га­ци­он­ных сис­тем по­ле­там в слож­ных ме­тео­ро­ло­ги­че­ских ус­ло­ви­ях. Авиа­ци­он­ная под­держ­ка бое­вых дей­ст­вий су­хо­пут­ных войск осу­ще­ст­в­ля­лась пре­иму­ще­ст­вен­но днем и в хо­ро­шую по­го­ду при даль­но­сти пря­мой ви­ди­мо­сти не ме­нее 1,5 км. Ос­нов­ным ору­жи­ем вер­то­ле­тов бы­ли НАР и ПТУР 9М114 «Штурм-В». Пер­вые при­ме­ня­лись толь­ко по пло­ща­дям, ПТУ­Ры - скла­дам бо­е­при­па­сов и бро­не­тех­ни­ке.

Ис­поль­зо­ва­ние сме­шан­ных групп вер­то­ле­тов, в со­став ко­то­рых вво­дил­ся це­ле­ука­за­тель, ста­ло прак­ти­ко­вать­ся лишь с мар­та 1995 го­да. Та­кая прак­ти­ка ока­за­лась удач­ной. На­при­мер, 26 мар­та Ми-8 на­вел 6 Ми-24 из 487-го пол­ка на ско­п­ле­ние бан­ди­тов. В ре­зуль­та­те бы­ло со­жже­но 2 БТР, 17 ав­то­мо­би­лей, а люд­ские по­те­ри про­тив­ни­ка со­ста­ви­ли бо­лее 100 че­ло­век.

За­да­ча ока­за­ния не­по­сред­ст­вен­ной ог­не­вой под­держ­ки вой­скам счи­та­лась для Ар­мей­ской авиа­ции важ­ней­шей. Осо­бое вни­ма­ние бы­ло уде­ле­но со­вме­ст­ным уда­рам по за­щи­щен­ным це­лям ар­мей­ской и фрон­то­вой авиа­ции, а так­же ар­тил­ле­рии. Для ко­ор­ди­на­ции дей­ст­вий бы­ли сфор­ми­ро­ва­ны опе­ра­тив­ные груп­пы, а в час­тях име­лись пе­ре­до­вые авиа­на­вод­чи­ки (ПАН).

Ко­гда на­ча­лись по­пыт­ки вос­ста­нов­ле­ния взо­рван­ных мос­тов, про­тив­ник стал вес­ти об­стре­лы оди­ноч­ны­ми «ко­чую­щи­ми» ору­дия­ми. Для борь­бы с ни­ми бы­ли так­же при­вле­че­ны Ми-24. На­при­мер, дол­го не мог­ли унич­то­жить ору­дие, ус­та­нов­лен­ное на ав­то­мо­би­ле и об­стре­ли­вав­шее строи­те­лей, вос­ста­нав­ли­вав­ших мост у стан­ции Черв­лен­ная-Уз­ло­вая. Пуш­ка де­ла­ла 3-4 вы­стре­ла и бы­ст­ро по­ки­да­ла по­зи­цию, а под­лет­ное вре­мя Ми-24 там со­став­ля­ло око­ло ча­са. Пы­та­лись ис­поль­зо­вать аэ­ро­дром под­ско­ка, но у бан­ди­тов бы­ли на­блю­да­те­ли, ко­то­рые по ра­дио­те­ле­фо­ну со­об­ща­ли бое­ви­кам о пе­ре­дви­же­ни­ях вер­то­ле­тов. То­гда был при­ме­нен от­вле­каю­щий ма­невр. Пер­вая па­ра Ми-24 по­до­шла к пло­щад­ке с обыч­но­го на­прав­ле­ния и про­из­ве­ла по­сад­ку, а вто­рая ис­поль­зо­ва­ла но­вый мар­шрут и се­ла не­за­ме­чен­ной. Про­тив­ник, зная, что на точ­ке его ждет па­ра Ми-24, мол­чал. Че­рез не­ко­то­рое вре­мя пер­вая па­ра взле­те­ла и по стан­дарт­но­му ко­ри­до­ру уш­ла на свой аэ­ро­дром, «под­ста­вив­шись» на­блю­да­те­лю. Вско­ре ору­дие бое­ви­ков вновь на­ча­ло стре­лять, но вто­рая па­ра, взле­те­ла, об­на­ру­жи­ла и унич­то­жи­ла пуш­ку.

Во вре­мя ве­сен­не­го на­сту­п­ле­ния фе­де­раль­ных сил в го­рах па­ра «два­дцать­чет­ве­рок» 31 мая с пер­во­го за­хо­да унич­то­жи­ла клуб в Ве­де­но с на­хо­див­ши­ми­ся в нем шта­бом и мощ­ной ра­дио­стан­ци­ей бое­ви­ков. Сде­лав еще два за­хо­да, они раз­ру­ши­ли зда­ние осо­бо­го от­де­ла и во­ен­ной ко­мен­да­ту­ры.

К на­ча­лу мар­та 1995 го­да ар­мей­ская авиа­ция по­те­ря­ла два Ми-24. 30 ап­ре­ля в рай­оне на­се­лен­но­го пунк­та Ги­ля­ны ог­нем из зе­нит­но­го пу­ле­ме­та бое­ви­ки по­вре­ди­ли еще один бое­вой вер­то­лет, со­вер­шив­ший вы­ну­ж­ден­ную по­сад­ку в Да­ге­ста­не. 24 мая при вы­пол­не­нии по­ле­та над се­ле­ни­ем Че­чен-А­ул ду­да­ев­цы сби­ли тре­тий Ми-24.

Ве­че­ром 4 ию­ня на юго-во­сто­ке Чеч­ни в рай­оне на­се­лен­но­го пунк­та Но­жай-Юрт бое­ви­ки сби­ли чет­вер­тый Ми-24.

Авиа­ция Су­хо­пут­ных войск вы­пол­ни­ла в хо­де 1-й Че­чен­ской вой­ны бо­лее 12000 по­ле­тов, что в 6 раз пре­вы­ша­ло за­пла­ни­ро­ван­ное ко­ли­че­ст­во. Бы­ло унич­то­же­но 16 тан­ков, 28 БТР, 41 пус­ко­вая ус­та­нов­ка «Град» и мно­го дру­гой тех­ни­ки. Ос­нов­ным ору­жи­ем Ми-24 на­ря­ду с пуш­ка­ми и пу­ле­ме­та­ми по-преж­не­му бы­ли НАР С-8, но и ПТУР при­ме­ня­лись дос­та­точ­но ак­тив­но. На 40 из­рас­хо­до­ван­ных не­управ­ляе­мых сна­ря­дов (два бло­ка Б-20) при­хо­дил­ся при­мер­но один «Штурм».

В 1994-1995 про­ти­во­воз­душ­ная обо­ро­на че­чен­ских бое­ви­ков бы­ла пред­став­ле­на в ос­нов­ном зе­нит­ны­ми пу­ле­мет­ны­ми ус­та­нов­ка­ми ЗПУ и ЗГУ, 23-мм пуш­ка­ми ЗУ-23-2, ус­та­нов­лен­ны­ми на ав­то­мо­би­ли, не­сколь­ки­ми ус­та­рев­ши­ми 37-мм ору­дия­ми (сна­ря­дов к ним ока­за­лось ма­ло), а так­же не­сколь­ки­ми про­ти­во­ла­вин­ны­ми ору­дия­ми ка­либ­ра 85 и 100 мм. На на­чаль­ный пе­ри­од опе­ра­ции счи­та­лось, что ПЗРК у про­тив­ни­ка от­сут­ст­ву­ют, но в даль­ней­шем бы­ли от­ме­че­ны слу­чаи их при­ме­не­ния, хо­тя и не­мно­го­чис­лен­ные. Про­тив вер­то­ле­тов пы­та­лись дей­ст­во­вать снай­пе­ры, ис­поль­зуя вин­тов­ки СВД, ка­ра­би­ны СКС и да­же гра­на­то­ме­ты.

Во вре­мя 2-й Че­чен­ской Ми-24 ис­поль­зо­ва­лись с уче­том опы­та 1994-1995 го­дов. Не смот­ря на раз­ные «ре­фор­мы», в ос­но­вах дея­тель­но­сти Ар­мей­ской авиа­ции ма­ло что по­ме­ня­лось, ос­та­лась преж­ней и так­ти­ка. Хо­тя дек­ла­ри­ро­ва­лось бо­лее ши­ро­кое при­ме­не­ние вы­со­ко­точ­но­го ору­жия, в от­но­ше­нии Ми-24 име­ла ме­сто об­рат­ная тен­ден­ция - ко­ли­че­ст­во НАР С-8 на один ПТУР вы­рос­ло с 40 до 50. Вме­сте с тем до­ля ра­кет­но­го ору­жия всех ти­пов, ис­поль­зо­ван­но­го с бор­та Ми-24 по от­но­ше­нию к пу­ле­ме­там, пуш­кам и авиа­бом­бам за­мет­но воз­рос­ла.

Но про­тив­ник то­же хо­ро­шо «вы­учил уро­ки» пер­вой Че­чен­ской. Ис­поль­зуя раз­лич­ные кри­ми­наль­ные ка­на­лы и по­мощь из-за ру­бе­жа, бое­ви­ки смог­ли при­об­ре­сти боль­шое ко­ли­че­ст­во со­вре­мен­но­го лег­ко­го воо­ру­же­ния, в том чис­ле ПЗРК, ав­то­мо­би­ли-в­не­до­рож­ни­ки, со­вре­мен­ные сред­ст­ва свя­зи, сис­те­мы пе­лен­га­ции и ра­дио­пе­ре­хва­та, при­бо­ры ноч­но­го ви­де­ния и мно­гое дру­гое. Они тща­тель­но изу­чи­ли так­ти­ку фе­де­раль­ных войск, под­го­то­ви­ли боль­шое ко­ли­че­ст­во снай­пе­ров, раз­вед­чи­ков и ди­вер­сан­тов.

Все это при­ве­ло к то­му, что по­те­ри бое­вых вер­то­ле­тов по срав­не­нию с 1995 го­дом воз­рос­ли. Так толь­ко в пер­вой фа­зе кон­флик­та Авиа­ция Су­хо­пут­ных войск ли­ши­лась де­вя­ти Ми-24.

По­сле то­го, как фе­де­раль­ные си­лы вы­би­ли ва­хаб­би­тов с тер­ри­то­рии Да­ге­ста­на и взя­ли под кон­троль боль­шин­ст­во круп­ных на­се­лен­ных пунк­тов са­мой Чеч­ни, бое­ви­ки уш­ли в го­ры и дей­ст­во­ва­ли чрез­вы­чай­но эф­фек­тив­но ис­поль­зуя так­ти­ку «бей и убе­гай», при­чем объ­ек­та­ми атак из за­сад ста­но­ви­лись и ле­та­тель­ные ап­па­ра­ты.

Так, 31 ав­гу­ста 2002 го­да в гор­ной ме­ст­но­сти у ау­ла Мех­ке­та ЗУР «Иг­ла» был сбит Ми-24, в ко­то­ром по­гиб­ли 2 че­ло­ве­ка. При­мер­но че­рез ме­сяц, 26 сен­тяб­ря, дру­гой Ми-24, су­мев ук­ло­нить­ся от че­ты­рех ра­кет, но пя­тая его, та­ки, дос­та­ла. Двое на бор­ту по­гиб­ли. Не обош­лось и без ка­та­ст­роф по раз­ным «при­род­ным и тех­ни­че­ским» при­чи­нам.

Ог­не­вое про­ти­во­дей­ст­вие эки­па­жам ар­мей­ской авиа­ции, при про­ве­де­нии бое­вых вы­ле­тов, ока­зы­ва­лось в ос­нов­ном стрел­ко­вым ору­жи­ем ка­либ­ра 5,45 и 7,62 мм: в ре­зуль­та­те ко­то­ро­го вер­то­ле­ты по­лу­ча­ли от 1 до 56 про­бо­ин. Наи­бо­лее час­то при об­стре­лах зем­ли по­вре­ж­да­лась, как и в Аф­га­ни­ста­не, цен­траль­ная часть фю­зе­ля­жа - до 38%, не­су­щий и ру­ле­вой ви­ты до 24%, хво­сто­вая и кон­це­вая бал­ки до 15%. Наи­бо­лее опас­ны­ми по­вре­ж­де­ния­ми Ми-24 бы­ли: по­вре­ж­де­ния ос­тек­ле­ния эки­па­жа (19 слу­ча­ев); по­вре­ж­де­ние тру­бо­про­во­дов то­п­лив­ной и гид­рав­ли­че­ской сис­тем (7 слу­ча­ев) и тро­сов управ­ле­ния ру­ле­вым вин­том (7 слу­ча­ев). Не­дос­та­точ­ная жи­ву­честь то­п­лив­ной сис­те­мы Ми-24 при­ве­ла к то­му, что по­па­да­ние од­ной 7,62-мм пу­ли в тру­бо­про­во­ды ос­нов­ной и вспо­мо­га­тель­ной гид­ро­сис­тем в рай­оне гру­зо­вой ка­би­ны при­ве­ло к по­те­ре вер­то­ле­та. За­фик­си­ро­ва­но 10 слу­ча­ев бое­вых по­вре­ж­де­ний то­п­лив­ных ба­ков Ми-24, про­тек­ти­ро­ва­ние ко­то­рых ни в од­ном слу­чае не пре­дот­вра­ти­ло течь то­п­ли­ва да­же при по­па­да­нии 5,45-мм пу­ли.

За вре­мя про­ве­де­ния контр­тер­ро­ри­сти­че­ской опе­ра­ции с 9 ав­гу­ста 1999 г. по 19 ию­ня 2000 г.боевые по­те­ри со­ста­ви­ли 9 Ми-24.

Аф­га­ни­стан

Пер­во­на­чаль­ные пла­ны раз­вер­ты­ва­ния со­вет­ских час­тей при вво­де в Аф­га­ни­стан пре­ду­смат­ри­ва­ли лишь раз­ме­ще­ние гар­ни­зо­нов в го­ро­дах, ох­ра­ну до­рог и пред­при­ятий и не пред­по­ла­га­ли мас­штаб­ных бое­вых дей­ст­вий. Оче­вид­но, по­это­му в ДРА на­пра­ви­ли не­зна­чи­тель­ное чис­ло Ми-24: к на­ча­лу 1980 го­да в со­ста­ве ОКСВ их на­счи­ты­ва­лось все­го 6.

Вер­то­ле­ты ОКСВ при­ня­ли уча­стие в пер­вой же бое­вой опе­ра­ции ут­ром 9 ян­ва­ря 1980 г. Под­раз­де­ле­ния 186-го мо­то­стрел­ко­во­го пол­ка, уси­лен­ные тан­ка­ми и ар­тил­ле­ри­ей по прось­бе аф­ган­ско­го ру­ко­во­дства на­пра­ви­ли из Кун­ду­за в На­хрин для ра­зо­ру­же­ния вос­став­ше­го в на­ча­ле го­да 4-го арт­пол­ка аф­ган­ской ар­мии. Го­лов­ная по­ход­ная за­ста­ва со­вет­ской ко­ло­ны, прой­дя око­ло 4 км, бы­ла ос­та­нов­ле­на сот­ней всад­ни­ков. Со­про­во­ж­дав­шие ко­ло­ну бое­вые вер­то­ле­ты ата­ко­ва­ли про­тив­ни­ка и рас­сея­ли мя­теж­ни­ков. При даль­ней­шем дви­же­нии по мар­шру­ту бое­вые вер­то­ле­ты со­вме­ст­но с тан­ко­вым взво­дом от­ра­зи­ли на­па­де­ние по­лу­то­ра со­тен мя­теж­ни­ков воо­ру­жен­ных стрел­ко­вым ору­жи­ем и тре­мя ору­дия­ми у юж­ной ок­раи­ны Ишак­чи. К ве­че­ру 9 ян­ва­ря под­раз­де­ле­ния 186-го пол­ка, пре­одо­лев со­про­тив­ле­ние еще не­сколь­ких групп про­тив­ни­ка, с не­сколь­ких на­прав­ле­ний во­шли в На­хрин и бло­ки­ро­ва­ли во­ен­ный го­ро­док 4-го пол­ка. В 10 ча­сов 10 ян­ва­ря мо­то­стрел­ки, не по­ки­дая БМП, под при­кры­ти­ем бое­вых вер­то­ле­тов вы­дви­ну­лись к ка­зар­мам, спе­ши­лись и ра­зо­ру­жи­ли вос­став­ших.

В вер­то­лет­ных час­тях «два­дцать­чет­вер­ки» иг­ра­ли роль ли­де­ров, ис­поль­зу­ясь в ос­нов­ном для раз­вед­ки и при­кры­тия вы­сад­ки на за­ни­мае­мые аэ­ро­дро­мы. Так, ран­ним ут­ром 1 ян­ва­ря 1980 го­да пе­ред вы­ле­том на Кан­да­гар боль­шой груп­пы Ми-6 и Ми-8 с де­сант­ни­ка­ми на един­ст­вен­ном в 280-м овп Ми-24А ко­ман­дир пол­ка Вла­ди­мир Бу­ха­рин пер­вым про­шел по мар­шру­ту, про­ло­жив путь ос­таль­ным. В этот же день пе­ре­бро­шен­ные из Аш­ха­ба­да вер­то­ле­ты штур­мо­ва­ли ог­не­вые точ­ки у при­гра­нич­но­го пе­ре­ва­ла Ра­ба­ти-Мир­за, рас­чи­щая до­ро­гу дви­жу­щим­ся на Ге­рат и Шин­данд ко­лон­нам.

Уже в по­след­них чис­лах фев­ра­ля ВТА на­ча­ла спеш­ную пе­ре­бро­ску еще двух эс­кад­ри­лий Ми-24Д. Ми-24 раз­мес­ти­ли и на при­гра­нич­ных пло­щад­ках в При­па­ми­рье и Турк­ме­нии для ра­бо­ты на се­ве­ре ДРА. Ка­ж­дый гар­ни­зон в обя­за­тель­ном по­ряд­ке обо­ру­до­вал­ся вер­то­лет­ной пло­щад­кой, по­са­доч­ные «пя­тач­ки» име­ли да­же уда­лен­ные за­ста­вы и блок­по­сты.

С вес­ны 1980 го­да пят­ни­стые си­лу­эты Ми-24 все ча­ще ста­ли по­яв­лять­ся в аф­ган­ском не­бе, став вско­ре на­стоя­щим сим­во­лом этой вой­ны. Ата­ки «два­дцать­чет­ве­рок», ле­тав­ших «бли­же, ни­же и мед­лен­нее всех», да­ва­ли мно­го боль­шую ре­зуль­та­тив­ность, чем уда­ры сверх­зву­ко­вых ма­шин ИА и ИБА, мгно­вен­но про­но­сив­ших­ся над це­лью и без осо­бо­го ува­же­ния про­зван­ных «сви­ст­ка­ми». По­сле пер­вых сты­чек и по­терь вер­то­лет­чи­ки на­ча­ли вы­пол­нять за­да­ния ми­ни­мум па­рой, страхуя друг дру­га на слу­чай вы­ну­ж­ден­ной по­сад­ки. Ос­нов­ной так­ти­че­ской еди­ни­цей ста­ло зве­но (че­ты­ре ма­ши­ны) или вось­мер­ка, да­вав­шие долж­ную эф­фек­тив­ность уда­ра в изо­би­лую­щей ес­те­ст­вен­ны­ми ук­ры­тия­ми ме­ст­но­сти. При встре­че с ог­ры­заю­щим­ся и не­пло­хо воо­ру­жен­ным вра­гом зве­но по­зво­ля­ло реа­ли­зо­вы­вать боль­шин­ст­во так­ти­че­ских прие­мов: ата­ку с кру­га, за­им­ст­во­ван­ную у штур­мо­ви­ков Оте­че­ст­вен­ной вой­ны, «по­точ­ную» об­ра­бот­ку це­ли стро­ем ус­ту­па с по­сле­до­ва­тель­ным до­во­ро­том ве­до­мых на цель; на­лет «ро­маш­кой», вклю­чав­ший рос­пуск груп­пы на под­хо­де и че­ре­дую­щие­ся уда­ры с раз­ных сто­рон с ми­ни­маль­ны­ми «за­зо­ра­ми»; про­ти­во­зе­нит­ные «нож­ни­цы» с «рас­кач­кой» по вы­со­те (кур­су), ко­гда верх­няя па­ра при­кры­ва­ла ата­кую­щую. Ос­нов­ной удар де­лал­ся на вне­зап­ность, не­пре­рыв­ность ог­не­во­го воз­дей­ст­вия и вза­им­ное при­кры­тие. Плот­ность уда­ра до­во­ди­ли до пре­де­ла: бы­ва­ло, что ра­ке­ты с ве­до­мо­го сви­сте­ли по бо­кам не ус­пев­ше­го от­вер­нуть с бое­во­го кур­са ве­ду­ще­го. Не мень­шее зна­че­ние име­ли гиб­кость так­ти­ки и ее со­вер­шен­ст­во­ва­ние - шаб­лон тут же на­ка­зы­вал­ся, да­же при по­втор­ном по­ле­те по то­му же мар­шру­ту мож­но бы­ло на­ткнуть­ся на за­са­ду. По­это­му, что­бы не по­пасть под од­ну оче­редь и ус­петь среа­ги­ро­вать, ук­ло­нив­шись или по­да­вив ог­не­вую точ­ку, при сле­до­ва­нии к це­ли или пат­ру­ли­ро­ва­нии ин­тер­вал ме­ж­ду ма­ши­на­ми дер­жа­ли уве­ли­чен­ным до 1200-1500 м.

В уче­бе эки­па­жей Ми-24 бое­вое ма­нев­ри­ро­ва­ние за­ни­ма­ло долж­ное ме­сто, что по­зво­ли­ло изо­бре­тать но­вые прие­мы и ма­нев­ры, во мно­гом вы­хо­дя за пре­де­лы пре­ду­смот­рен­но­го. Не­пло­хо под­го­тов­лен­ные лет­чи­ки, по­ми­мо при­выч­ных ви­ра­жей, бое­вых и фор­си­ро­ван­ных раз­во­ро­тов, прак­ти­ко­ва­ли под­кра­ды­ва­ние и вы­пол­не­ние для уда­ра под­ско­ка-гор­ки с пе­ре­груз­кой до 3g, вы­ход из ата­ки с кру­тым каб­ри­ро­ва­ни­ем до 50° и рез­ким раз­во­ро­том в верх­ней точ­ке, где ма­ши­на ва­ли­лась в крен за 90°, мо­мен­таль­но ока­зы­ва­ясь на об­рат­ном кур­се, ли­цом к про­тив­ни­ку для по­втор­ной ата­ки.

Вы­со­кие ско­ро­ст­ные ха­рак­те­ри­сти­ки Ми-24 бы­ли дос­тиг­ну­ты це­ной на­груз­ки на не­су­щий винт, в пол­то­ра раза боль­шей по срав­не­нию с «вось­мер­кой». В по­все­днев­ных экс­тре­маль­ных ус­ло­ви­ях (жа­ра, вы­со­ко­го­рье, по­вы­шен­ная за­пы­лен­ность) это су­ще­ст­вен­но ска­зы­ва­лось на управ­ле­нии. Ма­ло то­го, при­выч­ные на­вы­ки пи­ло­ти­ро­ва­ния за­час­тую ока­зы­ва­лись да­же вред­ны­ми и мог­ли при­вес­ти к ава­рии. На взле­те и по­сад­ке при пе­ре­тя­же­лен­ном вин­те рез­кое дви­же­ние руч­кой вы­зы­ва­ло про­сад­ку, ма­ши­ну пы­та­лись удер­жать да­чей «ша­г-га­за», прие­ми­сто­сти «ос­ла­бев­ших» дви­га­те­лей не хва­та­ло, и вер­то­лет ва­лил­ся к зем­ле. На ма­лых ско­ро­стях на «гор­ке» или у зем­ли Ми-24 на­чи­нал вес­ти се­бя не­при­выч­но. Управ­ляе­мо­сти по кур­су ока­зы­ва­лось не­дос­та­точ­но, ре­ак­тив­ный мо­мент не­су­ще­го вин­та тя­нул ма­ши­ну в са­мо­про­из­воль­ный ле­вый раз­во­рот и мог сва­лить в вер­то­лет­ный што­пор. При энер­гич­ных ма­нев­рах с пе­ре­груз­кой на боль­ших ско­ро­стях и уг­лах ата­ки из-за сры­ва по­то­ка с ло­па­стей Ми-24 за­ди­рал нос, пе­ре­хо­дя в «под­хват» - каб­ри­ро­ва­ние с не­под­чи­не­ни­ем управ­ле­нию, по­сле че­го рез­ко про­ва­ли­вал­ся. Де­ло не раз окан­чи­ва­лось гру­бой по­сад­кой на за­кон­цов­ки кры­ла и бло­ки. Из­бе­жать «под­хва­та» мож­но бы­ло стро­гим со­блю­де­ни­ем ог­ра­ни­че­ний, но в бою ле­тать «по­ни­же да по­ти­ше» не при­хо­ди­лось. В «под­хва­те» и при энер­гич­ном вы­во­де из пи­ки­ро­ва­ния слу­ча­лись уда­ры ло­па­стей о хво­сто­вую бал­ку. Так, в ав­гу­сте 1980 го­да по­сле штур­мов­ки ка­ра­ва­на «два­дцать­чет­вер­ки» ко­мэ­ска Ко­зо­во­го и его за­ма Ала­гор­це­ва вер­ну­лись в Фай­за­бад с по­се­чен­ны­ми ло­па­стя­ми хво­ста­ми. Этот слу­чай имел тра­ги­че­ские по­след­ст­вия: пой­дя в кон­троль­ный об­лет по­сле ре­мон­та, м-р Ко­зо­вой по­пал под огонь ДШК, ру­ле­вой винт с от­стре­лен­ной ло­па­стью по­шел враз­нос, по­вре­ж­ден­ная хво­сто­вая бал­ка раз­ру­ши­лась, и не­управ­ляе­мая ма­ши­на рух­ну­ла, по­хо­ро­нив весь эки­паж.

На вы­хо­де из пи­ки­ро­ва­ния с уг­лом 20° и при ско­ро­сти 250 км/ч про­сад­ка Ми-24 дос­ти­га­ла 200 м. При пи­ло­ти­ро­ва­нии на ма­лых вы­со­тах и край­них ре­жи­мах, ко­гда ошиб­ка лет­чи­ка уже не мог­ла быть ис­прав­ле­на, важ­ней­шее зна­че­ние при­об­ре­ли энер­гич­ность и скор­рек­ти­ро­ван­ность ма­нев­ра. Эс­кад­ри­лье из Кун­ду­за нау­ка стои­ла 6 Ми-24Д, по­те­рян­ных за пер­вый год, боль­шей ча­стью, по не­бое­вым при­чи­нам: раз­би­тых в го­рах из-за ту­ма­на и не­ожи­дан­ных воз­душ­ных по­то­ков, под­лом­лен­ных при по­сад­ке на скло­нах и в тес­ни­нах.

В ап­ре­ле 1980 го­да в Аф­га­ни­ста­не по­бы­вал Ге­не­раль­ный кон­ст­рук­тор ми­лев­ско­го ОКБ М.П. Ти­щен­ко. Ти­щен­ко был по­ра­жен вир­ту­оз­ным пи­ло­та­жем с очень кру­тым каб­ри­ро­ва­ни­ем, што­пор­ны­ми спи­ра­ля­ми и да­же не­воз­мож­ной «боч­кой» (ее на Ми-8 вы­пол­нял май­ор В.Харитонов). Впе­чат­ле­ния от ви­зи­та не за­мед­ли­ли ска­зать­ся: уже ле­том 1980 го­да на­ча­лись до­ра­бот­ки Ми-24. вклю­чав­шие пе­ре­ре­гу­ли­ров­ку за­во­дски­ми бри­га­да­ми то­п­лив­ной ав­то­ма­ти­ки дви­га­те­лей, при­зван­ную ком­пен­си­ро­вать па­де­ние мощ­но­сти в раз­ре­жен­ном жар­ком воз­ду­хе, и ус­та­нов­ку пы­ле­за­щит­ных уст­ройств (ПЗУ). На «осо­бый пе­ри­од» под­ня­ли до­пус­ти­мую тем­пе­ра­ту­ру га­зов пе­ред тур­би­ной, пред­по­чи­тая воз­мож­ность про­га­ра не­до­бо­ру мощ­но­сти. «За­глуш­ки» ПЗУ, от­сеи­вав­шие пе­сок и пыль на вхо­де в дви­га­те­ли, очи­ща­ли воз­дух на 70-75%, сни­жая из­нос ло­па­ток ком­прес­со­ра в 2,5-3 раза. Ми-24 обо­ру­до­ва­лись ими да­же пре­ж­де «вось­ме­рок», хо­тя бое­вым вер­то­ле­там и мень­ше при­хо­ди­лось ра­бо­тать с не­под­го­тов­лен­ных пло­ща­док. Де­ло в том, что ус­та­нов­лен­ные на Ми-24Д дви­га­те­ли ТВ3-117 на ма­лом га­зу на зем­ле име­ли бо­лее вы­со­кие обо­ро­ты, энер­гич­нее за­са­сы­ва­ли пе­сок и ну­ж­да­лись в за­щи­те в пер­вую оче­редь.

С 1981 го­да в Аф­га­ни­стан на­ча­ли по­сту­пать Ми-24В, ос­на­щен­ные но­вы­ми вы­сот­ны­ми дви­га­те­ля­ми ТВ3-117В, ко­то­рые име­ли на 15-20% боль­шую мощ­ность в ус­ло­ви­ях жар­ко­го вы­со­ко­го­рья. При ре­мон­тах эти­ми дви­га­те­ля­ми ста­ли обо­ру­до­вать и Ми-24Д.

Уже к кон­цу 1980 го­да вер­то­лет­ную груп­пи­ров­ку 40-й ар­мии уси­ли­ли вдвое, до­ве­дя ее до 251 ма­ши­ны. Ос­нов­ны­ми в бое­вой ра­бо­те ста­ли пла­но­вые уда­ры и вы­ле­ты по вы­зо­ву в хо­де опе­ра­ций. К это­му вре­ме­ни офор­ми­лись три ти­па опе­ра­ций на­зем­ных войск: ар­мей­ская, ча­ст­ная и реа­ли­за­ция, про­во­див­шие­ся, со­от­вет­ст­вен­но, си­ла­ми ди­ви­зии, бри­га­ды и ба­таль­о­на при обя­за­тель­ной под­держ­ке вер­то­ле­тов. Ми-24, ис­поль­зуя бо­га­тый бое­вой ар­се­нал, вы­сту­па­ли в них мощ­ным удар­ным «ку­ла­ком». При сме­шан­ном ра­кет­но-бом­бо­вом воо­ру­же­нии прак­ти­ко­ва­лось ком­плекс­ное про­ве­де­ние БШУ: с дис­тан­ции 1200-1500 м лет­чик пус­кал НАР, а на под­ле­те от­кры­вал огонь из пу­ле­ме­та, да­вая опе­ра­то­ру воз­мож­ность при­цель­но сбро­сить бом­бы.

Точ­ный удар с ма­лых вы­сот на­но­си­ли на вы­со­кой ско­ро­сти, вы­став­ляя взры­ва­те­ли на бом­бах со «штур­мо­вым» за­мед­ле­ни­ем до 32 се­кунд, что­бы уй­ти от соб­ст­вен­ных ос­кол­ков, хо­тя ве­до­мым это и не все­гда уда­ва­лось. Про­бле­ма встре­чи с ос­кол­ка­ми соб­ст­вен­ных бомб и НАР, как след­ст­вие плот­но­го «кон­так­та» с це­лью, ос­та­ва­лась на­сущ­ной и да­лее. Так, ле­том 1985 го­да в Газ­ни вер­нул­ся Ми-24 335-го пол­ка, имев­ший 18 ос­кол­ков от бомб ве­ду­ще­го. На пре­де­ле бое­вой на­груз­ки на Ми-24 под­ве­ши­ва­ли до 10 «со­ток», ис­поль­зуя мно­го­зам­ко­вые бом­бо­дер­жа­те­ли МБД2-67у. Точ­ность их зал­по­во­го сбро­са бы­ла не­вы­со­ка, но да­ва­ла воз­мож­ность на­кры­вать пло­щад­ные це­ли ти­па ла­ге­рей мод­жа­хе­дов.

Бом­бы круп­но­го ка­либ­ра бы­ли не­об­хо­ди­мы в борь­бе с кре­по­стя­ми, со­хра­нив­ши­ми­ся во мно­гих мес­тах с не­за­па­мят­ных вре­мен и слу­жив­ши­ми при­ста­ни­щем мод­жа­хе­дам. Сло­жен­ные из кам­ня или гли­но­бит­ные со сте­на­ми трех­мет­ро­вой тол­щи­ны, эти со­ору­же­ния при­кры­ва­ли вхо­ды в се­ле­ния, раз­вил­ки до­рог и «лас­точ­ки­ны­ми гнез­да­ми» на­ви­са­ли с не­при­ступ­ных скал, ос­та­ва­ясь не­уяз­ви­мы­ми для С-5. В ию­не 1980 го­да ра­бо­та вось­мер­ки Ми-24Д по­мог­ла взять «го­ру во­ров» Сан­ги Дуз­дан под Фай­за­ба­дом. Из­ры­тая но­ра­ми и пе­ще­ра­ми го­ра ве­ка­ми слу­жи­ла убе­жи­щем ме­ст­ным бан­дам и бы­ла пре­вра­ще­на мод­жа­хе­да­ми в круп­ный ла­герь. Про­би­вая до­ро­гу штур­мую­щим, по го­ре без­ос­та­но­воч­но ра­бо­тал «Град», а по но­чам под­клю­ча­лись вер­то­ле­ты, вы­пол­няв­шие рейс за рей­сом.

НАР С-8 в 20-зарядных бло­ках Б-8В20 по­лу­чи­ли са­мую вы­со­кую оцен­ку. БЧ мас­сой 3,6 кг об­ла­да­ла вну­ши­тель­ным фу­гас­ным дей­ст­ви­ем, а «ру­баш­ка» да­ва­ла мно­же­ст­во 3-граммовых ос­кол­ков, по­ра­жав­ших про­тив­ни­ка в ра­диу­се 10-12 м. Но­вы­ми НАР ста­ли за­ме­нять С-5, хо­тя те про­дол­жа­ли ис­поль­зо­вать до кон­ца вой­ны, не­смот­ря на се­то­ва­ния лет­чи­ков, что они год­ны лишь «пят­ки ду­хам ще­ко­тать» и при пус­ке «раз­ле­та­ют­ся тюль­па­ном». Залп С-5 все же был дос­та­точ­но эф­фек­ти­вен на от­кры­той ме­ст­но­сти, са­ми ра­ке­ты про­сты и на­деж­ны, а сна­ря­же­ние бло­ков за­ни­ма­ло не­мно­го вре­ме­ни и сил, что яв­ля­лось пер­во­оче­ред­ным до­во­дом при 5-6 вы­ле­тах в сме­ну. Не по­след­ней при­чи­ной бы­ла и не­об­хо­ди­мость вы­ра­бо­тать ско­пив­шие­ся на скла­дах не­ис­чис­ли­мые за­па­сы этих ра­кет.

При­зван­ные по­вы­сить ог­не­вую мощь вер­то­лет­ные гон­до­лы (ГУВ) в пу­ле­мет­ном и гра­на­то­мет­ном ва­ри­ан­тах не при­жи­лись во мно­гом из-за не­подъ­ем­но­сти. Эки­па­жи со­гла­ша­лись брать 450-кг ГУ­Вы раз­ве что под стра­хом на­ка­за­ния, ре­зон­но ука­зы­вая, что 4350 па­тро­нов пу­ле­мет­но­го ГУВ по­про­сту не­ку­да рас­хо­до­вать - для та­ко­го лив­ня ог­ня не на­хо­ди­лось це­лей. Бо­лее лег­кий 274-кг ГУВ с гра­на­то­ме­том АГ-17А ис­поль­зо­вал­ся бо­лее охот­но. ГУ­Вы в пу­ле­мет­ном и гра­на­то­мет­ном ис­пол­не­нии бы­ли хо­ро­ши при об­стре­ле душ­ман­ских ка­ра­ва­нов во вре­мя раз­ве­ды­ва­тель­но-у­дар­ных дей­ст­вий, но круп­ные ка­ра­ва­ны встре­ча­лись край­не ред­ко, а для мел­ких бое­за­пас ГУВ был чрез­мер­ным. Окон­ча­тель­но ин­те­рес к ГУВ про­пал с по­яв­ле­ни­ем Ми-24П. ос­на­щен­ных пуш­кой ГШ-2-30К, ко­то­рая при том же ка­либ­ре по мас­се зал­па вде­ся­те­ро пре­вос­хо­ди­ла гра­на­то­мет и име­ла вдвое боль­шую при­цель­ную даль­ность. Не­ко­то­рые Ми-24П не­сли ла­зер­ный даль­но­мер, по­вы­шав­ший точ­ность стрель­бы. Ус­та­нов­ка пуш­ки не обош­лась без про­блем: по­сле 1500-2000 вы­стре­лов силь­ная от­да­ча при­во­ди­ла к де­фор­ма­ци­ям и тре­щи­нам шпан­го­утов и об­шив­ки фю­зе­ля­жа. Кон­ст­рук­цию уси­ли­ли на­клад­кой на­руж­ной дю­ра­ле­вой пли­ты и па­ры мощ­ных угол­ков, до­ве­дя га­ран­тию до 4000 вы­стре­лов.

Эф­фек­тив­ным авиа­ци­он­ным сред­ст­вом по­ра­же­ния, ши­ро­ко при­ме­няв­шим­ся в Аф­га­ни­ста­не стал раз­ра­бо­тан­ный туль­ским КБП под­вес­ной кон­тей­нер УПК-23-250 с 23-мм пуш­кой ГШ-23Л. УПК-23-250 был на 56 кг лег­че гра­на­то­мет­но­го ГУ­Ва. 23-мм сна­ря­ды пуш­ки, об­ла­дая боль­шим за­па­сом ки­не­ти­че­ской энер­гии, с безо­пас­ных дис­тан­ций «дос­та­ва­ли» душ­ма­нов, ук­рыв­ших­ся за ду­ва­ла­ми, и пу­ле­мет­чи­ков ДШК и ЗГУ-1 - не про­хо­дя­щую го­лов­ную боль вер­то­лет­чи­ков.

В ав­гу­сте 1980 го­да в бо­ях, ве­ро­ят­но, впер­вые бы­ли ис­поль­зо­ва­ны объ­ем­но-де­то­ни­рую­щие авиа­бом­бы, при­ме­нен­ные с Ми-24Д для ли­к­ви­да­ции за­са­ды в ка­мен­ном меш­ке Фай­за­бад­ско­го уще­лья. Зная о про­явив­шей­ся при ис­пы­та­ни­ях не­вы­со­кой на­деж­но­сти под­ры­ва рас­пы­лен­но­го ВВ, в оку­тав­шее цель мас­ля­ни­стое об­ла­ко для под­стра­хов­ки тут же вса­ди­ла ра­ке­ты ве­до­мая па­ра. ОДАБ сбро­си­ли с боль­шей, чем обыч­но, вы­со­ты, и все же удар­ная вол­на дог­на­ла вер­то­ле­ты и чув­ст­ви­тель­но их трях­ну­ла. Пре­тен­зии к ОДАБ ос­та­ва­лись до кон­ца вой­ны, на их эф­фек­тив­но­сти ска­зы­ва­лись вы­со­та и ско­рость сбро­са, вы­со­ко­го­рье и тем­пе­ра­ту­ра воз­ду­ха (по не­ко­то­рым дан­ным, во фрон­то­вой авиа­ции сра­ба­ты­ва­ли от 15 до 50% та­ких бомб). Их при­ме­не­ние с вер­то­ле­тов бы­ло эпи­зо­ди­че­ским, обыч­но вме­сте с за­жи­га­тель­ны­ми или фу­гас­ны­ми бом­ба­ми. При ус­пеш­ном уда­ре ОДАБ бы­ли страш­ным ору­жи­ем: на мес­те бом­бар­ди­ров­ки «в дым» раз­но­си­ло строе­ния, а де­сант­ни­ки на­хо­ди­ли лишь обож­жен­ные тру­пы, ос­леп­ших и ог­лох­ших ра­не­ных.

На точ­но­сти по­ра­же­ния це­лей ска­зы­ва­лись оро­гра­фи­че­ские (гр. «орос» - го­ры) воз­му­ще­ния воз­ду­ха, при­зем­ные вет­ры, раз­лич­ные по­ры­вы и по­то­ки, ко­то­рые из-за раз­но­го на­гре­ва сол­неч­ных и за­те­нен­ных скло­нов под­хва­ты­ва­ли бом­бы и НАР, сно­ся их от це­ли. Са­мим лет­чи­кам опыт под­ска­зы­вал боль­ше на­де­ять­ся на мет­кий глаз и на­вык, чем на имею­щие­ся на Ми-24В ав­то­ма­ти­че­ский при­цел АСП-17В и бал­ли­сти­че­ский вы­чис­ли­тель стрель­бы и бом­бо­ме­та­ния ВСБ-24. В Дже­ла­ла­ба­де был зна­ме­нит опе­ра­тор Иван Ма­не­нок, от­лич­но чув­ст­во­вав­ший вер­то­лет и умев­ший, как ни­кто, сбра­сы­вать бом­бы «на ма­куш­ку» кре­по­стей и в пу­ле­мет­ные гнез­да. При штур­ме киш­ла­ков ему уда­ва­лось с ма­нев­ра ук­ла­ды­вать бом­бы плаш­мя точ­но под сте­ну, до­би­ва­ясь мак­си­маль­но­го фу­гас­но­го дей­ст­вия. Пря­чась от уда­ров с воз­ду­ха, мод­жа­хе­ды обо­ру­до­ва­ли ук­ры­тия и ог­не­вые точ­ки за ка­мен­ны­ми греб­ня­ми. Что­бы вы­бить их, бом­бы «за­ка­ты­ва­ли» ту­да с каб­ри­ро­ва­ния, этим же ме­то­дом ата­ко­ва­ли це­ли, за­щи­щен­ные ПВО.

Не­ко­то­рые Ми-24 воо­ру­жа­лись круп­но­ка­ли­бер­ны­ми НАР С-24 с мощ­ной ос­ко­лоч­но-фу­гас­ной БЧ. Это по­зво­ля­ло по­ра­жать це­ли с дис­тан­ции бо­лее 2000 м, не по­па­дая под огонь зе­нит­чи­ков. Вер­то­лет­чи­ки п-ка Горш­ко­ва из 50-го осап с ус­пе­хом про­из­ве­ли 50 пус­ков С-24. Но мас­со­вым ору­жи­ем на Ми-24 они не ста­ли, ока­зав­шись дос­туп­ны­ми толь­ко наи­бо­лее опыт­ным эки­па­жам: при пус­ке мощ­ной ра­ке­ты по­ро­хо­вой дым на­кры­вал поч­ти весь вер­то­лет, гро­зя пом­па­жом.

В опе­ра­ци­ях, ко­гда за­ра­нее бы­ли из­вест­ны це­ли - ог­не­вые точ­ки и ук­ре­п­ле­ния, ис­поль­зо­ва­ли ПТУР. Опе­ра­тор мог с 1,5-2 км во­гнать 35-кг ра­ке­ту в ам­бра­зу­ру или устье пе­ще­ры. При пус­ке по ма­ши­нам душ­ман­ских ка­ра­ва­нов «Штурм-В» да­вал точ­ность по­ра­же­ния под­виж­ных це­лей по­ряд­ка 0,75-0,80. В Пан­дж­шер­ской опе­ра­ции 17 мая-10 ию­ня 1982 го­да при­ме­не­ние ПТУР бы­ло мас­со­вым: вер­то­лет­чи­ки из­рас­хо­до­ва­ли по ог­не­вым точ­кам и ук­ре­п­ле­ни­ям 559 ра­кет.

В ближ­нем бою с дис­тан­ции 800-1000 м в де­ло пус­ка­ли мощ­ный че­ты­рех­стволь­ный пу­ле­мет ЯкБ-12,7, ко­то­рый да­вал плот­ней­ший точ­ный ли­вень ог­ня, спо­соб­ный раз­во­ро­тить ду­вал по­лу­мет­ро­вой тол­щи­ны. В ав­гу­сте 1982 го­да п/п-к Алек­сан­д­ров, встре­тив под Кан­да­га­ром ка­ра­ван, од­ной оче­ре­дью раз­ру­бил по­по­лам шед­ший впе­ре­ди «ко­ман­дир­ский» ав­то­бус. Од­на­ко для ра­бо­ты на вер­то­ле­те ки­не­ма­ти­ка пу­ле­ме­та с вра­щаю­щим­ся бло­ком ство­лов и элек­тро­при­во­ды на­вод­ки ока­за­лись из­бы­точ­но слож­ны­ми. Ус­та­нов­ка стра­да­ла от пы­ли, гря­зи, пе­ре­гре­ва, от­ка­зы­ва­ла и сис­те­ма са­мо­под­тя­га па­трон­ной лен­ты, под­ве­ден­ной со мно­же­ст­вом пе­ре­ги­бов. По­сле 200-250 вы­стре­лов ЯкБ на­чи­нал «пле­вать­ся», час­то его кли­ни­ло, и рас­стре­лять без от­ка­за хо­тя бы 500 па­тро­нов счи­та­лось уже боль­шой уда­чей. Ре­ко­мен­дуе­мый раз­ра­бот­чи­ка­ми огонь ко­рот­ки­ми оче­ре­дя­ми не все­гда был уме­стен в го­ряч­ке боя. По­это­му штат­ный бое­ком­плект в 1470 па­тро­нов уре­за­ли втрое, идя на это еще и из эко­но­мии ве­са. Са­ма кон­цеп­ция «ле­таю­щей БМП» не оп­рав­да­ла се­бя: стрел­ков для ве­де­ния ог­ня че­рез бор­то­вые бли­сте­ры бра­ли край­не ред­ко, эки­па­жи не хо­те­ли вое­вать на «ав­то­бу­се с ав­то­мат­чи­ка­ми», пред­по­чи­тая со­хра­нять «ле­ту­честь». Ми-24 был все же тя­же­ло­ват. Си­де­нья и бро­ню в гру­зо­вом от­се­ке час­то сни­ма­ли, бое­вую на­груз­ку ог­ра­ни­чи­ва­ли па­рой бло­ков или бомб, дос­та­точ­ных для боль­шин­ст­ва за­да­ний, а го­рю­че­го за­прав­ля­ли не бо­лее 2/3 от объ­е­ма ба­ков. С пол­ной за­груз­кой всех уз­лов вы­пол­ня­лись толь­ко 16% вы­ле­тов - на «ко­рот­ком пле­че» к мес­ту ата­ки.

К 1987 го­ду ПВО мод­жа­хе­дов уси­ли­лась на­столь­ко, что за­ста­ви­ла ру­ко­во­дство ВВС 40-й ар­мии прак­ти­че­ски пол­но­стью от­ка­зать­ся от ис­поль­зо­ва­ния вер­то­ле­тов для ог­не­вой под­держ­ки войск. Ос­нов­ную за­да­чу БШУ ре­ша­ли са­мо­ле­ты, а вер­то­ле­ты за­ни­ма­лись «за­чи­ст­кой» ме­ст­но­сти по­сле на­не­се­ния уда­ра ос­нов­ны­ми си­ла­ми. Вер­то­лет­чи­ки пе­ре­шли к на­не­се­нию ноч­ных уда­ров сме­шан­ны­ми груп­па­ми.

Охо­ту, офи­ци­аль­но име­но­вав­шую­ся раз­ве­ды­ва­тель­но-у­дар­ны­ми дей­ст­вия­ми (РУД) и сво­див­шую­ся в ос­нов­ном к по­ис­ку и ли­к­ви­да­ции ка­ра­ва­нов, ве­ли па­рой или зве­ном Ми-24 (ме­нее за­щи­щен­ные и воо­ру­жен­ные Ми-8 для рис­ко­ван­ных са­мо­стоя­тель­ных рей­дов вы­де­ля­лись ре­же, но мог­ли их под­дер­жи­вать). В ука­зан­ном раз­вед­кой рай­оне вер­то­ле­ты раз­во­ра­чи­ва­лись в пе­ленг под уг­лом 15-20 и про­че­сы­ва­ли ме­ст­ность на вы­со­те 1500-1700 м, вы­дер­жи­вая дис­тан­цию 600-800 м, что да­ва­ло хо­ро­ший об­зор и сво­бо­ду ма­нев­ра. Об­на­ру­жен­ный ка­ра­ван ос­та­нав­ли­ва­ли пре­ду­пре­ди­тель­ным ог­нем и бра­ли в коль­цо до под­хо­да дос­мот­ро­вой груп­пы на Ми-8. Под тен­та­ми ав­то­мо­би­лей все ча­ще встре­ча­лись скры­тые пу­ле­ме­ты, и вы­зы­вав­шие по­доз­ре­ние кон­вои ста­ли рас­стре­ли­вать с хо­ду, а де­сан­ту ос­та­ва­лось со­брать тро­феи и унич­то­жить уце­лев­шие ма­ши­ны. Обыч­ный ва­ри­ант воо­ру­же­ния Ми-24 для РУД вклю­чал па­ру бло­ков, два ПТУР и 500-700 па­тро­нов к пу­ле­ме­ту. В ав­гу­сте 1985 го­да си­ла­ми сме­шан­ной груп­пы из зве­на Ми-24В и двух Ми-8МТ в од­ном рей­де уда­лось унич­то­жить 5 ДШК и 2 круп­но­ка­ли­бер­ные ЗГУ и за­хва­тить це­лы­ми 4 пу­ле­ме­та и 3 ЗГУ.

12 мая 1987 го­да при вы­пол­не­нии бое­во­го вы­ле­та в рай­оне на­се­лен­но­го пунк­та Ба­ра­ки на юге Аф­га­ни­ста­на ко­ман­дир зве­на ка­пи­тан Н.С. Май­да­нов из 335-го ОВП об­на­ру­жил по­доз­ри­тель­ное дви­же­ние в «зе­лен­ке» уще­лья Аб­че­кан, по­сле про­хо­да над «зе­лен­кой» лет­чи­ки об­на­ру­жи­ли боль­шой ка­ра­ван. Май­да­нов вы­са­дил из сво­его Ми-8 спец­наз на вхо­де в уще­лье, а его ве­до­мый Ю. Куз­не­цов - у вы­хо­да. Па­ра Ми-24 при­кры­тия при­сту­пи­ла к об­стре­лу ка­ра­ва­на. По­сле вы­сад­ки спец­на­за «вось­мер­ки» сроч­но на­пра­ви­лись в Ба­ра­ки за под­кре­п­ле­ни­ем. Для раз­гро­ма ка­ра­ва­на по­тре­бо­вал­ся спец­наз, уси­лен­ный бро­не­груп­пой. Бой с душ­ма­на­ми про­дол­жал­ся всю ночь до ут­ра. Ко­гда ста­ли под­счи­ты­вать тро­феи, то од­них ПЗРК «Стре­ла» на­счи­та­ли свы­ше 50.

По но­чам, ко­гда скры­тый тем­но­той про­тив­ник на­чи­нал чув­ст­во­вать се­бя сво­бод­нее, по­иск вдоль троп и до­рог ве­ли па­ра­ми, для безо­пас­но­сти ра­зой­дясь по вы­со­те на 80-100 м. За­ме­тив фа­ры или ко­ст­ры при­ва­ла и по­лу­чив под­твер­жде­ние, что в этом рай­оне нет сво­их, тут же ата­ко­ва­ли. Все ре­шал темп, не по­зво­ляв­ший вра­гу рас­тво­рить­ся во тьме. В на­прав­ле­нии по­тух­ших ог­ней с 2-3 км пус­ка­ли спе­ци­аль­ные ос­ве­ти­тель­ные НАР С-5-О, «фик­си­ро­вав­шие» по­ло­же­ние це­ли, за­тем раз­ве­ши­ва­ли на па­ра­шю­тах СА­Бы, под ко­то­рые вер­то­ле­ты ны­ря­ли для уда­ра (позд­нее бое­вой за­ход ста­ли стро­ить над «люс­т­ра­ми», ос­та­ва­ясь не­ви­ди­мы­ми с зем­ли). Ра­бо­та по но­чам тре­бо­ва­ла от­мен­ной вы­уч­ки, но да­ва­ла боль­шой эф­фект: в ап­ре­ле 1986 го­да по сиг­на­лу раз­вед­по­ста к киш­ла­ку Гар­ка­лай у Кан­да­га­ра на пе­ре­хват ка­ра­ва­на вы­ле­те­ло зве­но Ми-24. По­сле од­но­го их за­хо­да не вы­дер­жав­шие ужа­са ноч­ной ата­ки мод­жа­хе­ды ки­ну­лись врас­сып­ную, без боя ос­та­вив по­дос­пев­шим бро­не­груп­пам 6 ма­шин с ору­жи­ем. В де­каб­ре то­го же го­да под Баг­ра­мом ис­пы­ты­ва­лись «ос­ле­п­ляю­щие» бом­бы на ос­но­ве ФО­ТАБ, вспыш­ки ко­то­рых в ра­диу­се 30-50 м на не­сколь­ко ча­сов вы­во­ди­ли про­тив­ни­ка из строя, ли­шая зре­ния.

Важ­ней­ши­ми за­да­ча­ми вер­то­лет­чи­ков яв­ля­лись вы­сад­ки де­сан­тов, ко­то­рые при­хо­ди­лось про­во­дить вбли­зи киш­ла­ков, до­рог и в уз­ло­вых пунк­тах, об­лю­бо­ван­ных мод­жа­хе­да­ми. «Два­дцать­чет­вер­кам» в этих опе­ра­ци­ях от­во­ди­лась роль та­ра­на, бом­ба­ми и НАР рас­чи­щав­ше­го путь Ми-8 и Ми-6. Груп­пу транс­порт­ни­ков, ино­гда на­счи­ты­вав­шую до 60 ма­шин, на мар­шру­те со­про­во­ж­да­ли 1-2 па­ры Ми-24, шед­шие по бо­кам ко­лон­ны с пре­вы­ше­ни­ем 200-400 м и дер­жав­шие «по­до­печ­ных» под при­смот­ром до са­мой по­сад­ки. Вы­сад­ку пред­ва­ря­ли уда­ры ар­тил­ле­рии и са­мо­ле­тов, а сра­зу по­сле них це­ли об­ра­ба­ты­ва­ли 1-2 зве­на Ми-24. С ми­ни­маль­ным ин­тер­ва­лом, не да­вая про­тив­ни­ку опом­нить­ся, на рас­чи­щен­ный уча­сток дос­тав­ля­ли де­сант. Его при­кры­ва­ли еще не­сколь­ко пар вер­то­ле­тов, ко­то­рые кру­жи­ли на вы­со­те 1200-1800 м. вы­би­вая уце­лев­шие ог­не­вые точ­ки. Ос­та­вав­шее­ся на аэ­ро­дро­ме де­жур­ное зве­но на­хо­ди­лось в го­тов­но­сти и при не­об­хо­ди­мо­сти мог­ло сме­нить от­ра­бо­тав­шие над по­лем боя Ми-24. Для при­кры­тия не­боль­ших вы­са­док вы­де­ля­лось ми­ни­мум зве­но вер­то­ле­тов, од­на па­ра ко­то­рых по­дав­ля­ла ПВО, а дру­гая бар­ра­жи­ро­ва­ла вы­ше, кон­тро­ли­руя об­ста­нов­ку. В но­яб­ре 1981 го­да у Аса­да­ба­да вдо­гон от­хо­див­шим по­сле де­сан­ти­ро­ва­ния вер­то­ле­там от­крыл огонь за­та­ив­ший­ся пу­ле­мет­чик. За­мы­каю­щий Ми-24 тут же с раз­во­ро­та дал по не­му залп С-5С, со стре­ло­вид­ны­ми по­ра­жаю­щи­ми эле­мен­та­ми. Под­сев, что­бы за­брать ору­жие, эки­паж по­лу­чил не­час­тую воз­мож­ность уви­деть ре­зуль­тат сво­ей ра­бо­ты: пре­вра­щен­ное в гру­ду фар­ша те­ло стрел­ка, об­ле­пив­шее пу­ле­мет.

Гроз­ный Ми-24 вну­шал долж­ное ува­же­ние про­тив­ни­ку. М-р Ана­то­лий Вол­ков в мае 1983 го­да под Ту­лу­ка­ном, из­рас­хо­до­вав весь бое­ком­плект, сно­ва и сно­ва про­дол­жал ими­ти­ро­вать ата­ки, раз­го­няя душ­ма­нов ви­дом ва­ля­щей­ся на них гро­хо­чу­щей хищ­ной ма­ши­ны, и су­мел спа­сти вы­би­рав­шую­ся из «зе­лен­ки» де­сант­ную ро­ту.

Еще од­ной важ­ной за­да­чей вер­то­лет­чи­ков с ле­та 1980 го­да ста­ла про­вод­ка ав­то­ко­лонн, за­ни­мав­шая 15-17% всех вы­ле­тов. 40-й ар­мии еже­днев­но тре­бо­ва­лись сот­ни тонн то­п­ли­ва, про­до­воль­ст­вия и дру­гих гру­зов, ма­ши­ны с ко­то­ры­ми под­вер­га­лись по­сто­ян­ным на­па­де­ни­ям. Что­бы за­щи­тить ко­лон­ны, их со­про­во­ж­да­ли тан­ки и БТР, в ку­зо­вах Ка­мА­Зов мон­ти­ро­ва­лись ско­ро­стрель­ные зе­нит­ки ЗУ-23, спо­соб­ные вес­ти огонь поч­ти вер­ти­каль­но по на­ви­саю­щим скло­нам, а вдоль до­рог уст­рои­ли мно­го­чис­лен­ные сто­ро­же­вые по­сты.

Од­на­ко го­раз­до бо­лее эф­фек­тив­ным ока­за­лось при­кры­тие с воз­ду­ха. Пат­ру­ли­ро­ва­ние над ко­лон­ной не­сколь­ко пар Ми-24 ве­ли по­смен­но. Сле­дуя «змей­кой» на ско­ро­сти 150-170 км/ч, вер­то­лет­чи­ки про­смат­ри­ва­ли ме­ст­ность на 2-3 км в сто­ро­ны (дис­тан­ции воз­мож­но­го об­стре­ла про­тив­ни­ка) и про­во­ди­ли раз­вед­ку впе­ре­ди по трас­се на 5-8 км. За­ме­тив за­са­ду, ее ста­ра­лись ата­ко­вать с флан­га, за­хо­дя вдоль до­ро­ги, что­бы не уда­рить по сво­им. С це­лью не­пре­рыв­но­го со­про­во­ж­де­ния ав­то­ма­шин, та­щив­ших­ся со ско­ро­стью 15-20 км/ч, вдоль трасс име­лись по­са­доч­ные пло­щад­ки для до­за­прав­ки и пе­ре­смен­ки. Уча­сток от при­гра­нич­но­го Тер­ме­за до пе­ре­ва­ла Са­ланг при­кры­ва­ли Ми-24 из Кун­ду­за, для ко­то­рых обо­ру­до­ва­ли пло­щад­ки в Хай­ра­то­не, Ма­за­ри-Ша­ри­фе, Таш­кур­га­не и Пу­ли-Хум­ри. Да­лее ко­лон­ны при­ни­ма­ли вер­то­лет­чи­ки Баг­ра­ма, а в глубь стра­ны про­во­ди­ли эки­па­жи из Дже­ла­ла­ба­да, Газ­ни и дру­гих авиа­баз. И все же ка­ж­дый год гиб­ли ты­ся­чи ма­шин, а про­фес­сия шо­фе­ра бы­ла од­ной из са­мых рис­ко­ван­ных. В ап­ре­ле 1983 го­да на под­хо­де к Кан­да­га­ру в до­ли­не ре­ки До­ри 180 гру­зо­ви­ков и со­про­во­ж­дав­ший их тан­ко­вый ба­таль­он ока­за­лись под ог­нем из мно­же­ст­ва за­сад. На до­ро­ге, ок­ру­жен­ной ки­шев­ши­ми «ду­ха­ми» ду­ва­ла­ми и за­рос­ля­ми, вско­ре го­ре­ли 20 «на­лив­ни­ков» и 6 бро­не­ма­шин. По­до­шед­шие Ми-24 280-го пол­ка впер­вые при­ме­ни­ли 80-мм НАР С-8, раз­ры­вы ко­то­рых на зем­ле при­ня­ли за пу­шеч­ные зал­пы не­обы­чай­ной куч­но­сти и мо­щи. Ко­лон­ну уда­лось до­ве­сти до мес­та, к ра­до­сти и са­мих вер­то­лет­чи­ков: на аэ­ро­дро­ме ос­та­ва­лось го­рю­че­го ед­ва на па­ру вы­ле­тов.

Цен­траль­ное пра­ви­тель­ст­во и ОКСВ кон­тро­ли­ро­ва­ли не­зна­чи­тель­ную часть тер­ри­то­рии Аф­га­ни­ста­на, на ко­то­рой ни­кто не чув­ст­во­вал се­бя в безо­пас­но­сти из-за по­сто­ян­ных об­стре­лов. Ра­ке­та ПЗРК мог­ла на­ру­шить ду­шев­ное рав­но­ве­сие пи­ло­та да­же над цен­тром Ка­бу­ла (до 50% по­терь авиа­ци­он­ной тех­ни­ки при­хо­ди­лось на об­стре­лы в зо­не аэ­ро­дро­мов). К тра­ди­ци­он­ной ох­ра­не лет­но­го по­ля от ди­вер­сан­тов на­зем­ны­ми вой­ска­ми в 1984 го­ду до­ба­ви­лось круг­ло­су­точ­ное пат­ру­ли­ро­ва­ние и при­кры­тие с воз­ду­ха.

Об­стре­лам под­вер­га­лись са­мо­ле­ты и вер­то­ле­ты, как толь­ко они сни­жа­лись ни­же 3000 м. Пе­ред эки­па­жа­ми Ми-24 ста­ви­лась за­да­ча за­щи­тить в опас­ном диа­па­зо­не вы­сот пас­са­жир­ские и во­ен­но-транс­порт­ные са­мо­ле­ты с людь­ми на бор­ту. Ка­ж­дый транс­порт­ный са­мо­лет со­про­во­ж­да­ло до шес­ти Ми-24, од­на па­ра про­че­сы­ва­ла ме­ст­ность во­круг, вы­ис­ки­вая ог­не­вые точ­ки про­тив­ни­ка, а вто­рая - со­про­во­ж­да­ла впе­ре­ди или по бо­кам сни­жаю­щий­ся или взле­таю­щий борт, тре­тья - при­кры­ва­ла его сза­ди и на про­тя­же­нии всей глис­са­ды; вто­рая и тре­тья па­ры и транс­порт­ник «са­лю­то­ва­ли» ло­вуш­ка­ми ACO. Ка­буль­ские «два­дцать­чет­вер­ки», ко­то­рым ча­ще дру­гих при­хо­ди­лось за­ни­мать­ся эс­кор­ти­ро­ва­ни­ем, ком­плек­то­ва­лись двой­ным ком­плек­том АСО-2В. За­ме­тив пуск ПЗРК, эки­паж Ми-24 раз­во­ра­чи­вал­ся на­встре­чу ра­ке­те, зал­пом пус­кал ло­вуш­ки и при­ни­мал удар на се­бя.

С при­об­ре­те­ни­ем опы­та из­ме­ня­лась и так­ти­ка вер­то­лет­чи­ков. Из­бе­гая по­лу­ден­но­го зноя, 3/4 всех вы­ле­тов про­во­ди­ли с ут­ра. Что­бы за­стать душ­ма­нов на от­кры­том мес­те, пер­вый удар ста­ра­лись на­нес­ти с вос­хо­дом солн­ца, ко­гда пра­во­вер­ные му­суль­ма­не со­би­ра­лись на мо­лит­ву. В груп­пе рас­пре­де­ля­ли бое­вую на­груз­ку и за­да­чи: од­ни эки­па­жи НАР и РБК вы­би­ва­ли ПВО и жи­вую си­лу, дру­гие фу­га­ска­ми унич­то­жа­ли по­зи­ции и по­строй­ки. Часть бомб-«со­ток» сбра­сы­ва­лась со взры­ва­те­ля­ми на ми­ни­ро­ва­ние, что­бы их не­ожи­дан­ные взры­вы, про­дол­жав­шие гре­меть еще су­тки, ме­ша­ли вы­би­рать­ся уце­лев­шим и раз­би­рать за­ва­лы (впро­чем, от­ме­ча­лись слу­чаи, ко­гда мод­жа­хе­ды ру­ка­ми про­штра­фив­ших­ся ус­пе­ва­ли обез­вре­дить та­кие бом­бы и пе­ре­тас­ки­ва­ли их на до­ро­ги, ис­поль­зуя, в свою оче­редь, в ка­че­ст­ве фу­га­сов). По­след­ний БШУ на­но­си­ли под ве­чер, зная, что по­гиб­ших ве­ра ве­лит хо­ро­нить до за­хо­да солн­ца.

Пе­ред на­прав­ле­ни­ем в ДРА вер­то­лет­чи­ки в те­че­ние 15-20 дней про­хо­ди­ли под­го­тов­ку на гор­ном по­ли­го­не у Чир­чи­ка и в пус­ты­не Ка­га­на под Бу­ха­рой. Уже в Аф­га­ни­ста­не сме­няв­шие­ся лет­чи­ки их «об­ка­ты­ва­ли» по ос­нов­ным рай­онам ра­бо­ты на Ми-8. В даль­ней­шем тре­ни­ров­кам и за­кре­п­ле­нию на­вы­ков от­во­ди­лось 12-15% на­ле­та, при этом ос­нов­ное вни­ма­ние уде­ля­лось бое­во­му ма­нев­ри­ро­ва­нию и ос­вое­нию не­при­выч­ных ме­то­дов взле­та и по­сад­ки. Вер­ти­каль­ный взлет в ус­ло­ви­ях, где вер­то­лет «сам се­бя ед­ва но­сил», поч­ти не ис­поль­зо­вал­ся. С ВПП обыч­но под­ни­ма­лись по-са­мо­лет­но­му, со 100-150-метровым раз­бе­гом. По ме­то­ди­ке ЛИИ был ос­во­ен еще бо­лее ра­ди­каль­ный спо­соб взле­та с раз­бе­гом толь­ко на пе­ред­них ко­ле­сах. При этом на­кло­нен­ная впе­ред на 10-12° ма­ши­на энер­гич­но раз­го­ня­лась и от­ры­ва­лась от зем­ли вдвое бы­ст­рее, а стар­то­вая мас­са мог­ла быть уве­ли­че­на на 1000-1500 кг. Од­на­ко этот ме­тод тре­бо­вал от­то­чен­ной тех­ни­ки пи­ло­ти­ро­ва­ния. В но­яб­ре 1986 го­да в Баг­ра­ме при экс­трен­ном вы­ле­те пи­лот на­чал раз­бег пря­мо со сто­ян­ки и, чирк­нув ло­па­стя­ми по бе­то­ну, ушел на за­да­ние с за­гнув­ши­ми­ся вверх за­кон­цов­ка­ми. Воз­вра­щать­ся об­рат­но под визг изу­ве­чен­но­го вин­та он не ре­шил­ся, сел в по­ле и там до­ж­дал­ся ре­монт­ной бри­га­ды.

По­сад­ку на по­ле­вые пло­щад­ки, где в не­про­гляд­ной ту­че пы­ли лег­ко бы­ло пе­ре­вер­нуть­ся, по­пав в вы­бои­ну или на ка­мень, про­из­во­ди­ли, ба­лан­си­руя на ско­ро­сти, при ко­то­рой ка­би­на ос­та­ва­лась впе­ре­ди пы­ле­во­го об­ла­ка, а про­бег по­лу­чал­ся ми­ни­маль­ным. Его уда­ва­лось со­кра­тить до не­сколь­ких мет­ров, кру­то сни­жа­ясь на близ­ком к взлет­но­му ре­жи­ме дви­га­те­лей, у са­мой зем­ли за­тя­же­ляя винт для плав­но­сти ка­са­ния, тут же вы­би­рая на се­бя руч­ку и тор­мо­зя вин­том и ко­ле­са­ми. «Аф­ган­ский из­нос» при та­ких по­сад­ках бы­ст­ро сти­рал по­крыш­ки и дис­ки тор­мо­зов, до­хо­див­шие до бу­маж­ной тол­щи­ны (в Сою­зе их хва­та­ло ми­ни­мум на год). Еще боль­ше стра­да­ли дви­га­те­ли, в ос­нов­ном из-за ис­то­чен­ных пес­ком ло­па­ток ком­прес­со­ров, про­га­ров тур­бин и ка­мер сго­ра­ния. Дос­роч­но при­хо­ди­лось сни­мать бо­лее по­ло­ви­ны ТВ3-117, из них 39% - по эро­зии ло­па­ток и поч­ти 15% - по пом­па­жу, а при ос­мот­ре не­тя­ну­щих дви­га­те­лей то и де­ло об­на­ру­жи­ва­лись «щер­ба­тые» тур­би­ны (в Баг­ра­ме осе­нью 1986 го­да в од­ной из тур­бин из 51 ло­пат­ки не дос­чи­та­лись 17). Чер­ная слизь от по­пав­шей в ба­ки пы­ли осе­да­ла в фильт­рах и то­п­лив­ных аг­ре­га­тах, сры­вая за­пуск и са­жая дви­га­тель в воз­ду­хе на «го­лод­ный па­ек» (па­де­ние мощ­но­сти в са­мый не­под­хо­дя­щий мо­мент за­слу­жи­ло на­зва­ние «ти­хо­го пом­па­жа»). Час­то про­го­ра­ли ВСУ АИ-9В, ко­то­рые за­став­ля­ли пе­ре­ра­ба­ты­вать все мыс­ли­мые сро­ки. За­щит­ная оков­ка пе­ред­них кро­мок ло­па­стей съе­да­лась пес­ком «на нет», из­ве­щая об этом тря­ской и сви­стом об­рыв­ков. Час­тые пе­ре­груз­ки при ма­нев­рах вре­мя от вре­ме­ни за­став­ля­ли ме­нять ки­ле­вые бал­ки, трес­кав­шие­ся по си­ло­вым нер­вю­рам.

В вер­то­лет­ных час­тях 40-й ар­мии, что­бы из­бе­жать пе­ре­ры­вов в ра­бо­те и не­нуж­но­го рас­хо­да ре­сур­са на пе­ре­го­ны, сме­ня­лись толь­ко эки­па­жи, а ма­ши­ны бы­ли об­ре­че­ны от­ра­бо­тать на мес­те весь срок, в луч­шем слу­чае до­тя­нув до ухо­да в ре­монт. Это уда­ва­лось да­ле­ко не ка­ж­до­му: из го­да в год вер­то­лет­чи­ки те­ря­ли в ДРА 8-12% сво­его пар­ка. Сред­ний на­лет Ми-24 за год со­став­лял 360-400 ч, а в «го­ря­чих» мес­тах на­мно­го вы­ше. Так, по­лу­чив в ав­гу­сте 1986 го­да па­ру «ну­ле­вых» Ми-24, 262-я эс­кад­ри­лья из Баг­ра­ма за год пол­но­стью вы­ра­бо­та­ла весь их 1000-часовой ре­сурс до пер­во­го ре­мон­та. В 1985 го­ду при сред­нем на­ле­те 414 ча­сов, опе­ре­жав­шем и Ми-8, мак­си­маль­ное чис­ло ча­сов на од­ной из ма­шин Баг­ра­ма со­ста­ви­ло 660.

Бла­го­да­ря вы­со­кой на­деж­но­сти, уда­лось вве­сти в прак­ти­ку экс­плуа­та­цию вер­то­ле­тов «по со­стоя­нию», с об­слу­жи­ва­ни­ем «ко­гда нуж­но» вме­сто «ко­гда по­ло­же­но». Вы­ра­бо­тав­шим ре­сурс дви­га­те­лям раз­ре­ша­лось от­ле­тать еще до 50 ч, а мно­гие аг­ре­га­ты и во­все тру­ди­лись до от­ка­за. Про­яв­ляя не­дю­жин­ную изо­бре­та­тель­ность, тех­ни­ки на мес­те до­ра­ба­ты­ва­ли Ми-24 и вы­пол­ня­ли весь­ма слож­ные ре­мон­ты. Без­на­деж­но за­би­тые фильт­ры про­ду­ва­ли сжа­тым воз­ду­хом, за­ки­пав­шие в жа­ру ак­ку­му­ля­то­ры ос­ту­жа­ли в про­точ­ных ары­ках, дви­га­те­ли за­пус­ка­ли от ак­ку­му­ля­то­ров тан­ков и БМП, на за­ме­ну аг­ре­га­тов пус­ка­ли «втор­сы­рье» со сби­тых ма­шин (осе­нью 1982 го­да, ос­тав­шись без дви­га­те­лей, тех­ни­ки Кан­да­га­ра су­ме­ли со­брать впол­не ра­бо­чий ТВ3-117 из трех из­но­шен­ных).

За­щи­щен­ность Ми-24 при­зна­ва­лась не­пло­хой. 4-5-мм сталь­ная бро­ня, при­кры­вав­шая ка­би­ну эки­па­жа, ко­роб­ку при­во­дов и мас­ло­ба­ки дви­га­те­лей, ре­дук­тор и гид­ро­бак, за­дер­жи­ва­ла бо­лее 2/3 по­па­дав­ших пуль, а бро­не­стек­ла ка­бин во всех слу­ча­ях во­об­ще ни ра­зу не бы­ли про­би­ты, хо­тя наи­боль­шее чис­ло по­па­да­ний Ми-24 по­лу­чал имен­но спе­ре­ди, во вре­мя ата­ки, и боль­ше все­го дос­та­ва­лось ра­бо­че­му мес­ту опе­ра­то­ра. На вер­то­ле­те м-ра Е. Ры­бен­ко под Баг­ра­мом оче­редь ДШК раз­во­ро­ти­ла низ фю­зе­ля­жа и под­ка­бин­ный от­сек, а про­шед­шая в ка­би­ну мас­сив­ная 50-граммовая пу­ля за­се­ла в бро­не­чаш­ке си­де­нья. В Газ­ни «Стин­гер» ра­зо­рвал­ся у хво­сто­во­го вин­та, раз­мо­ча­лив ло­па­сти, но на их ос­тат­ках Ми-24 смог сесть.

Наи­бо­лее гроз­ным про­тив­ни­ком дол­гое вре­мя ос­та­ва­лись круп­но­ка­ли­бер­ные ДШК и ЗГУ, ко­то­ры­ми в 1985 го­ду бы­ли сби­ты, со­от­вет­ст­вен­но, 42% и 25% всех по­те­рян­ных Ми-24. Ча­ще дру­гих стра­да­ли си­ло­вая ус­та­нов­ка, гид­ро­сис­те­ма, а осо­бен­но, элек­тро­сеть и управ­ле­ние, рас­тя­ну­тые по все­му вер­то­ле­ту, хо­тя их дуб­ли­ро­ва­ние во мно­гих слу­ча­ях по­зво­ля­ло спа­сти ма­ши­ну. При од­ном «вы­би­том» дви­га­те­ле вто­рой ав­то­ма­ти­че­ски вы­хо­дил на по­вы­шен­ную мощ­ность. Да­же при про­стре­лен­ном ре­дук­то­ре и пол­ном «мас­ля­ном го­ло­да­нии» мож­но бы­ло тя­нуть еще 15-20 ми­нут. В мар­те 1987 го­да у Ми-24П к-на Ни­ко­лае­ва уда­рив­шие в хвост пу­ли пе­ре­би­ли ру­ле­вую цепь, ли­шив ма­ши­ну пу­те­во­го управ­ле­ния. Лет­чик су­мел все же вый­ти к Баг­ра­му и сел с хо­ду. На про­бе­ге вер­то­лет вы­не­сло с по­ло­сы, в ту­че пы­ли он про­нес­ся по­пе­рек все­го аэ­ро­дро­ма, чу­дом увер­нул­ся от вы­ру­ли­вав­ше­го Су-17, пе­ре­ско­чил че­рез сто­яв­шие на пу­ти ав­то­ма­ши­ны и ос­та­но­вил­ся, вле­тев в пус­то­вав­ший ан­гар. По­сле за­ме­ны ло­па­стей, вы­вер­ну­той пуш­ки и по­мя­то­го но­са «два­дцать­чет­вер­ка» вер­ну­лась в строй. 12 ию­ля 1982 го­да па­ра Ми-24В Вол­ко­ва и Лан­це­ва из 280-го пол­ка по­гна­лась за дву­мя джи­па­ми на под­хо­дах к душ­ман­ской ба­зе у Кан­да­га­ра. От­ча­ян­но увер­ты­вав­шие­ся «Той­о­ты» уда­лось рас­стре­лять, но и са­ми вер­то­ле­ты по­па­ли под огонь. На ве­до­мом со­шлись трас­сы сра­зу трех ДШК. На бор­ту бы­ли пе­ре­би­ты тру­бо­про­во­ды, элек­тро­про­вод­ка, по­се­че­ны ло­па­сти, ав­то­мат пе­ре­ко­са, в ка­би­не от­ка­за­ли при­бо­ры. По­сле по­сад­ки ра­не­но­му борт­тех­ни­ку при­шлось лезть в дви­га­тель, упор­но не же­лав­ший от­клю­чать­ся из-за пе­ре­би­той тя­ги сто­п-кра­на.

Ана­лиз по­терь под­твер­дил: пре­ж­де все­го на­до за­щи­тить эки­паж, ко­то­рый мо­жет спа­сти да­же под­би­тую ма­ши­ну. По­пыт­ка ре­шить про­бле­му «в лоб», ус­та­но­вив внут­ри бо­ко­вые бро­не­стек­ла, ока­за­лась не­удач­ной: 35-кг ра­мы со стек­ло­бло­ка­ми ухуд­ши­ли об­зор и умень­ши­ли по­лез­ный объ­ем ка­би­ны, бу­к­валь­но не да­вая по­вер­нуть го­ло­вы. Та­кая же участь ожи­да­ла пред­ло­жен­ный в 1980 го­ду спе­ци­аль­ный за­щит­ный ком­плект вер­то­лет­чи­ка - на­стоя­щие сталь­ные ла­ты с на­ру­кав­ни­ка­ми и по­но­жа­ми, сра­зу от­верг­ну­тые за гро­мозд­кость и не­по­мер­ный вес. Эки­па­жи лишь ино­гда поль­зо­ва­лись бро­не­жи­ле­та­ми (боль­шей ча­стью зи­мой, как сво­его ро­да фу­фай­ка­ми) и за­щит­ны­ми шле­ма­ми ЗШ-3Б, по­ру­ги­вая их за тя­жесть - при ма­нев­ре три ки­ло­грам­ма про­сто сво­ра­чи­ва­ли го­ло­ву на­бок (поз­же поя­ви­лись бо­лее удоб­ные ти­та­но­вые ЗШ-5Б). Из эки­пи­ров­ки ста­ли изы­мать по­пу­ляр­ные пре­ж­де лег­кие го­лу­бые ком­би­не­зо­ны: при по­жа­ре на бор­ту син­те­ти­ка в их тка­ни пла­ви­лась и на­мерт­во при­го­ра­ла к ко­же. Вза­мен в 1984 го­ду вер­то­лет­чи­ки пер­вы­ми в ВВС по­лу­чи­ли ка­муф­ли­ро­ван­ные кос­тю­мы, да­вав­шие лиш­ний шанс при вы­ну­ж­ден­ной по­сад­ке.

По­жа­ры и взры­вы бы­ли при­чи­ной ги­бе­ли до 45% всех сби­тых ма­шин. Ба­ки, на ко­то­рые при­хо­ди­лось 90% по­вре­ж­де­ний то­п­лив­ной сис­те­мы, ста­ли за­пол­нять пе­но­по­лиу­ре­та­но­вой губ­кой. Эта за­щи­та ока­за­лась очень эф­фек­тив­ной, све­дя на нет слу­чаи по­жа­ра на бор­ту, хо­тя и обош­лась в 40 кг при­рос­та мас­сы и уча­стив­ши­ми­ся за­гряз­не­ния­ми фильт­ров крош­ка­ми губ­ки (вна­ча­ле за­пол­ни­тель был бель­гий­ско­го про­из­вод­ст­ва, за­тем из-за от­ка­за в по­став­ках его за­ме­ни­ли оте­че­ст­вен­ным, бо­лее лом­ким). Лет­чи­ки на­стой­чи­во тре­бо­ва­ли за­щи­тить Ми-24 от ог­ня сза­ди, где вер­то­лет имел уяз­ви­мую «мерт­вую зо­ну» и силь­но ус­ту­пал в этом от­но­ше­нии Ми-8. На вы­хо­де из ата­ки Ми-24 по­лу­чал 46-48% всех по­па­да­ний про­тив 26-27% у ос­на­щен­ных кор­мо­вым пу­ле­ме­том «вось­ме­рок». В 1985 го­ду ОКБ осу­ще­ст­ви­ло та­кую до­ра­бот­ку, ус­та­но­вив на мес­те зад­не­го ра­дио­от­се­ка 12,7-мм пу­ле­мет НСВТ «Утес», к ко­то­ро­му из ка­би­ны вел тун­нель-лаз, «про­руб­лен­ный» в зад­нем то­п­лив­ном ба­ке. Для стрел­ка в тес­ном от­се­ке тол­ком мес­та не на­шлось, и его но­ги в свое­об­раз­ных про­ре­зи­нен­ных «шта­нах» све­ши­ва­лись на­ру­жу. Та­кой ус­та­нов­кой не­удоб­но бы­ло поль­зо­вать­ся, к то­му же при по­ка­зе ру­ко­во­дству ВВС один из вы­со­ко­по­став­лен­ных чи­нов, по­же­лав лич­но оп­ро­бо­вать изо­бре­те­ние, на­мерт­во за­стрял в тес­ном ла­зе.

На Ми-24 про­дол­жа­ли об­хо­дить­ся при­кры­ти­ем стрел­ка-бор­ттех­ни­ка, ис­поль­зо­вав­ше­го ок­на де­сант­но­го от­се­ка. Что­бы уве­ли­чить сек­тор об­стре­ла, вве­ли раз­дель­ное от­кры­тие толь­ко верх­них ство­рок две­рей, в ко­то­рых мож­но бы­ло сво­бод­нее ору­до­вать пу­ле­ме­том (пре­ж­де они рас­па­хи­ва­лись вме­сте с ниж­ни­ми и стрел­ку не на что бы­ло опе­реть­ся). Обыч­но ис­поль­зо­ва­ли ува­жае­мый за даль­ность и точ­ность боя пу­ле­мет ПК (ПКТ), а ино­гда и па­ру, что­бы не тра­тить вре­мя на пе­ре­бра­сы­ва­ние ору­жия с бор­та на борт (в Ка­бу­ле был слу­чай, ко­гда борт­тех­ник при этом за­дел спуск и рас­стре­лял из­нут­ри свой вер­то­лет). На иных ма­ши­нах бра­ли с со­бой еще и бо­лее лег­кий и удоб­ный РПК. Вес­ной 1986 го­да ко­ман­до­ва­ние «с це­лью со­кра­ще­ния не­оп­рав­дан­ных по­терь» при­ня­ло ре­ше­ние ос­тав­лять борт­тех­ни­ка на зем­ле, но это­му вос­про­ти­ви­лись са­ми эки­па­жи, со­гла­шав­шие­ся ле­тать вдво­ем толь­ко по сво­ему ус­мот­ре­нию, вы­би­рая вы­иг­рыш в ве­се или при­кры­тие.

Ле­том 1980 г., по­сле по­яв­ле­ния у душ­ма­нов ПЗРК, МВЗ име­ни Ми­ля при­сту­пил к вы­пол­не­нию ком­плек­са до­ра­бо­ток Ми-24, свя­зан­ных с по­вы­ше­ни­ем жи­ву­че­сти. На со­плах дви­га­те­лей ус­та­но­ви­ли ЭВУ, ко­то­рые из-за боль­шо­го со­про­тив­ле­ния и не­удоб­ст­ва в экс­плуа­та­ции при­жи­лись не сра­зу и ста­ли обя­за­тель­ны­ми лишь с 1983 го­да, ко­гда душ­ма­ны ос­вои­ли прак­ти­че­ское при­ме­не­ние ПЗРК. С 1980 го­да па­ке­ты из двух 32-зарядных кас­сет ИК-ло­ву­шек АСО-2В с па­тро­на­ми ЛО-56 ста­ли под­ве­ши­вать­ся на сталь­ных лен­тах под хво­сто­вой бал­кой, а с 1987 го­да - дву­мя «ве­ер­ны­ми» бло­ка­ми по три кас­се­ты в ка­ж­дом на бор­тах фю­зе­ля­жа за кры­лом, соз­да­вав­ших за вер­то­ле­том ши­ро­кий шлейф из лож­ных те­п­ло­вых це­лей.

С 1982 го­да ком­плекс за­щи­ты до­пол­ни­ла стан­ция ак­тив­ных по­мех СОЭП-В1А (из­де­лие Л-166 или «Ли­па»), ока­зав­шая­ся на пер­вых по­рах очень эф­фек­тив­ной. Соз­дан­ный ею мощ­ный те­п­ло­вой по­ток вра­щаю­щи­ми­ся лин­за­ми пре­об­ра­зо­вы­вал­ся в не­пре­рыв­но пе­ре­ме­щаю­щие­ся с боль­шой уг­ло­вой ско­ро­стью ИК-лу­чи, «рас­ка­чи­вал» кон­ту­ры на­ве­де­ния ра­ке­ты и уве­ли­чи­вал про­мах в не­сколь­ко раз. «Ли­па» ра­бо­та­ла от взле­та до по­сад­ки. Бло­ки АСО-2В ис­поль­зо­ва­лись не толь­ко при штур­мов­ке це­ли, но и при про­ле­те опас­ных рай­онов. Ти­по­вой «АСО-ма­невр» при за­ме­чен­ном пус­ке ра­ке­ты со­сто­ял в рез­ком от­во­ро­те с од­но­вре­мен­ным зал­пом ИК-ло­вуш­ка­ми.

На­ла­жен­ная служ­ба эва­куа­ции и вос­ста­нов­ле­ния к 1987 го­ду воз­вра­ща­ла в строй 90% по­вре­ж­ден­ных вер­то­ле­тов, то­гда как вна­ча­ле «вы­жи­ва­ли» толь­ко 7 из 10. Что­бы эки­паж мог са­мо­стоя­тель­но ока­зать «пер­вую по­мощь» ма­ши­не на мес­те вы­ну­ж­ден­ной по­сад­ки, на борт бра­ли те­хап­теч­ку с хо­до­вы­ми зап­ча­стя­ми и ин­ст­ру­мен­том, а лет­чи­ки за­го­дя тре­ни­ро­ва­лись в ре­мон­те. При серь­ез­ных по­вре­ж­де­ни­ях к под­би­той ма­ши­не вы­ле­та­ла эва­куа­ци­он­ная груп­па, на ско­рую ру­ку го­то­вив­шая вер­то­лет к пе­ре­го­ну на ба­зу. В нее под­би­ра­ли об­стре­лян­ных и опыт­ных тех­ни­ков, спо­соб­ных не толь­ко бы­ст­ро под­ла­тать ма­ши­ну, но и от­бить­ся от мод­жа­хе­дов. Ра­бо­тать не­ред­ко при­хо­ди­лось под ог­нем, бы­ва­ли слу­чаи, ко­гда при­быв­шая че­рез па­ру ча­сов бри­га­да под­ры­ва­лась на уже за­ми­ни­ро­ван­ном вер­то­ле­те. Ма­ши­ны со зна­чи­тель­ны­ми по­вре­ж­де­ния­ми вы­во­зи­ли дру­ги­ми вер­то­ле­та­ми, раз­би­рая и об­лег­чая их до 2500 кг, пре­дель­ных для Ми-8МТ. Зи­мой 1986 го­да у Газ­ни ни­как не уда­ва­лось вы­та­щить про­ва­лив­ший­ся в жид­кую грязь пе­ре­со­хше­го озе­ра Ми-24. То­гда за­ме­ни­ли по­вре­ж­ден­ный дви­га­тель, хво­сто­вой винт, сня­ли с бор­та все, что толь­ко смог­ли, ран­ним ут­ром вы­ру­би­ли ма­ши­ну из под­мерз­шей то­пи, и ко­мэск 335-го пол­ка Шме­лев су­мел вы­рвать вер­то­лет «за во­ло­сы», по­сле че­го при­вел его до­мой.

Не под­ле­жав­шие ре­мон­ту ма­ши­ны унич­то­жа­лись на мес­те, что то­же тре­бо­ва­ло уме­ния: изу­ве­чен­ные вер­то­ле­ты не хо­те­ли го­реть от за­жи­га­тель­ных пуль и не взры­ва­лись да­же от уда­ра НА­Ра­ми, про­ши­вав­ши­ми «жес­тян­ку» на­сквозь. Что­бы вер­то­лет не дос­тал­ся про­тив­ни­ку, спе­ци­аль­но раз­ра­бо­тан­ная ин­ст­рук­ция тре­бо­ва­ла: «...все уце­лев­шие НАР С-5 уло­жить в гру­зо­вой ка­би­не и ка­би­не эки­па­жа, бом­бы - под фю­зе­ля­жем на зем­ле; раз­ру­шить тру­бо­про­во­ды то­п­лив­ной и гид­ро­сис­тем уда­ра­ми в ниж­ней час­ти фю­зе­ля­жа; смо­чен­ные в ке­ро­си­не чех­лы уло­жить жгу­том дли­ной не ме­нее 20 м, обес­пе­чи­ваю­щим от­ход в безо­пас­ное ме­сто...».

Ев­ро­па

В 1995 го­ду Хор­ва­тия ис­поль­зо­ва­ла 12 Ми-24 про­тив Ар­мии Краи­ны во вре­мя опе­ра­ции «Шторм». Бы­ло по­те­ря­но 3 вер­то­ле­та - 2 сби­то, 1 по­тер­пел ава­рию из-за по­год­ных ус­ло­вий.

В 1998 го­ду сер­бы при­ме­ня­ли Ми-24В для уда­ров по от­ря­дам ОАК.

Воо­ру­жен­ные си­лы Ма­ке­до­нии ак­тив­но ис­поль­зо­ва­ли Ми-24В про­тив ал­бан­ских бое­ви­ков в 2001 го­ду.

Аф­ри­ка

Впер­вые Ми-24А при­ня­ли уча­стие в бое­вых дей­ст­ви­ях в на­ча­ле 1978 го­да в хо­де эфи­оп­ско-со­ма­лий­ско­го кон­флик­та. Пи­ло­ти­руе­мые ку­бин­ски­ми доб­ро­воль­ца­ми, Ми-24А на­но­си­ли уда­ры по бро­не­тан­ко­вой тех­ни­ке и ар­тил­ле­рий­ским по­зи­ци­ям со­ма­лий­ско­го ге­не­ра­ла Сиа­да Бар­ре. Прак­ти­че­ское от­сут­ст­вие ПВО у про­тив­ни­ка по­зво­ля­ло де­лать это без­на­ка­зан­но. По­сле из­гна­ния со­ма­лий­цев Эфио­пия по­гру­зи­лась в за­тяж­ную гра­ж­дан­скую вой­ну, в хо­де ко­то­рой пра­ви­тель­ст­вен­ные вой­ска ис­поль­зо­ва­ли свы­ше 60 Ми-24А. Они при­ме­ня­лись для ог­не­вой под­держ­ки, при этом глав­ным сред­ст­вом по­ра­же­ния яв­ля­лись НА­Ры С-5. При пол­ном от­сут­ст­вии по­терь Ми-24 во вре­мя бое­вых вы­ле­тов на этом эта­пе кон­флик­та эрит­рей­ские се­па­ра­ти­сты су­ме­ли унич­то­жить не­сколь­ко вер­то­ле­тов на авиа­ба­зе Ас­ма­ра в ночь с 20 на 21 мая 1984 г.

В 1988 го­ду из СССР в Эфио­пию по­сту­пи­ли вер­то­ле­ты Ми-35. В этом кон­флик­те бое­вые вер­то­ле­ты ис­поль­зо­ва­лись ус­пеш­но не толь­ко про­тив на­зем­ных, но и над­вод­ных це­лей. По­сле то­го как они унич­то­жи­ли в Крас­ном мо­ре око­ло де­сят­ка ско­ро­ст­ных су­дов се­па­ра­ти­стов, дерз­ко на­па­дав­ших на стоя­щие под раз­груз­кой транс­пор­ты, про­тив­ник от­ка­зал­ся от по­доб­ных на­ле­тов. В фев­ра­ле 1989 го­да две груп­пы пра­ви­тель­ст­вен­ных Ми-35 по­оче­ред­но ата­ко­ва­ли с ты­ла дви­гав­шую­ся по до­ро­ге в гор­ном уще­лье ко­лон­ну бро­не­тех­ни­ки и по­дожг­ли ог­нем из УПК-23-250 не­сколь­ко ма­шин. В хо­де кон­флик­та се­па­ра­ти­сты сби­ли не­сколь­ко Ми-24А. До на­ча­ла 1990-го пра­ви­тель­ст­вен­ные вой­ска ли­ши­лись од­но­го Ми-35, при­зем­лив­ше­го­ся с не­вы­пу­щен­ным шас­си. По­сле пре­кра­ще­ния по­став­ки зап­ча­стей из СССР боль­шая часть вер­то­лет­но­го пар­ка по­сто­ян­но про­пи­са­лась на зем­ле. Не­сколь­ко ма­шин уг­на­ли се­па­ра­ти­сты и ис­поль­зо­ва­ли их в бо­ях до 1991 го­да, ко­гда Эфио­пия рас­па­лась на два го­су­дар­ст­ва.

Еще од­на стра­ни­ца бое­во­го при­ме­не­ния Ми-24 на­пи­са­на во вре­мя гра­ж­дан­ской вой­ны в Ча­де ме­ж­ду про­ли­вий­ской груп­пи­ров­кой Г. Уэд­дея и ре­жи­мом Х. Хаб­ре в 1980-1987 го­дах. В хо­де бое­вых дей­ст­вий при­ня­ли уча­стие око­ло 30 Ми-24А и Ми-25, для се­ми из них вой­на ока­за­лась по­след­ней, два Ми-24 сби­ли ПВО су­хо­пут­ных войск Ча­да, еще па­ру спец­под­раз­де­ле­ния Х. Хаб­ре унич­то­жи­ли во вре­мя на­ле­та на авиа­ба­зу Маа­тен-Эс­-С­арай, а три в ис­прав­ном со­стоя­нии они за­хва­ти­ли в мар­те 1987 го­да на авиа­ба­зе Уа­ди-Дум. Эти ма­ши­ны Х. Хаб­ре по­да­рил фран­цу­зам в знак бла­го­дар­но­сти за по­мощь двух эс­кад­ри­лий «Ягуа­ров» ЕС 1/11 Roussilion и ЕС 3/3 Ardennes, уча­ст­во­вав­ших в те­че­ние не­сколь­ких ме­ся­цев 1986 го­да в борь­бе про­тив се­па­ра­ти­стов. По­сле ис­пы­та­ний Фран­ция пе­ре­да­ла по од­но­му эк­зем­п­ля­ру Ми-24 США и Ве­ли­ко­бри­та­нии. Еще один Ми-25 в 1988 го­ду Ве­ли­ко­бри­та­нии пе­ре­дал Па­ки­стан.

В се­ре­ди­не 1980-х го­дов в Ан­го­лу по­ста­ви­ли пер­вую пар­тию Ми-24. Эки­па­жи бое­вых вер­то­ле­тов со­стоя­ли в ос­нов­ном из ку­бин­ских доб­ро­воль­цев. Это бы­ла оче­ред­ная гра­ж­дан­ская вой­на с уча­сти­ем «два­дцать­чет­вер­ки», на этот раз про­тив­ни­ка­ми пра­ви­тель­ст­ва вы­сту­па­ли от­ря­ды груп­пи­ров­ки UNITA и вой­ска ЮАР. Убе­див­шись в вы­со­кой бое­вой жи­ву­че­сти Ми-24, про­тив­ник ши­ро­ко ис­поль­зо­вал для борь­бы с ним со­вет­ские тро­фей­ные зе­нит­ные ар­тил­ле­рий­ские ус­та­нов­ки и ПЗРК, мо­биль­ные ЗРК «Стрела-1». Для сни­же­ния по­терь вер­то­лет­чи­кам при­шлось ле­тать на пре­дель­но ма­лых вы­со­тах. В хо­де ожес­то­чен­ных бое­вых дей­ст­вий до кон­ца 1985 го­да все ан­голь­ские Ми-24 бы­ли вы­ве­де­ны из строя. В 1986 го­ду Со­вет­ский Со­юз по­ста­вил в Ан­го­лу но­вую пар­тию вер­то­ле­тов, око­ло три­дца­ти Ми-25 и Ми-35. Эти вер­то­ле­ты ус­пеш­но дей­ст­во­ва­ли про­тив ар­мей­ских под­раз­де­ле­ний ЮАР на юго-во­сто­ке стра­ны. В хо­де даль­ней­ших бо­ев с воо­ру­жен­ны­ми фор­ми­ро­ва­ния­ми оп­по­зи­ции пра­ви­тель­ст­вен­ные вой­ска по­те­ря­ли еще не­сколь­ко ма­шин. По­сле раз­ва­ла со­циа­ли­сти­че­ско­го ла­ге­ря со­вет­ни­ки из соц­стран по­ки­ну­ли стра­ну, а по­став­лен­ная Лу­ан­де авиа­тех­ни­ка из-за от­сут­ст­вия ква­ли­фи­ци­ро­ван­но­го об­слу­жи­ва­ния за­мер­ла на аэ­ро­дро­мах. В ан­голь­ском не­бе по-преж­не­му по­яв­ля­ют­ся Ми-24: юж­но­аф­ри­кан­ская пе­чать со­об­щи­ла в ян­ва­ре 1999 го­да о по­куп­ке пов­стан­ца­ми из UNITA че­рез Уган­ду у Ук­раи­ны де­вя­ти вер­то­ле­тов Ми-24.

Три Ми-24В, управ­ляе­мые на­ем­ни­ка­ми из ЮАР, ис­поль­зо­ва­лись в гра­ж­дан­ской вой­не в Сьер­ра-Ле­о­не про­тив пов­стан­цев из Объ­е­ди­нен­но­го ре­во­лю­ци­он­но­го фрон­та. Поз­же эти же вер­то­ле­ты ис­поль­зо­ва­лись про­тив ОРФ ВВС Гви­неи.

В 1995 го­ду Су­да­ном би­ло при­об­ре­те­но 6 Ми-24, ко­то­рые ис­поль­зо­ва­лись про­тив На­род­ной ар­мии ос­во­бо­ж­де­ния Су­да­на.

Во вре­мя гра­ж­дан­ской вой­ны в Кот-д'Ивуаре пять Ми-24, пи­ло­ти­руе­мые на­ем­ни­ка­ми, бы­ли ис­поль­зо­ва­ны пра­ви­тель­ст­вен­ны­ми си­ла­ми. Позд­нее они бы­ли унич­то­же­ны фран­цуз­ски­ми вой­ска­ми в от­вет на воз­душ­ный удар по фран­цуз­ской ба­зе.

Ближ­ний Вос­ток

В хо­де ира­но-и­рак­ской вой­ны Ми-24 при­шлось ре­шать са­мые раз­лич­ные за­да­чи: унич­то­жать бро­не­тех­ни­ку, по­ле­вые ук­ре­п­ле­ния и жи­вую си­лу про­тив­ни­ка на по­ле боя со­про­во­ж­дать транс­порт­но-де­сант­ные вер­то­ле­ты, ока­зы­вать авиа­ци­он­ную под­держ­ку на­сту­п­ле­нию су­хо­пут­ных войск и де­сан­тов, за­ни­мать­ся ми­ни­ро­ва­ни­ем с воз­ду­ха, раз­вед­кой, кор­рек­ти­ров­кой ог­ня ар­тил­ле­рии, при­ме­не­ни­ем хи­ми­че­ско­го ору­жия и ве­де­ни­ем воз­душ­но­го боя.

Воз­душ­ные бои ме­ж­ду вер­то­ле­та­ми вы­зы­ва­ли боль­шой ин­те­рес у спе­циа­ли­стов. Наи­бо­лее опас­ным про­тив­ни­ком Ми-24 в той вой­не яв­ля­лись 203 аме­ри­кан­ских бое­вых вер­то­ле­та AH-1J «Си Коб­ра», за­ка­зан­ных Ира­ном в США. Раз­лич­ные кон­цеп­ции, за­ло­жен­ные при соз­да­нии этих ма­шин, на­шли от­ра­же­ние в их об­ли­ке и лет­но-тех­ни­че­ских ха­рак­те­ри­сти­ках.

Пер­вый в ми­ре бой ме­ж­ду вер­то­ле­та­ми про­изо­шел в но­яб­ре 1980 го­да у го­ро­да Дез­фуль. Две «Си Коб­ры», не­за­ме­чен­ные па­рой Ми-24, ата­ко­ва­ли их ПТУ­Ра­ми из зад­ней по­лу­сфе­ры. Один ирак­ский вер­то­лет был сбит, вто­рой, по­лу­чив по­вре­ж­де­ния, со­вер­шил вы­ну­ж­ден­ную по­сад­ку. Еще два Ми-24 иран­ские AH-1J сби­ли ПТУ­Ра­ми 24 ап­ре­ля 1981-го у на­се­лен­но­го пунк­та Панд­же­вин.

14 сен­тяб­ря 1983-го у го­ро­да Бас­ра, ирак­ский Ми-24 удач­но ата­ко­вал и сбил «Си Коб­ру». Че­рез не­сколь­ко ме­ся­цев, в фев­ра­ле 1984 го­да, груп­па Ми-24 в воз­душ­ном бою унич­то­жи­ла три «Си Коб­ры». Че­рез два го­да, в фев­ра­ле 1986 го­да, в воз­душ­ных бо­ях ме­ж­ду Ми-24 и AH-1J, бы­ло по­те­ря­но два Ми-24 и пять «Си Кобр». По­след­ний бой ме­ж­ду AH-1J и Ми-24 про­изо­шел в мае 1986 го­да, ко­гда ирак­ские вер­то­лет­чи­ки в ре­зуль­та­те удач­ной ата­ки сби­ли од­ну из двух иран­ских «Си Кобр».

В ито­ге за во­семь лет воо­ру­жен­но­го кон­флик­та в 56 воз­душ­ных бо­ях ме­ж­ду вер­то­ле­та­ми, в том чис­ле де­сять - ме­ж­ду Ми-24 и «Си Коб­ра­ми» - бы­ло сби­то де­сять «Си Кобр» и шесть Ми-24.

27 ок­тяб­ря 1982 го­да ирак­ский Ми-24 унич­то­жил в воз­душ­ном бою у на­се­лен­но­го пунк­та Эйн-Хош иран­ский ис­тре­би­тель F-4 «Фан­том» II. Пер­вым, за­ме­тив вра­же­ский са­мо­лет на встреч­ном кур­се, ирак­ский эки­паж зал­пом вы­пус­тил свои НА­Ры в уп­ре­ж­ден­ную точ­ку с дис­тан­ции 2,5 км, чем вы­звал за­ме­ша­тель­ст­во про­тив­ни­ка. Не те­ряя ини­циа­ти­вы, ирак­ские вер­то­лет­чи­ки рас­стре­ля­ли ис­тре­би­тель из пу­ле­ме­та. В дру­гом за­фик­си­ро­ван­ном слу­чае ре­зуль­тат встре­чи Ми-24 с «Фан­то­мом» был об­рат­ным. В сен­тяб­ре 1980-го ирак­ская пя­тер­ка Ми-24 об­стре­ля­ла иран­ские по­гра­нич­ные ук­ре­п­ле­ния, под­ня­тые на пе­ре­хват на­ру­ши­те­лей гра­ни­цы ис­тре­би­те­ли сби­ли один вер­то­лет.

Во вре­мя за­хва­та Ку­вей­та ирак­ски­ми вой­ска­ми в ав­гу­сте 1990 го­да не­сколь­ко Ми-24 бы­ли унич­то­же­ны про­тив­ни­ком. Во вре­мя от­вет­ной опе­ра­ции «Бу­ря в пус­ты­не», пред­при­ня­той мно­го­на­цио­наль­ны­ми си­ла­ми, око­ло по­лу­сот­ни имев­ших­ся в на­ли­чии у Ира­ка Ми-24 прак­ти­че­ско­го уча­стия в бое­вых дей­ст­ви­ях уча­стия не при­ни­ма­ли, но пять ма­шин бы­ли по­те­ря­ны на зем­ле. До 22 ав­гу­ста 1992 го­да ирак­ские «два­дцать­чет­вер­ки» ис­поль­зо­ва­лись про­тив пов­стан­це­в-шии­тов на юге стра­ны. К это­му вре­ме­ни в ВВС Ира­ка на­счи­ты­ва­лось 30 Ми-24.

Си­рий­ские ВВС ус­пеш­но ис­поль­зо­ва­ли свои Ми-24 со­вме­ст­но с «Га­зе­ля­ми» в Ли­ва­не в ию­не 1982-го в хо­де пя­той ара­бо-из­ра­иль­ской вой­ны. В 93-х бое­вых вы­ле­тах с 6 по 11 ию­ня вер­то­ле­ты унич­то­жи­ли боль­шую часть из 55 из­ра­иль­ских тан­ков, за­счи­тан­ных ВВС. По­терь в июнь­ских бо­ях си­рий­ских Ми-24 не от­ме­че­но. По­сле окон­ча­ния вой­ны си­рий­цы ак­тив­но ис­поль­зо­ва­ли Ми-24 на юге Ли­ва­на про­тив воо­ру­жен­ных пра­во­хри­сти­ан­ских фор­ми­ро­ва­ний, бло­ки­руя мор­ское по­бе­ре­жье Ли­ва­на. Во вре­мя од­но­го из пат­руль­ных по­ле­тов в ап­ре­ле 1989 го­да па­ра Ми-24 ата­ко­ва­ла и по­вре­ди­ла на­хо­див­шие­ся в 70 км за­пад­нее пор­та Тар­тус во­до­лаз­ный бот и бук­сир ВМС СССР, ра­нив семь со­вет­ских мо­ря­ков. В ок­тяб­ре 1993 го­да в си­рий­ских ВВС экс­плуа­ти­ро­ва­лись 36 вер­то­ле­тов Ми-25.

Юж­ная и Юго-Во­сточ­ная Азия

Ин­дий­ские ВВС впер­вые при­ме­ни­ли свои Ми-24 про­тив па­ки­стан­ских войск в 1987 го­ду, во вре­мя этих опе­ра­ций про­яви­лись не­дос­та­точ­ные вы­сот­ные ха­рак­те­ри­сти­ки вер­то­ле­та в ме­ст­ных гор­ных ус­ло­ви­ях.

В 1987-1989 го­дах ин­дий­ские ми­ро­твор­че­ские си­лы ис­поль­зо­ва­ли Ми-24 для борь­бы с воо­ру­жен­ны­ми фор­ми­ро­ва­ния­ми се­па­ра­ти­стов «Тиг­ры ос­во­бо­ж­де­ния Та­мил-И­ла­ма» (ТО­ТИ) в Шри-Лан­ке. Ми-24 при­ме­ня­лись для по­ис­ка и унич­то­же­ния от­ря­дов се­па­ра­ти­стов, при­кры­тия транс­порт­ных вер­то­ле­тов, изо­ля­ции рай­она бое­вых дей­ст­вий.

Ин­дий­ские вер­то­лет­чи­ки в хо­де ми­ро­твор­че­ской опе­ра­ции ис­поль­зо­ва­ли толь­ко НА­Ры и стре­ло­вое ору­жие. За вре­мя кон­флик­та ми­ро­твор­цы не по­те­ря­ли ни од­но­го Ми-24.

ВВС Шри-Лан­ки впер­вые ис­поль­зо­ва­ли Ми-24 про­тив се­па­ра­ти­стов ТО­ТИ 14 но­яб­ря 1995 го­да. За вре­мя кон­флик­та от ог­ня ПЗРК бы­ло по­те­ря­но бо­лее 5 вер­то­ле­тов.

Воо­ру­жен­ный си­лы Вьет­на­ма при­ме­ня­ли Ми-24А во вре­мя Кам­пу­чий­ско-вь­ет­нам­ский кон­флик­та для на­не­се­ния уда­ров по ба­зам крас­ных кхме­ров.

В 1984-1986 го­дах Кам­пу­чи­ей бы­ло при­об­ре­те­но три Ми-25. Эти вер­то­ле­ты ис­поль­зо­ва­лись для на­не­се­ния уда­ров по ла­ге­рям крас­ных кхме­ров, об­на­ру­жен­ных и обо­зна­чен­ных в джунг­лях са­мо­ле­та­ми-раз­вед­чи­ка­ми.

Ла­тин­ская Аме­ри­ка

По­став­лен­ные сан­ди­ни­ст­ско­му пра­ви­тель­ст­ву Ни­ка­ра­гуа в 1983-1984 го­дах Ми-25 ис­поль­зо­ва­лись про­тив от­ря­дов воо­ру­жен­ной оп­по­зи­ции. Ха­рак­те­ри­сти­ки Ми-25 по­зво­ля­ли им пе­ре­хва­ты­вать лю­бые ти­пы ле­та­тель­ных ап­па­ра­тов, ис­поль­зуе­мых воо­ру­жен­ной оп­по­зи­ци­ей. В хо­де бое­вых дей­ст­вий до 1990 го­да бы­ло по­те­ря­но три Ми-25, два из ко­то­рых унич­то­же­ны ПЗРК.

Пе­ру­ан­ские лет­чи­ки из «Grupo Area 3» ис­поль­зо­ва­ли бое­вые вер­то­ле­ты про­тив ме­ст­ных пар­ти­зан, а так­же в борь­бе с нар­ко­ма­фи­ей.

В 1995 го­ду во вре­мя пе­руа­но-э­к­ва­дор­ско­го кон­флик­та один пе­ру­ан­ский Ми-25 был по­те­рян от ог­ня ПЗРК.

Показать источник
Просмотров: 128506
Теги: ми-24


Комментарии к оружию (16)

Материалы данного раздела получены из открытых источников и опубликованы в информационных целях. В случае неосознаного нарушения авторских прав, информация будет убрана, после получения соответсвующей просьбы, от авторов или издателей, в письменном виде.

e-mail друга: Ваше имя:


< 2017 Сегодня < Мар >
ПнВтСрЧтПтСбВс
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  
Сотрудничество
Реклама на сайте




Реклама