Site map 1Site map 2Site map 3Site map 4Site map 5Site map 6Site map 7Site map 8Site map 9Site map 10Site map 11Site map 12Site map 13Site map 14Site map 15Site map 16Site map 17Site map 18Site map 19Site map 20Site map 21Site map 22Site map 23Site map 24Site map 25Site map 26Site map 27Site map 28Site map 29Site map 30Site map 31Site map 32Site map 33Site map 34Site map 35Site map 36Site map 37Site map 38Site map 39Site map 40Site map 41Site map 42Site map 43Site map 44Site map 45Site map 46Site map 47Site map 48Site map 49Site map 50Site map 51Site map 52Site map 53Site map 54Site map 55Site map 56Site map 57Site map 58Site map 59Site map 60Site map 61Site map 62Site map 63Site map 64Site map 65Site map 66Site map 67Site map 68Site map 69Site map 70Site map 71Site map 72Site map 73Site map 74Site map 75Site map 76Site map 77Site map 78Site map 79Site map 80Site map 81Site map 82Site map 83Site map 84Site map 85Site map 86Site map 87Site map 88Site map 89Site map 90Site map 91Site map 92Site map 93Site map 94Site map 95Site map 96Site map 97Site map 98Site map 99Site map 100Site map 101Site map 102Site map 103Site map 104Site map 105Site map 106Site map 107Site map 108Site map 109Site map 110Site map 111Site map 112Site map 113Site map 114Site map 115Site map 116Site map 117Site map 118Site map 119Site map 120Site map 121Site map 122Site map 123Site map 124Site map 125Site map 126Site map 127Site map 128Site map 129Site map 130Site map 131Site map 132Site map 133Site map 134Site map 135Site map 136Site map 137Site map 138Site map 139Site map 140Site map 141Site map 142Site map 143Site map 144Site map 145Site map 146Site map 147Site map 148Site map 149Site map 150Site map 151Site map 152Site map 153Site map 154Site map 155Site map 156Site map 157Site map 158Site map 159Site map 160Site map 161Site map 162Site map 163Site map 164Site map 165Site map 166Site map 167Site map 168Site map 169Site map 170Site map 171Site map 172Site map 173Site map 174Site map 175Site map 176Site map 177Site map 178Site map 179Site map 180Site map 181Site map 182Site map 183Site map 184Site map 185Site map 186Site map 187Site map 188Site map 189Site map 190Site map 191Site map 192Site map 193Site map 194Site map 195Site map 196Site map 197Site map 198Site map 199Site map 200Site map 201Site map 202Site map 203Site map 204Site map 205Site map 206Site map 207Site map 208Site map 209Site map 210Site map 211Site map 212Site map 213Site map 214Site map 215Site map 216Site map 217Site map 218Site map 219Site map 220Site map 221Site map 222Site map 223Site map 224Site map 225Site map 226Site map 227Site map 228Site map 229Site map 230Site map 231Site map 232Site map 233Site map 234Site map 235Site map 236Site map 237Site map 238Site map 239Site map 240Site map 241Site map 242Site map 243Site map 244Site map 245Site map 246Site map 247Site map 248Site map 249Site map 250Site map 251Site map 252Site map 253Site map 254Site map 255Site map 256Site map 257Site map 258Site map 259Site map 260Site map 261Site map 262Site map 263Site map 264Site map 265Site map 266Site map 267Site map 268Site map 269Site map 270Site map 271Site map 272Site map 273Site map 274Site map 275Site map 276Site map 277Site map 278Site map 279Site map 280Site map 281Site map 282Site map 283Site map 284Site map 285Site map 286Site map 287Site map 288Site map 289Site map 290Site map 291Site map 292Site map 293Site map 294Site map 295Site map 296Site map 297Site map 298Site map 299Site map 300Site map 301Site map 302Site map 303Site map 304Site map 305Site map 306Site map 307Site map 308Site map 309Site map 310Site map 311Site map 312Site map 313Site map 314Site map 315Site map 316Site map 317Site map 318Site map 319Site map 320Site map 321Site map 322Site map 323Site map 324Site map 325Site map 326Site map 327Site map 328Site map 329Site map 330Site map 331Site map 332Site map 333Site map 334Site map 335Site map 336Site map 337Site map 338Site map 339Site map 340Site map 341Site map 342Site map 343Site map 344Site map 345Site map 346Site map 347Site map 348Site map 349Site map 350Site map 351Site map 352Site map 353Site map 354Site map 355Site map 356Site map 357Site map 358Site map 359Site map 360Site map 361Site map 362Site map 363Site map 364Site map 365Site map 366Site map 367Site map 368Site map 369Site map 370Site map 371
english


 
 

О нас | О проекте | Как вступить в проект? | Подписка

 

Разделы сайта

Новости Армии


Вооружение

Поиск
в новостях:  
в статьях:  
в оружии и гр. тех.:  
в видео:  
в фото:  
в файлах:  
Реклама

Статьи
Отправить другу

Состояние и перспективы развития системы противоракетной обороны США и стран Западной Европы

Развертывание в Соединенных Штатах широкомасштабных работ по созданию и совершенствованию принципиально новой системы – стратегических оборонительных сил – придает существующей системе воздушно-космической обороны принципиально новые характеристики.

Непрерывное наращивание и совершенствование стратегических наступательных сил и средств, а также принятие решений, определяющих национальную политику США в области космического пространства, позволяют констатировать, что военно-политическое руководство США взяло курс на достижение военно-технического и прежде всего оперативно-стратегического превосходства над любым из гипотетических противников (или их коалицией).

Стратегические оборонительные силы, включающие в себя силы и средства предупреждения о ракетно-ядерном ударе (СПРЯУ), силы и средства противокосмической обороны (ПКО) и контроля космического пространства (СККП), силы и средства противоракетной и противовоздушной обороны Северо-Американского континента, по существу в настоящее время представляют единую систему воздушно-космической обороны (ВКО).

Еще в середине 1980-х гг. в документе «Мифы и реальность» (в связи с принятием программы СОИ) США провозгласили: «…Развитию вооруженных сил США должно быть присуще стремление не к соревнованию с Советским Союзом в числе мотострелковых и танковых соединений для ведения наземных сражений, а к использованию преимуществ американского промышленного и технологического потенциала для создания высокоточного оружия морского и воздушно-космического базирования в виде космических боевых средств, пилотируемых и беспилотных авиационных средств, роботизированных разведывательно-ударных комплексов, а также глобальных систем управления, которые позволяют нанесением первого и последующих массированных электронных и огневых ударов решить исход войны без вторжения наземных группировок…»

Оценка складывающейся за последние годы обстановки приведена в выступлении Владимира Путина на конференции по вопросам политики и безопасности в Мюнхене 10 февраля 2007 г.: «…Мы видим все большее пренебрежение основополагающими принципами международного права. Больше того – отдельные нормы да по сути чуть ли не вся система права одного государства, прежде всего, конечно, Соединенных Штатов, перешагнула свои национальные границы во всех сферах…»

Геополитическое положение США таково, что основная угроза экономическому и военному потенциалу страны исходит от средств воздушно-космического нападения. Это обусловлено отсутствием сухопутных границ с государствами, имеющими значимые сухопутные силы, а обладая мощнейшим в мире флотом, США могут не опасаться проведения десантных операций. Создание буферной зоны из стран Восточной Европы и передовых баз НАТО на их территории также перенесло угрозу для стран Западной Европы в воздушно-космическую сферу, тем более что основной военный и экономический потенциал европейских государств сосредоточен на Западе и его сохранение в случае вооруженного конфликта будет являться первоочередной задачей.

Таким образом, создание системы воздушно-космической обороны США и стран-союзников рассматривается как одна из первоочередных задач для достижения глобального стратегического превосходства. При этом военно-политическое руководство США рассматривает ВКО как единую систему, при создании которой должны обеспечиваться технологическое единство и единая стратегическая направленность заказов и разработки вооружения ВКО, увязанные в единую систему боевого управления.

При создании ВКО Северо-Американского континента и Западной Европы на современном этапе в единую систему ВКО увязываются прежде всего разведывательно-информационные средства и подсистемы, а также системы боевого управления, при этом средства поражения нередко относятся к разным видам ВС.

Очевидно, что решение задач ВКО невозможно без создания широкомасштабной системы ПРО как одной из основных подсистем ВКО. Таким образом, одной из центральных задач достижения оперативно-стратегического и военно-технического превосходства, судя по действиям военно-политического руководства США, является создание и совершенствование многоэшелонной системы ПРО (Агентство по ПРО – MDA – Missile Defense Agency представляет ее как трехэшелонную) с элементами наземного, морского, воздушного и космического базирования, а также информационно взаимосвязанных с системой ПРО средств и систем предупреждения о ракетно-ядерном ударе и контроля космического пространства.

В период избрания на пост президента США Барак Обама немало высказывался по вопросам ПРО. В частности, он заявил, что США «не создают и не будут создавать систему для защиты от нападения со стороны России». Однако несмотря на указанные заявления, современная администрация США продолжает развертывание системы ПРО, способной в перспективе защитить США от угрозы ракетного нападения любого возможного противника.

Необходимо отметить, что принципиальное решение о развертывании системы ПРО приняла еще администрация Билла Клинтона. Таким образом, по поводу необходимости создания системы ПРО в американской политической элите, видимо, существует полное согласие. Глобальность системы, которую развертывают США и их союзники, не позволяет говорить о том, что она направлена на защиту от какого-то конкретного противника, так как системы разведывательно-информационного обеспечения, боевого управления и средства поражения обеспечивают отражение ударов с любого «направления».

Тем не менее по замыслу построения систему ПРО США и ее боевые возможности нельзя игнорировать и следует рассматривать ее развертывание в разрезе угрозы национальной безопасности Российской Федерации.
Анализируя современное состояние разработки и создания системы ПРО США и Западной Европы, нужно обратить внимание на следующие факты. Во-первых, информационные средства системы ПРО, прежде всего космического базирования (космические аппараты систем SBIRS, STSS и SBR), информационно-интегрированные со средствами СПРЯУ и СККП, вводятся в строй строго по графику. Планы развертывания этих средств за период с 2006 по 2010 г. выполнены практически полностью.

Являясь своеобразным скелетом системы ВКО и ПРО, эти средства позволяют нарастить «мышцы» – ударные средства до необходимого уровня на угрожаемом направлении достаточно быстро прежде всего за счет высокой мобильности и постоянного совершенствования тактико-технических характеристик в рамках программ модернизации существующих и создания новых образцов.

Во-вторых, развертывание сегмента, относящегося к дорогостоящей стратегической системе ПРО США GMD, временно приостановлено. Из основных изменений по сравнению с ранее планируемыми стал отказ от дальнейшего усиления группировок противоракет (ПР) GBI в Форт-Грили (Аляска) и на авиабазе «Ванденберг» (Калифорния).

Одновременно с этим (по данным агентства MDA) вопрос о создании третьего позиционного района стратегической системы ПРО GMD на территории США (авиабаза «Гранд-Форкс») в настоящее время не рассматривается. Откладывается и развертывание позиционного района ПР GBI в Польше (в районе Гданьска) и РЛС ПРО типа GBR в Чехии.

По заявлению вице-председателя Объединенного комитета начальников штабов ВС США Джеймса Картрайта, определение количества трехступенчатых ПР GBI для отражения угрозы МБР поставлено в зависимость от результатов разработки новой (мобильной) ПР. Тем не менее, несмотря на принятое решение по прекращению производства ПР GBI (на основе БР «Минитмен»), исследования и разработки по программе стратегической ПРО GMD продолжаются.

Так, компания Boeing продолжает совершенствование противоракет GBI в части создания мобильного варианта ПР дальнего радиуса действия, ГЧ которой оснащена многоспектральной ИК-ГСН. Компания представила облегченный вариант ПР, запускаемый с мобильной пусковой установки. По заявлению официальных представителей компании Boeing, мобильная система может быть готова уже к 2015 г.

В частности, вице-президент компании Boeing по программе ПРО Грэг Хислоп заявил, что стоимость создания мобильных пусковых установок с их последующим развертыванием может стоить дешевле, чем развертывание шахтных пусковых установок. Эта мобильная система может размещаться в любой из стран НАТО, с которой у США есть договор о статусе сил, при этом система способна стать фактором сдерживания угрозы со стороны России. Предполагается, что с момента переброски мобильных комплексов ПР GBI с континентальной части США система в течение 24 часов может быть готова для боевого применения.

Следует отметить, что ударное развертывание ПР GBI и работы по отдельным исследовательским программам, таким, как лазерный комплекс ПРО воздушного базирования (программа ABL), на первом этапе создания системы ПРО имели в основном политический подтекст, хотя основной упор делался на создание инфраструктуры ВКО как единой системы прежде всего в части модернизации и создания информационно-разведывательных средств, командных пунктов, системы боевого управления, систем связи и передачи данных.

Согласно принятым в 2009 г. администрацией США решениям вектор дальнейшего развития системы ПРО США и стран НАТО был радикально смещен в сторону мобильных средств так называемой нестратегической ПРО.

Дальнейшее увеличение эффективности системы ПРО США планируют за счет совершенствования и значительного усиления группировки «нестратегической» ПРО, основу которой должны составить противоракетные комплексы (ПРК) на базе противоракеты Standard Missile-3 (ПР SM-3) в морской и наземной модификации, ПРК Terminal High Altitude Area Defense (THAAD) и ЗРК Patriot Advanced Capability-3 (PAC-3).

Основным средством решения задач ПРО на среднем участке траектории полета БР в настоящее время рассматриваются ПРК, использующие ПР SM-3 (вариант Block IA) совместно с системой Aegis («Иджис»), который продемонстрировал на испытаниях возможность поражать цели на высоте до 250 км со скоростями до 7,5 км/с (данные по уничтоженному ПР SM-3 в ходе испытаний космическому аппарату USA-193), что по боевому потенциалу вплотную приближает их к средствам стратегической ПРО. 

22 июня 2006 г. Крейсер УРО USS Shiloh (CG 67). Старт ракеты SM-3.Фото: US NAVY.В настоящее время в строю ВМС США находятся 18 кораблей УРО, оснащенных системой Aegis («Иджис»). Это крейсера типа «Тикондерога» и эсминцы типа «Орли Бёрк», способные нести ПР SM-3. Министерство обороны США намерено продолжить и интенсифицировать разработку этой программы.

Так, расходы в 2010 г. были увеличены на 900 млн. долл., 200 млн. долл. из которых направлены на переоснащение системой Aegis («Иджис») еще шести кораблей американских ВМС. Важно отметить, что контроль за этим компонентом системы ПРО практически затруднен из-за того, что корабль, вооруженный ПР SM-3, ничем не отличается от корабля, не имеющего на борту ПР, и нахождение его, например, в акватории Черного, Балтийского или Северного морей, по мнению военно-политического руководства США, не может рассматриваться как угроза безопасности России с точки зрения существующих договоров. В то же время развертывание кораблей с ПР на борту вблизи районов патрулирования подводных лодок – носителей БРПЛ может значительно снизить эффективность этого элемента СЯС РФ.

Особое внимание агентства ПРО (МDA) в настоящее время уделяется разработке и дальнейшему совершенствованию нового варианта ПР – SM-3 Block IВ и разработке перспективных вариантов SM-3 Block IIA, IIВ с увеличенной практически в два раза дальностью перехвата. Наряду с американскими разработчиками в работах по дальнейшему совершенствованию ПР SM-3 принимает активное участие ряд японских фирм, подключенных к работам по этой программе в соответствии с заключенным соглашением между правительствами США и Японии. Японские фирмы принимают участие в создании новой ступени перехвата и ее многоспектральной ИК-ГСН, высокоэффективного разгонно-маршевого двигателя и облегченного носового обтекателя.

ВМС Японии уже в настоящее время имеют в своем составе корабли, способные нести и применять ПР SM-3. 18 сентября 2007 г. в районе Гавайских островов в ходе совместных американо-японских учений сил ПРО расчетами японского эсминца Kongo, оснащенного системой Aegis, было выработано решение и произведен пуск ПР, которой была уничтожена цель на высоте 180 км.

Таким образом, возможно развертывание элементов системы ПРО и на Дальнем Востоке под предлогом защиты от ракетной угрозы со стороны Северной Кореи. Указанная система может быть легко переориентирована на СЯС РФ, размещенные на Дальнем Востоке и Камчатке, что создает еще один рычаг давления на Россию.

Ожидается, что первые испытания ПР SM-3 Block IВ состоятся уже в начале 2011 г. и при получении положительных результатов развертывание данных ракет может начаться в 2013 г. Причем этот вариант может использоваться как с корабельных, так и с наземных пусковых установок, находясь в составе системы, обозначаемой Aegis Ashore («Береговой Иджис»).

Дальность действия этого варианта ПР может быть еще увеличена за счет размещения противоракет на значительном удалении от РЛС и системы управления огнем. В настоящее время развернут ряд работ по адаптации ПР SM-3 для их использования с наземных пусковых установок. Впервые подобный вариант размещения SM-3 был предложен фирмой Raytheon еще в 2003 г., по мнению руководства которой испытания наземного варианта SM-3 Block-1В могут быть начаты уже в 2013 г.

При этом, по мнению представителей Raytheon, указанный вариант может быть относительно легко интегрирован в единую систему с ПРК THAAD (основную сложность представляет перевод ПР SM-3 на взаимодействие с РЛС ПРК THAAD AN/TPY – 2–3-см диапазона, в то время как она предназначена для работы с РЛС 10-см диапазона). Для проработки этих вопросов руководству Агентства по ПРО (MDA) было выделено в 2010 г. дополнительно 50 млн. долл.

В связи с принятыми в сентябре 2009 г. руководством США решениями в ближайшей перспективе основная ставка делается на мобильную систему ПРО морского базирования, развертывание элементов которой предполагается осуществить в Средиземном, Балтийском, Норвежском, Северном и Черном морях, а также в наземном варианте на территории ряда европейских государств.

Ее основу составят модернизированная корабельная система Aegis («Иджис»), ПР SM-3 Block-1В и SM-3 Block-IIA, а также ряд других систем и элементов, таких, как РЛС AN/ТPY-2, используемая в составе наземной системы ПРО THAAD.

Информационное обеспечение сил и средств, оснащенных системами Aegis («Иджис») и ПР SM-3 в районах, не закрытых стационарными средствами СККП и СПРЯУ, может осуществляться РЛС морского базирования типа SBХ. При этом РЛС морского базирования могут усиливать группировки информационных средств ПРО и ВКО в целом на опасных направлениях.

Еще одним из специализированных средств ПРО, относящихся к нестратегическому сегменту, является ПРК THAAD, который рассматривается как средство ПРО театра военных действий. В настоящее время в боевом составе ВС США имеется две батареи ПРК THAAD (базирующихся в Форт Блисс, шт. Техас), которые входят в структуру 11-й бригады 32-й армии ПРО и ПВО Сухопутных сил (Армии США).

На вооружении каждой батареи находятся перехватчики THAAD, пусковые установки, система управления огнем, а также транспортируемый радар системы управления огнем Х-диапазона (3 см) с антенной фазированной решеткой AN/TPY-2. Особенностью ПРК THAAD является то, что он представляет собой аэромобильный комплекс и может быть оперативно доставлен на ТВД с помощью военно-транспортной авиации.

Темпы поставок этих ПРК на вооружение (май 2009 г. – 1-я батарея, октябрь 2009 г. – 2-я батарея) показывают, что планы США иметь на вооружении к 2013 г. 5 батарей THAAD с 24 ракетами-перехватчиками в каждой вполне реализуемы.

Предлагавшийся ранее вариант европейской ПРО с ПР GBI (декларативной целью которого была защита от атак баллистических ракет, запускаемых с территории Ирана) базировался на технологиях, которым еще предстоит длительный цикл отработки, выполнения технических усовершенствований и чрезвычайно дорогостоящих испытаний. Кроме того, данная система, являясь стационарной, оказалась весьма уязвима к воздействию ОТБР.

В соответствии с новым вектором развития системы европейской ПРО, по заявлению министра обороны США Роберта Гейтса, помимо размещения ЗРК PAC-3 (основным назначением которых, видимо, является прикрытие позиций ПР SM-3 от поражения ОТБР), на территории Польши и Чехии будут развернуты противоракетные системы SM-3 наземного базирования.

Помощник министра обороны США по вопросам международной безопасности Александр Вершбоу, находясь с визитом в Варшаве, заявил: «Мы весьма заинтересованы в том, что Польша станет местом базирования двух из четырех ракетных позиций SM-3, создание которых предусмотрено в рамках четырехлетнего плана, который изложил президент Обама».

Тихий океан. Запуск ракеты SM-3 Block 1A с борта японского эсминца JS Kirishima (DD 174) 29 октября 2010 г. Фото: US NAVY.В отличие от ранее планируемого развертывания передового эшелона ПРО GMD в Чехии и Польше в настоящее время США рассматривают возможность развертывания нестратегической системы ПРО «Береговой Иджис» на базе ПР ПР SM-3 Block-1В (Block-IIA) также в Румынии и Венгрии.

В перспективе потенциально возможно развертывание элементов ПРО (по заявлениям официальных лиц США) на Балканах и в Турции. Ведутся переговоры о поставке противоракетных комплексов союзникам США на Ближнем Востоке. В частности, ПРК THAAD предполагается поставить в Объединенные Арабские Эмираты. Заинтересованность в приобретении этих ПРК выразил также и Израиль. Создание новой системы ПРО в Западной Европе и на Ближнем Востоке намечено осуществить к 2015 г.

Таким образом, изменив количественный и качественный состав системы ПРО в Европе, это позволит снизить стоимость создания системы и повысить эффективность отражения ракетных ударов. Это наряду с формальным отказом от размещения «стратегических» средств ПРО в Европе может снять политическое напряжение между США и странами Западной Европы в вопросах создания европейской ПРО.

Размещение средств ПРО вблизи границ России позволит применять их по МБР на начальном участке траектории полета ракет, что многократно повышает эффективность системы ПРО, особенно при поражении МБР с разделяющимися боеголовками.

Учитывая новое направление дальнейшего развития нестратегической компоненты системы ПРО, в рамках оборонного бюджета на 2010 г. США несколько снизили затраты (1,4 млрд. долл.) на развертывание системы ПРО по программе GMD (на основе БР «Минитмен»), отказались от дальнейшей закупки самолетов «Боинг-747-400» по программе ABL (видимо, сказались относительно низкая эффективность и высокая стоимость подобных средств для боевого применения по тяжелым МБР), а также снизили затраты по созданию перехватчиков KEI и «кассетных перехватчиков» Multiple Kill Vehicle для ПР GBI в рамках программы GMD (что обусловлено приостановкой разработки тяжелых ПР). В то же время финансирование программ НИОКР по этим направлениям, а также испытаний уже закупленных образцов продолжается.

Таким образом, несмотря на заявления официальных лиц США и принятые решения об ограничении стратегического компонента системы ПРО GMD, за счет перераспределения ресурсов и совершенствования средств нестратегической ПРО новая конфигурация системы ПРО в целом позволит США не только сохранить требуемую эффективность по отражению ударов БР любого противника, в том числе и России, но и при этом в короткие сроки может быть развернута в любых районах Земли и Мирового океана в соответствии с возникающими угрозами за счет повышенной мобильности.

Кроме того, новое качество нестратегической системы ПРО обеспечивает ее дополнительную устойчивость при попытках воздействовать на нее средствами поражения.

Следует отметить также работы, проводимые европейскими странами НАТО по созданию средств ПРО-ОТБР относительно независимо от США, например, такие, как начатая в 2005 г. программа «Активная эшелонированная система ПРО ТВД» (ALTBMD), целью которой должно стать обеспечение защиты вооруженных сил НАТО, а в дальнейшем и гражданского населения от баллистических ракет, имеющих дальность стрельбы до 3000 км. Разработка средств ПРО-ОТБР и их развертывание в рамках блока НАТО смогут усилить возможности системы ПРО, создаваемой США.

Для безопасности Российской Федерации важное значение имеет также количественный состав средств поражения в составе системы ПРО США и НАТО. При наличии в системе ПРО 1500–2000 ПР, часть из которых может быть развернута в непосредственной близости от границ РФ, и выполнении РФ обязательств в рамках договора о ОСВ-2 (700 носителей, 1550 ядерных зарядов) США могут быть способны обеспечить задачу предотвращения угрозы нанесения удара БР по территории США и НАТО.

Анализ и оценка оперативно-стратегических и тактико-технических аспектов создания ПРО и совершенствования системы воздушно-космической обороны США в целом в ее взаимосвязи с развитием и совершенствованием стратегических наступательных сил и средств позволяют констатировать следующее.

Завершена радикальная реорганизация объединенного стратегического командования, возглавляемого высшим должностным лицом ВВС США, в оперативное и частично административное подчинение которому переданы стратегические оборонительные силы (ВКО) США.

Особую значимость в деле совершенствования системы ВКО США и стран Западной Европы в настоящее время приобретает создание единых в масштабах ВКО разведывательно-информационных систем, систем боевого управления, систем связи и передачи данных. Практически завершено создание наземного сегмента системы разведывательно-информационного обеспечения и системы боевого управления системы ВКО США. Космическая составляющая наращивается в соответствии с планами с выходом на окончательный состав к 2020 г.

К настоящему времени в США практически завершены крупномасштабные исследования и разработки, основу которых составляют перспективные технологии и элементная база нового поколения, а также коренная модернизация существующих средств и систем, включая демонстрационные и летно-конструкторские испытания опытных образцов средств и систем вооружения.

Основные задачи совершенствования ВКО Северо-Американского континента и стран-союзников на период до 2015–2020 гг. сводятся к созданию расширенных всевысотных зон дальнего обнаружения, распознавания, управления и поражения космических, баллистических и аэродинамических (а также гиперзвуковых) целей, в том числе и за пределами обороняемой территории. В части ПРО происходит наращивание количества и качества ударных средств, при этом активно продолжаются работы по повышению их боевых возможностей.

Работы по созданию средств и систем ВКО в рамках программы совершенствования и развития ПВО, СПРЯУ, ПРО, ККП и ПКО (ПСС) строго централизованы и тесно взаимосвязаны не только технологическими компонентами, но и общей направленностью, предусматривающей первоочередное создание и развитие интегрированных высокоточных информационных средств и систем космического, наземного, воздушного и морского базирования.

Проведенные разработки и испытания средств и систем вооружения ПРО позволяют в зависимости от складывающейся военно-политической обстановки в сжатые сроки осуществить полномасштабное развертывание указанных средств и обеспечить решение задач ПРО в рамках воздушно-космической обороны Северо-Американского континента и Западной Европы.

Широкий фронт работ по созданию и модернизации системы ВКО и одного из основных ее компонентов – системы ПРО свидетельствует о стремлении военно-политического руководства США существенно повысить потенциал стратегических оборонительных сил в условиях действия Договоров об ограничении и сокращении стратегических наступательных вооружений, обеспечив тем самым достижение оперативно-стратегического и военно-технического превосходства над любым потенциальным противником в области стратегической обороны.

Показать источник
Автор: Захарий Семенович ВАЛЬШОНОК, полковник, старший научный сотрудник ФГУ 2-го ЦНИИ Минобороны России, кандидат технических наук, старший научный сотрудник, член-корреспондент Академии военных наук РФ: Андрей Юрьевич ГУМЕНЮК, подполковник, заместитель начальника научно-исследовательского отдела ФГУ 2-го ЦНИИ Минобороны России; Александр Анатольевич ХРАМИЧЕВ, полковник, начальник научно-исследовательского управления ФГУ 2-го ЦНИИ Минобороны России, кандидат технических наук, старший научный сотрудник, профессор Академии военных наук РФ.
Просмотров: 5219

Комментарии к статье (0)

В представленой статье изложена точка зрения автора, ее написавшего, и не имеет никакого прямого отношения к точке зрения ведущего раздела. Данная информация представлена как исторические материалы. Мы не несем ответственность за поступки посетителей сайта после прочтения статьи. Данная статья получена из открытых источников и опубликована в информационных целях. В случае неосознанного нарушения авторских прав информация будет убрана после получения соответсвующей просьбы от авторов или издателей в письменном виде.

e-mail друга: Ваше имя:


< 2017 Сегодня < Фев >
ПнВтСрЧтПтСбВс
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728     
Сотрудничество
Реклама на сайте




Реклама