Site map 1Site map 2Site map 3Site map 4Site map 5Site map 6Site map 7Site map 8Site map 9Site map 10Site map 11Site map 12Site map 13Site map 14Site map 15Site map 16Site map 17Site map 18Site map 19Site map 20Site map 21Site map 22Site map 23Site map 24Site map 25Site map 26Site map 27Site map 28Site map 29Site map 30Site map 31Site map 32Site map 33Site map 34Site map 35Site map 36Site map 37Site map 38Site map 39Site map 40Site map 41Site map 42Site map 43Site map 44Site map 45Site map 46Site map 47Site map 48Site map 49Site map 50Site map 51Site map 52Site map 53Site map 54Site map 55Site map 56Site map 57Site map 58Site map 59Site map 60Site map 61Site map 62Site map 63Site map 64Site map 65Site map 66Site map 67Site map 68Site map 69Site map 70Site map 71Site map 72Site map 73Site map 74Site map 75Site map 76Site map 77Site map 78Site map 79Site map 80Site map 81Site map 82Site map 83Site map 84Site map 85Site map 86Site map 87Site map 88Site map 89Site map 90Site map 91Site map 92Site map 93Site map 94Site map 95Site map 96Site map 97Site map 98Site map 99Site map 100Site map 101Site map 102Site map 103Site map 104Site map 105Site map 106Site map 107Site map 108Site map 109Site map 110Site map 111Site map 112Site map 113Site map 114Site map 115Site map 116Site map 117Site map 118Site map 119Site map 120Site map 121Site map 122Site map 123Site map 124Site map 125Site map 126Site map 127Site map 128Site map 129Site map 130Site map 131Site map 132Site map 133Site map 134Site map 135Site map 136Site map 137Site map 138Site map 139Site map 140Site map 141Site map 142Site map 143Site map 144Site map 145Site map 146Site map 147Site map 148Site map 149Site map 150Site map 151Site map 152Site map 153Site map 154Site map 155Site map 156Site map 157Site map 158Site map 159Site map 160Site map 161Site map 162Site map 163Site map 164Site map 165Site map 166Site map 167Site map 168Site map 169Site map 170Site map 171Site map 172Site map 173Site map 174Site map 175Site map 176Site map 177Site map 178Site map 179Site map 180Site map 181Site map 182Site map 183Site map 184Site map 185Site map 186Site map 187Site map 188Site map 189Site map 190Site map 191Site map 192Site map 193Site map 194Site map 195Site map 196Site map 197Site map 198Site map 199Site map 200Site map 201Site map 202Site map 203Site map 204Site map 205Site map 206Site map 207Site map 208Site map 209Site map 210Site map 211Site map 212Site map 213Site map 214Site map 215Site map 216Site map 217Site map 218Site map 219Site map 220Site map 221Site map 222Site map 223Site map 224Site map 225Site map 226Site map 227Site map 228Site map 229Site map 230Site map 231Site map 232Site map 233Site map 234Site map 235Site map 236Site map 237Site map 238Site map 239Site map 240Site map 241Site map 242Site map 243Site map 244Site map 245Site map 246Site map 247Site map 248Site map 249Site map 250Site map 251Site map 252Site map 253Site map 254Site map 255Site map 256Site map 257Site map 258Site map 259Site map 260Site map 261Site map 262Site map 263Site map 264Site map 265Site map 266Site map 267Site map 268Site map 269Site map 270Site map 271Site map 272Site map 273Site map 274Site map 275Site map 276Site map 277Site map 278Site map 279Site map 280Site map 281Site map 282Site map 283Site map 284Site map 285Site map 286Site map 287Site map 288Site map 289Site map 290Site map 291Site map 292Site map 293Site map 294Site map 295Site map 296Site map 297Site map 298Site map 299Site map 300Site map 301Site map 302Site map 303Site map 304Site map 305Site map 306Site map 307Site map 308Site map 309Site map 310Site map 311Site map 312Site map 313Site map 314Site map 315Site map 316Site map 317Site map 318Site map 319Site map 320Site map 321Site map 322Site map 323Site map 324Site map 325Site map 326Site map 327Site map 328Site map 329Site map 330Site map 331Site map 332Site map 333Site map 334Site map 335Site map 336Site map 337Site map 338Site map 339Site map 340Site map 341Site map 342Site map 343Site map 344Site map 345Site map 346Site map 347Site map 348Site map 349Site map 350Site map 351Site map 352Site map 353Site map 354Site map 355Site map 356Site map 357Site map 358Site map 359Site map 360Site map 361Site map 362Site map 363Site map 364Site map 365Site map 366Site map 367Site map 368Site map 369Site map 370Site map 371
english


 
 

О нас | О проекте | Как вступить в проект? | Подписка

 

Разделы сайта

Новости Армии


Вооружение

Поиск
в новостях:  
в статьях:  
в оружии и гр. тех.:  
в видео:  
в фото:  
в файлах:  
Реклама
Ивановский трикотаж детский ясельный подросковый женский трикотаж.

Статьи
Отправить другу

Право на самооборону

На вопросы отвечает Председатель Федерального Совета Союза Гражданское оружие Андрей Василевский

Вопрос: Почему Вы уделяете такое внимание именно оружию? Разве перед нами не стоит множество гораздо более актуальных проблем?

Ответ: Лишение права на оружие это, по сути, лишение права на самозащиту. Если Вы не супермен, то вряд ли сможете противостоять группе преступников или хотя бы и одному, но хорошо вооруженному молодчику. Для людей же физически слабых, больных, пожилых, женщин хрупкого телосложения шансов защитить нет практически никогда. В 99 случаях из 100 нападающий значительно превосходит их по физической силе. Только огнестрельное оружие позволит превратить конституционное право на самозащиту из пустой декларации в реальность.

Право же на самозащиту одно из самых важных, самых базовых человеческих прав. Без него теряют реальное наполнение и все остальные. Можно ли говорить о Вашем праве на жизнь, если Вы лишают практической возможности защитить ее? Существует ли у Вас право на собственность, если Вы не в силах попытаться помешать грабителю? Существует ли у Вас надежно обеспеченное право на свободу, если при попытке отобрать ее силой, Вы будете иметь шанс сопротивляться только собственным языком?

Вопрос: Не лучше ли все-таки вместо того, чтобы вооружаться улучшить работу правоохранительных органов.

Ответ: Одно ни в коем случае не заменяет полностью другое. Улучшать работу правоохранительных органов, разумеется, необходимо, Но никакие, даже идеально эффективные, полностью очищенные от коррупции правоохранительные органы, В ПРИНЦИПЕ, неспособны сделать излишней самозащиту и гражданское оружие. Преступления в 99 % случаев из ста не совершаются на глазах у милиционера. Сотрудники правоохранительных органов никогда не будут дежурить в каждом парадном, ездить с каждым автобусом и вагоном метро. Почти всегда они прибывают на место преступления уже после того, как оно совершено. Конечно, очень важно, чтобы качество расследования преступлений стало выше, но если Вы уже в могиле или в инвалидном кресле, то самые лучшие следователи не дадут Вам того, что могло бы дать личное оружие — шанса на спасение.

Ситуацию удобно продемонстрировать, используя аналогию. Благодаря естественному иммунитету наш организм сам успешно справляется с большинством инфекций, которые в него попадают. Но иногда собственного иммунитета оказывается мало, и чтобы побороть инфекцию мы прибегаем к антибиотикам. Теперь, предположим, что мы подавили естественную сопротивляемость организма иммунодепрессантами. Теперь любая, самая банальная инфекция, каждый насморк, каждый чих становятся для нас смертельно опасными. Мы непрерывно принимаем антибиотики, все более и более сильные. Мы испытываем их побочные действия, Инфекции развивают устойчивость все к новым лекарствам из-за их слишком частого применения. Проходит год-другой и Вы инвалид.

То же самое происходит с нашим общественным организмом. Запрещая ношение оружия, мы подавляем естественный механизм сопротивления преступности, тщетно пытаясь переложить всю Ответственность за свою жизнь и безопасность на правоохранительные органы. Их численность все растет. (По числу милиционеров на душу населения мы уже давно и многократно превзошли все развитые страны!) Их эффективность все падает. Не пора ли остановиться на этом пути в никуда?

Вопрос: Но ведь уже существует масса нелетального оружия самозащиты: газовые пистолеты, электрошокеры, бесствольное оружие? Почему Вы так настаиваете именно на летальном огнестрельном оружии? Ведь цель не убить, а остановить нападение.

Ответ: Целей на самом деле две. Остановить нападение и предупредить нападение. Что касается предупреждения, то никогда бандита не испугает перспективы чихнуть от слезоточивого газа или получить синяк от резиновой пули. Т.е. профилактическое действие нелетального оружия мало отличается от нуля.

Возможность остановить с его помощью уже начавшееся нападение тоже на порядок меньше, чем у огнестрельного оружия. И здесь даже необязательно знать технические детали или печальную практику попыток применения газовых пистолетов для самообороны.

Просто задайте себе вопрос: если это нелетальное оружие действительно столь эффективно, как об этом говорят высокие чины МВД, то почему они не вооружают им блюстителей порядка? Думается, ответ очевиден. Потери среди сотрудников милиции и так чересчур высоки. Если оставить их беззащитными, снабдив лишь пародией на оружие, то они возрастут многократно. То же касается и нас с Вами. Но можно ли ожидать внимание к нашим проблемам у высоких чинов, живущих в охраняемых домах и коттеджах и уже имеющим привилегию ношения оружия!

Оружие и насилие

Вопрос: Как Вы можете предлагать узаконить внесудебную расправу, фактически суд Линча, выдавать лицензию на убийство?

Ответ: Право на оружие не имеет ничего общего с казнью, то есть с лишением жизни уже обезвреженного и захваченного преступника. С тем успехом можно обвинить в линчевании милицию, когда она вынужденно убивает оказывающего сопротивление злоумышленника. Оружие не предоставляет его владельцу ровным счетом никаких дополнительных юридических прав в отношении преступника. Его от применения оружия кто-либо пострадает, то действия его владельца будут расследоваться в обычном порядке, для выяснения того действительно ли речь шла о необходимой обороне.

Вопрос: Разве можно победить насилие насилием?

Ответ: К сожалению, до воцарения рая на земле обойтись без него вряд ли удастся. Во всяком случае, мне не известны страны, которым удавалось бы обходиться без полиции и тюрем. Ставя вне закона гражданское оружие, запретители поощряют, а не искореняют насилие, связывая руки его жертвам. Массовое гражданское владение оружием, напротив, служит мощным профилактическим фактором для преступлений с применением насилия. Известно, что легализация гражданского оружия ведет к снижению насильственной преступности (убийства, грабежи, изнасилования), при которых преступник контактирует с жертвой. При этом уровень менее опасных преступлений (таких как воровство или угон автомобилей, например) может и не изменяться существенно.

Вопрос: Насилие со стороны государство это одно, а прибегать к насилию лично совсем другое. Люди в форме выполняют свой долг. Отказываясь от права на насилие даже при самообороне, мы улучшаем моральный уровень наших сограждан.

Ответ: Представление о том, что применение людьми силы в любой форме и в любой ситуации всегда зло разделяют далеко не все. Точнее сказать подавляющее меньшинство наших сограждан. Мнение, что, “то, что для человека в форме здорово, то для штатского смерть” и вовсе кажется довольно далеким от общепринятых представлений о морали и справедливости. Мне, например, не дано понять, почему, например, милиционер, застреливший, преступника, который взял в заложники ребенка, герой. А отец этого ребенка, сделай он то же самое, злодей. Но и самые крайние сторонники непротивления злу насилием, отрицающие даже государственное насилие, не обязательно поддерживают антиоружейное законодательство. Можно убеждать людей, что добровольная готовность кротко принять увечье или смерть, благословляя мучителей, сделает их образцом высокой морали и силы духа. Но эта проповедь, как бы к ней не относиться, не имеет ничего общего с тем, чтобы, предоставить жертву на произвол преступника, связав ей перед этим руки против ее воли.

Мы вовсе не хотим запретить кому-то не иметь оружие. Но и хотим, чтобы нам никто не запрещал владеть им. Если кто-то, категорически отрицая возможность применения оружия для самообороны, в то же время готов для поддержания этого запрета применять государственное насилие против добропорядочных владельцев оружия, то эта позиция не имеет ничего общего с воспитанием морали. Речь идет лишь о желании любой ценой навязать другим свою волю.

Вопрос: Оружие предназначено для совершения убийства. Разве само его присутствие, не делает убийство потенциально приемлемым, не роняет в души людей зерно, которое прорастет потом в готовность прибегнуть к насилию?

Ответ: К умствованием стоит прибегать, если у нас в руках нет фактов. А факты твердо свидетельствуют, что нет связи между склонностью отдельных граждан и общества в целом к насилию и доступностью оружия. Скажем, Швейцария и Финляндия страны самого массового распространения оружия. (В этом отношении они заметно обгоняют США.) А уровень насильственной преступности в них очень невелик. Обратных примеров не счесть. Чтобы не ходить далеко вспомним хотя бы о себе.

То же самое касается отдельных граждан. Частота правонарушений среди владельцев оружия в России, так же как и среди владельцев лицензий на право ношения оружия в США меньше, чем в среднем по всему населению.

Последствия владения оружием и применения оружия для обороняющегося

Вопрос: Какой смысл в оружии, если оно все равно не может гарантировать безопасность? Ведь преступники всегда лучше подготовлены для схватки.

Ответ: Абсолютных гарантий безопасности не существует, в принципе. Даже главы государств, которых охраняют тысячи агентов и то становятся периодически жертвами покушений. Так что правильно задать вопрос иначе. Повышает ли владение оружием Вашу способность дать отпор преступнику? А здесь ответ однозначен. Несомненно, кардинально повышает. Для многих из нас сегодня шансы защитить себя не сильно отличаются от нуля. Владея элементарными навыками стрельбы, Вы представляете смертельную угрозу даже для физически более сильного или вооруженного преступника, даже для группы преступников.

Кстати, профессиональную «квалификацию» простой уличной преступности не стоит преувеличивать. Если Вы уделите достаточное время занятиям в тире с квалифицированным инструктором и будете периодически поддерживать полученный навык, то вероятно, по меткости стрельбы, окажетесь подготовлены заметно лучше. Ветераны спецназа редко становятся мелкой уличной шпаной. А именно с ней мы обычно и сталкиваемся.

Если же говорить о практике, то в странах, где ношение оружия разрешено, в 9 случаях из 10 его эффективного применение при самообороне сводится к выстрелу в воздух или простой демонстрации оружия. Поскольку нападающие обычно ищут вовсе не сильных ощущений, этого оказывается достаточным для того, чтобы остановить нападение. (Хотя, заметим в скобках, при всем том в США законопослушные граждане иногда убивают за год при самообороне больше преступников, чем полиция.)

Статистический анализ того, как часто жертвы нападений терпят ущерб, показал также, что защита с оружием дает гораздо больше шансов остаться целым и невредимым, чем пассивное принятие своей судьбы.

Вопрос: А Вы не подумали, что если придется применять оружие и при этом нападающий будет убит, то это может нанести стрелявшему тяжелую психологическую травму?

Ответ: Нападение в любом случае способно нанести Вам психологическую травму. Причем, у подвергнувшихся насилию она обычно гораздо серьезнее, чем у тех, кому пришлось застрелить обидчика. Это, даже не говоря о том, что лишь в одном из нескольких сот случаев успешной самообороны дело доходит до смерти нападающего. В большинстве случаев дело ограничивается демонстрацией оружия, а в случае стрельбы речь обычно идет о предупредительном выстреле или о промахе. Ну и, наконец, при попадании из короткоствольного оружия в 85-90 % случаев дело ограничивается ранением.

Вопрос: А как же правило: “Достал оружие – стреляй“?

Ответ: Оно относится только к ситуации, когда нападающий сам держит в руках оружие или находится так близко, что Вы рискуете быть обезоруженным, не успев сделать выстрел. В большинстве реальных случаев эффективной самообороны дело до стрельбы на поражение не доходит.

Вопрос: Вы не думает, что применять оружие при самообороне себе дороже? Ведь, если не дай бог попадешь в кого-то, затаскают по следствию, по судам.

Ответ: А Вы предполагаете, что есть страны, где, застрелив или ранив кого-нибудь, не требуется доказывать оправданность своих действий? Конечно, приятного в этих процедурах мало, но обойтись без них никак нельзя.

Теперь, когда с прошлого года в Уголовный Кодекс, внесены правки, устранившие при наличие угрозы жизни, требование соразмерности применяемых при самообороне средств характеру нападения, у Вас есть все основания надеяться, что в конечном итоге Ваши действия будут признаны правомерными. Конечно, наша правоохранительная система неповоротлива и коррумпирована, но чаще всего она дают сбои, когда встречается с людьми богатыми и влиятельными. В случае с напавшим на улице «гопником» Вас чаще всего не ожидает особая предвзятость.

В любом случае, Вы в каждом конкретном случае или раз и навсегда можете выбирать: или риск смерти, увечья или неприятные разбирательства. Если Вы выбираете первое, то имеете на это полное право. Но признайте тогда и право других людей сделать другой выбор и предпочесть защищать себя и своих близких. На эту тему, кстати, есть старая английская пословица: «Лучше стоять перед двенадцатью (имеются в виду присяжные), чем лежать на руках у шестерых (т.е. в гробу)».

Вопрос: Приходилось слышать от представителей МВД, что ношение оружие, может не предотвратить, а, наоборот, спровоцировать нападение на того, кто его носит. Вы же не станете отрицать, что преступники могут попытаться завладеть этим оружием?

Ответ: Оружие сегодня легко доступно на черном рынке. Так что его приобретение всего лишь вопрос денег. Пистолет тут может быть привлекателен и больше и меньше, чем дорогая шапка или шуба, дорогие часы, мобильный телефон, сережки или перстень. Все зависит от их цены.

Но есть и существенное различие. Пистолет, в отличие от украшений и мехов обычно носится скрытно. И пистолетом в отличие от швейцарских часов себя можно защитить.

Так что позвольте не поверить, что этот аргумент подсказан трогательной заботой запретителей о нашей безопасности. Если бы это было так, то ношение золотых украшений, как и езда на дорогостоящих иномарках уже давно были бы вне закона.


Значимость права на НОШЕНИЕ оружия и права на владение именно КОРОТКОСТВОЛЬНЫМ оружием (пистолетами и револьверами)

Вопрос: Почему Вы настаиваете именно на праве ношения оружия? Ведь право владеть огнестрельным оружием и использовать его для защиты своего дома у нас уже есть.

Ответ: Девять из десяти нападений происходят вне дома. Значит, ныне действующий Закон об оружии в 9 случаях из 10 лишает нас права на реальную самозащиту. Потому и настаиваем.

Вопрос: Почему Вы хотите легализовать именно короткоствольное оружие — пистолеты и револьверы? Ведь ныне действующее законодательство уже позволяет нам владеть ружьями.

Ответ: Такое оружие более компактно, более практично в городских условиях. В первую очередь потому, что позволяет скрытое ношение. Кроме того, им легче и быстрее пользоваться. Его могут использовать люди с физическими недостатками, затрудняющими стрельбу из ружья.

И, наконец, в последнюю очередь, короткоствольное оружие более гуманно. В последнюю, поскольку интересы преступника, на наш взгляд, всегда должны рассматриваться как второстепенные при сопоставлении с интересами жертвы нападения. В стрельбе с расстояния в 3-4 метра, а это и есть наиболее распространенная дистанция при самооборонной стрельбе в городе, попадание из дробовика наносит смертельное ранение в 80-90 % случаев, а попадание из пистолета лишь в 10-15 % случаев.

Вопрос: Почему Вы рассматриваете возможность скрытого ношения как преимущество? С какой статьи законопослушному гражданину нужно скрывать свое оружие, если он не собирается злоупотреблять им? Может быть, наоборот, если и разрешить ношение, то только открытое, в наружной кобуре?

Ответ: Открытое ношение оружия дает преступнику гораздо больше шансов разоружить Вас при внезапном нападении. Но дело не только и даже не столько в этом. Скрытое ношение оружия создает для потенциального преступника ситуацию неопределенности. Он не может знать, вооружена ли его возможная жертва. Поэтому от скрытого ношения оружия выигрывают не только его владельцы, но и все общество в целом. Часть преступников может и не станет примерными гражданами, но предпочтут заняться деятельностью не связанной с насилием: например, кражами вместо грабежа и убийств.


Ограничения на продажу оружия

Вопрос: Вы действительно считает, что оружие должно продаваться свободно, как булочки в магазине?

Ответ: Мы выступаем за право на ношение оружия только для совершеннолетних, дееспособных, законопослушных граждан. Мы считаем, что вполне оправданы существующие сегодня запреты на владение оружием для преступников и лиц, страдающих психическими заболеваниями.

При этом существующая система лицензирования, несомненно, может и должна совершенствоваться, становиться более удобной для владельцев оружия. Ограничения же должны становиться более дифференцированными. В частности, продолжительность лишения права на владение оружием должно быть связано с характером правонарушения. Оно должно быть очень жестким при преступлениях, связанных с насилием, но не при, например: нарушении авторских прав, хакерстве или, скажем, незаконной торговле.

Вопрос: Все шире распространяется практика профотбора в органы внутренних дел с помощью психологического тестирования, проверки m` полиграфе и т.д. Вы не думаете, что, граждане, хотящие иметь и носить оружие, должны проходить подобный жесткий отбор? В результате возникнет довольно большой слой вооруженных людей, что-то вроде добровольной народной дружины, которые не являются официальными сотрудниками органов, но которые, тем не менее, способны своими силами пресечь правонарушения

Ответ: Не думаю. Неправильно распространять профессиональные требования на простых граждан. Цель наша вовсе не формирование нового привилегированного слоя, а восстановление права на эффективную самооборону для всех дееспособных, законопослушных граждан. И уж тем более мы не хотели бы создавать новую кормушку для коррупционеров. А при сомнительной точности, помянутых Вами методов, и общем стиле нашей жизни нет никаких сомнений, что такое тестирование немедленно привело бы к массовому вымогательству. И при этом ни от чего бы не гарантировало. (В чем Вы легко можете убедиться, наблюдая результаты этого хваленого профотбора.)

Право на самозащиту одно из самых базовых человеческих прав. Лишать его можно лишь по очень серьезным основаниям: когда речь идет об ограниченной дееспособности или фактически о дополнительном наказании за совершенное преступление (лишение права на оружие для судимых). А вовсе не потому, что кто-то оценил Ваш характер, как недостаточно покладистый. Практика применения действующего законодательства, основанного, в основном, именно на таком понимании дела, доказывает, что этого вполне достаточно. Среди миллионов владельцев длинноствольного огнестрельного оружия лишь малые доли процента совершают правонарушения. И даже среди этих немногих основную массу составляют нарушители драконовских правил хранения и транспортировки да еще правил охоты.


Гражданское оружие и профессиональная преступность

Вопрос: Зачем принимать закон, который позволит преступником вооружиться?

Ответ: Для того чтобы вооружиться преступникам закон не нужен. Они и так прекрасно вооружены. В стране, по оценкам криминологов, в незаконном обороте находится МИЛЛИОНЫ! стволов украденного со складов или ввезенного контрабандой огнестрельного оружия. Ежегодно только изымаются правоохранительными органами свыше трехсот тысяч нелегальных стволов. А это ведь только верхушка айсберга. Купить нелегальное оружие очень просто. Были бы деньги. ЗАПРЕТ НА ОРУЖИЕ СУЩЕСТВУЕТ ТОЛЬКО ДЛЯ ЗАКОНОПОСЛУШНЫХ ГРАЖДАН. Так что речь сегодня идет о том, чтобы закон, наконец, перестал мешать вооружаться честным людям для защиты от преступников.

Вопрос: Но все-таки стоит ли позволять преступникам свободно вооружиться еще и легально?

Ответ: Конечно, этому следует по возможности препятствовать. Но меры ограничивающие преступников должны быть точно направленными, а не бить по всем нам. В частности, мы считаем оправданным действующее правило, по которому разрешения на оружие получают только несудимые граждане. Вполне возможно также введение лишения права на ношение оружия, как отдельной формы наказания. Продолжительность такого поражения в правах может быть и дольше нынешнего срока снятия судимости. В первую очередь, если речь идет о правонарушениях, хотя и не самых тяжких, но связанных с применением насилия или с принадлежностью к организованной преступной группе. Однако значение этих мер не стоит преувеличивать. Бандиты легко приобретут криминальное оружие.

Вопрос: Но при таком подходе есть возможность того, что преступники еще не бывшие под судом получат легальное оружие. Пусть нелегальное у них есть и так, но нынешний закон хотя бы не дает преступникам возможности свободно носить это оружие. Они находятся под угрозой задержания за владение им.

Ответ: Возможность легально носить оружие они имеют и сегодня, фиктивно оформляясь охранниками в ЧОП. Возможность приобрести его напрямую лишь несколько снизит цену вопроса. Но главное здесь другое. Планировать пользоваться легальным оружием в преступных целях все равно никто не станет. При продаже оружие отстреливается. Информация о результатах хранится в пулегильзотеках. Воспользоваться отстрелянным оружием для совершения преступления — это все равно, что оставить визитку на месте преступления.

И международная и российская практика однозначно свидетельствует: преступники идут на “дело” именно с нелегальными стволами, в которых у них недостатка нет. Правонарушения с использованием легального оружия совершают лишь доли процента от числа зарегистрированных владельцев огнестрельного оружия. Да и то подавляющее большинство из них, составляют случаи незаконной охоты и нарушения драконовских правил хранения и транспортировки.

Вопрос: При массовом ношении оружия наверняка будут случаи его утери, кражи. Не пополнятся ли таким образом арсеналы преступного мира?

Ответ: Эти арсеналы давно полны. По оценкам криминологов сегодня по России в нелегальном обороте находится до 5 миллионов незарегистрированных стволов. Появление на черном рынке еще нескольких тысяч или даже десятков тысяч ничего здесь не изменит. Все, кто хотел нелегально вооружиться, невзирая на закон, уже вооружены. В отличие от нас с Вами.

Вопрос: Но не лучше ли все-таки отобрать оружие у преступников, а не вооружаться поголовно?

Ответ: Можем, конечно, досуже порассуждать об этом. И надо сказать, что доводы в защиту оружия и тут никуда не исчезают. Это и защита от угрозы тирании, и выравнивание возможностей слабого при защите от нападения физически более сильного, хотя и невооруженного огнестрельным оружием преступника, и, наконец, аморальность самого запрета на естественное право осуществлять эффективную самооборону.

Но по сути дела все эти разговоры беспредметны. Осуществлять массовое “разоружение” тех, кто не отличается законопослушностью, может только тоталитарный режим, наподобие коммунистического режима в СССР или фашистского. Продвинуться этой цели можно только, используя жесточайшие репрессии, полностью плюя на презумпцию невиновности, на все права и свободы граждан и затратив не один десяток лет.

Когда попытки запретить владения оружием предпринимаются в даже относительно свободных странах, они неизменно заканчиваются провалом. Оружие изымается у честных граждан, а число нелегальных стволов только возрастает. Города США, где существуют ограничения на ношение оружия гражданами — Вашингтон, Нью-Йорк, Лос-Анджелес — отличаются максимально высоким уровнем преступности. В штатах вводивших недискриминационное право получать разрешений на скрытое ношение оружия, наоборот, наблюдалось после этого статистически значимое снижение преступности, связанной с применением насилия — убийств, нападений, изнасилований.

Положа руку на сердце: Неужели Вы можете хоть минуту поверить, что наши правоохранительные органы, настолько лучше, умнее, некоррумпированнее, добросовестнее, квалифицированнее, трудолюбивее всех прочих, чтобы впервые в мировой истории справиться с такой задачей?

Возможности выбирать между вооружением честных людей и разоружением преступников у нас просто-напросто нет. Реальный выбор это или вооруженные преступники среди беззащитных граждан или доступность оружия для всех.


Гражданское оружие и бытовая преступность

Вопрос: Может быть, Вы и правы в отношении профессиональных преступников. Легализация им только во вред. Но ведь есть еще убийства, совершаемые в порыве гнева, есть бытовая преступность, когда убивают жену, мужа, собутыльника. Она и должна будет возрасти, наверно?

Ответ: Это глубокое заблуждение. Оружие само по себе не может никого убить. Убивают только люди. Росту числа насильственных преступлений может способствовать обострение социально- психологического климата, рост алкоголизма и наркомании, разрушение семейных устоев, безработица и многое другое. Все, что сильно и негативно влияет на умы людей.

Оружие в этот список не входит. Это всего лишь полезный инструмент. В нем нет ничего магического. У владельцев оружия не наливаются кровью глаза, не начинает расти густая черная шерсть. Точно также ничего ужасного не происходит и с их сознанием. Кому-то оружие может придать чуть больше уверенности, кому-то чуть больше ответственности. Не более того.

Вы можете спросить: Почему Вы должны верить этому мнению, а не тем, кто раз за разом с экранов телевизоров грозят нам массовым взаимоистреблением простых граждан, которые сорвутся с цепи после легализации оружия. Ответ прост. Их прогнозы, если они искренни, отражают всего или их собственные глубинные комплексы, неуверенность в себе, спрятанный страх перед окружающими или представление об оружии, сформированное просмотром боевиков и досужим чтения криминальной хроники. Мы же говорим то, что доказано практикой.

Мы точно знаем, что легализация гражданского ношения оружия не превращает нормальных законопослушных граждан в преступников. Мы знаем это и по опыту США и по опыту стран Центральной Европы и, что ближе нам, по опыту Молдавии и Эстонии, с ее районами, заселенными русскоязычным населением. Но гораздо более важно мы знаем это по нашему собственному опыту. “Если ружье висит на стене, то оно обязательно выстрелит” — говорят нам эти мудрецы, забывая, что жизнь это не театр и не боевик.

Обратимся к фактам. В Москве сегодня более четырехсот тысяч владельцев легального огнестрельного оружия. В том числе более 250.000 владельцев ружей. Сколько же из них выстрелило? На этот вопрос есть ответ. За 2001 год с использованием этого оружия было совершено 8 (да это не опечатка — ВОСЕМЬ!) бытовых преступлений.

Оружие это хранится на дому. То есть именно там, где и происходят застолья, где и случается всякого рода бытовуха. Владельцы этого оружия не бескрылые ангелы, не особо отобранные, доверенные люди, в 99 случаях из 100 не трезвенники. Они также вовсе не обязательно охотники. По ныне действующему Закону об оружии многозарядное ружье сегодня может приобрести для самообороны на дому любой здоровый (в частности психически здоровый и не страдающий наркозависимостью) и законопослушный гражданин России. Легальное оружие НЕ СТРЕЛЯЕТ зря! Это не мнение. Это факт. Для того чтобы вести себя достойно и ответственно нам с Вами не нужна смирительная рубашка.

Вопрос: Эти цифры так малы, что поражают воображение. Как могло оказаться, что в сотнях бытовых убийств, совершаемых ежегодно, легальное оружие было задействовано всего восемь раз? Ведь цифры оказываются для владельцев оружия гораздо ниже, чем в среднем по всему населению!

Ответ: Когда мы говорим о бытовом убийстве, то нередко подразумеваем, что оно совершается в среде обычных, нормальных людей. В действительности же в подавляющем большинстве случаев это не так. У любого нормального, социально адаптированного человека существует колоссальной прочности барьер перед убийством себе подобного. Даже в состоянии сильнейшего гнева, ярости, алкогольного опьянения он удерживает нас от преступления. Чтобы преодолеть запрет требуются очень сильные стимулы: чувство самосохранения, желание защитить близких, воинская дисциплина.
Бытовые убийства в большинстве случаев совершаются людьми, принадлежащих к одной из специфических групп риска. В первую очередь это алкоголики, наркоманы и те же самые профессиональные преступники. Просто, убивающие не “по службе”, а в личное время и по личному поводу. А именно для этих категорий людей доступ к легальному оружию и ограничен.

Вопрос: Но ведь не все алкоголики и наркоманы состоят на учете. Разве Вы можете дать гарантию, что в руках у них не окажется оружия?

Ответ: Конечно, теоретически легальное оружие может к ним попасть. Но, как мы видим, на практике нечасто попадает. По- настоящему деградировавший человек и процедуру получения лицензии не одолеет с начала до конца и денег на оружие не соберет. Так что, оружие у них, если и оказывается на руках, то преимущественно нелегальное.

Вопрос: Значит, Вы абсолютно уверены, что число убийств с использованием огнестрельного оружия не возрастет?

Ответ: Вполне возможно, что часть бытовых убийств, которые сейчас совершаются кухонным ножом, топором или сковородкой, будут совершены с помощью пистолета. Т.е. даже при уменьшении общего числа преступлений ДОЛЯ преступлений, с применением огнестрельного оружия возрастет. Нам от этого не горячо ни холодно. Задача же не в том, чтобы сохранить за кухонным ножом позицию основным оружия убийства в стране! Наша цель — увеличить собственную безопасность! Ее мы и достигаем. А коли так, то вопрос о доле преступлений, приходящихся на то или иное оружие, интересен только криминологам.


Злоупотребления правом на ношение оружия

Вопрос: Что бы Вы ни говорили, но уроды всегда найдутся и случаи злоупотребления оружием все-таки будут. Разве государство не обязано предотвратить их?

Ответ: Любым правом и любой возможностью можно злоупотребить и всегда найдется кто-то, кто это сделает. Но требуется при этом ясно понимать одно: Если равнять свою жизнь на уродов, то жизнь эта может быть только уродской.

Давайте подумаем. Точно известно, что часть водителей сядут за руль, хорошенько приняв на грудь. Означает ли это, что нужно не выдавать любительские водительские права всем? Свобода печати неизбежно означает, что в прессе время от времени будут появляться лживые и клеветнические статьи. Означает ли это, что нам следует вводить тотальную цензуру? Одна из самых частых причин пожаров это курение в постели. Означает ли это, что мы должны прекратить продажу спичек и сигарет? Очевидно, что одна из самых привлекательных профессий для педофила — это педагог. Означает ли это, что нам не следует посылать детей в школу? Иногда милиционеры, прикрываясь мундиром, совершают преступления и даже образуют преступные сообщества. Означает ли это, что милицию следует разоружить или даже распустить? По почте нередко присылают анонимные угрозы. По ней же посылались бомбы, бациллы сибирской язвы. Должны ли мы запретить теперь частным лицам пользоваться почтой? Основное оружие массового поражения в России сегодня — кухонные ножи. Означает ли это, что их нужно изъять из обращения и заменить пластиковыми?

Этот список бесконечен. Вам не составит труда продолжить его самим. С огнестрельным оружием ситуация абсолютно та же. Нельзя лишать человека его прав потому, что кто-то, когда-то и где-то может злоупотребить ими. Нельзя наказывать за несовершенное преступление.

Вопрос: Но есть же вопиющие случаи! Как, например, немотивированные массовые расстрелы в людных местах.

Ответ: Все с точностью до наоборот. Для того чтобы устроить побоище право на ношение оружия не нужно. Вы же не думаете, что человека, решившегося на массовое убийство остановит запрет на ношение оружия? Он без всяких проблем использует нелегальный ствол или легальное самозарядное ружье, которое донесет до места использования в чехле с соблюдением всех установленных законом правил транспортировки оружия.

А вот, что действительно очень нужно ему для “успеха”, то есть для того чтобы убить как можно больше людей, так это их беззащитность, невооруженность. Если шанс бесславно схлопотать пулю после первого выстрела очень велик, то весьма возможно, что преступник и не пойдет на дело. Ну а если все же пойдет, то от его рук пострадает меньше людей. Заметьте, что никто из них не выбирал полицейские участки и стрелковые фестивали для своих подвигов!

Широкое распространение ношения оружия предотвращает массовые расстрелы. И это, кстати, не наши рассуждения. Это факт, доказанный практикой. В начале интифады среди палестинских боевиков был поначалу очень популярен такой вид терактов, как стрельба боевиков-одиночек на автобусных остановках и в других людных местах. Сейчас он практически перестал практиковаться. Почему? Практически во всех, случаях эти террористы были на месте застрелены прохожими или солдатами, находящимися в увольнительной. Это позволило сохранить множество жизней. Не то, что уйти невредимым, дожить до приезда правоохранительных органов не удавалось практически никому! И пришлось террористическим организациям менять тактику и делать ставку “живые бомбы”. Другой пример. По данным профессора Лотта, проанализировавшего статистику массовых расстрелов в США в штатах, принявших законодательство о недискриминационном праве на ношения оружия наблюдалось после этого снижения числа жертв такого рода преступлений.

Так что теоретическая возможность массовых расстрелов это довод за право ношения оружия, а не против него. (Теоретическая, поскольку этот вид преступлений крайне редок. И лишь особое искажение картины мира, возникающее у людей, склонных получать информацию об окружающем преимущественно через падкое на сенсации телевидение, может заставить думать, что эта проблема действительно актуальна.)

Вопрос: Ну а вашингтонские снайперы? Ведь жертвы их не видели, а значит, и защититься не смогли бы?

Ответ: При использовании легального отстрелянного и зарегистрированного оружия милиция сможет опознать и арестовать такого снайпера после первого же выстрела. Который он, зная это, скорее всего не сделает.
Вашингтон, кстати, город с самым жестким антиоружейным законодательством в США, исключающим и легальное ношение оружия, и легальное владение пистолетами. И, что не удивительно при таком отношении к праву на самозащиту, город с высочайшими цифрами преступности.


Применимость зарубежного опыта к России

Вопрос: Вы часто приводите примеры из практики других стран. Но ведь нельзя не учитывать высокую степень высокую социальной напряженности, в которой живет наше общество сегодня. Разве можно применять для такой ситуации закономерности, выведенные в куда более спокойных местах?

Ответ: Можно. Потому, что эффект от легализации оружия опробован и в таких условиях. Скажем, в США, которые издалека представляются нам морем благополучия, есть заселенные этническими меньшинствами городские районы, в которых отсидел срок каждый второй мужчина. Где треть молодежи до 28 лет не работает и никогда не работала, если не считать работой хождение за пособием, торговлю наркотиком и бросание под неосторожного автомобилиста с целью вымогательства компенсации. Есть и такие, у которых уже и родители, что такое честный труд не знали и знать не хотели. Собственно за счет таких гетто и образуются несообразно высокие цифры преступности в США.

Профессор Лот провел статистический анализ того, как изменился уровень преступности в штатах США, где были введены в действие законы о праве на скрытое ношение оружия. (Ранее в большинстве из них полиция могла по своему усмотрению дать или не дать такое разрешение.) Причем анализ проводился по отдельным муниципальным районам. И выяснилось, на первый взгляд, парадоксальная картина. Снижение насильственной преступности (убийств, изнасилований, нападений) происходило везде, но наиболее сильный выраженный эффект был отмечен в самых криминальных районах, где начальные цифры были максимальны.

Негритянские районы выиграли в среднем больше, чем белые, в городах эффект оказался сильнее, чем в сельской местности. Если задуматься, то он не такой уж парадоксальный. Именно в этих районах получить разрешение на оружие было труднее всего. Именно жители таких районов сильнее всего страдали от преступности, от беззащитности, именно там труднее было дождаться помощи от полиции

Отличный результат дала легализация оружия и в Эстонии, где перед ее введением регистрировалось существенное повышение уровня преступности. Так что именно в наших условиях социального неблагополучия и слабости правоохранительных органов положительный эффект от гражданского вооружения будет особенно силен.

Вопрос: Владение оружием требует определенной культуры обращения с ним. Не лучше ли вначале создать соответствующие условия, систему обучения, тиров, стрельбищ, обществ, а уже потом ставить вопрос об изменении законодательства.

Ответ: Очень хотелось бы. Но в жизни так не бывает. Для того чтобы научиться плавать в бассейн придется-таки залить воду. Оружейная культура без массового владения оружием не разовьется никогда.

Вопрос: В России пьют как нигде. И вовсе не только зарегистрированные в наркодиспансере алкоголики, которых можно отсеять. У нас застолье часто кончается потасовкой. А ведь алкоголь и оружие несовместимы. Допустимо ли в таких условиях допускать людей к оружию?

Ответ: Вы просто, видимо, плохо себе представляете, как пьют финны, норвежцы, датчане. А ведь именно в этих странах оружейное законодательство весьма либеральное. Финляндия, вообще занимает первое место в мире по распространенности владения оружием, далеко обгоняя США.

А еще позвольте спросить: как Вы думаете, часто блюдут сухой закон наши охотники? Однако что-то не слышим мы леденящих душу историй о перестрелках в охотхозяйствах. Далее, у нас в стране сегодня почти пять миллионов единиц легального огнестрельного оружия. Его владельцы в большинстве своем вовсе не трезвенники, не специально отобранные люди. И “употребляют” они чаще всего именно на дому, где оружие и хранится. Но лишь один из нескольких тысяч (это не описка — ОДИН ИЗ ТЫСЯЧ) владельцев такого оружия совершает убийство.

Давайте оставим досужие рассуждения! Практика уже однозначно доказала: подавляющее большинство нормальных людей не станет спьяну расстреливать товарищей из пистолета. А тем немногим, кто способен на это, пистолет вовсе не обязателен. Они прекрасно обходятся кухонным ножом. На сегодняшний день это главное оружие массового поражения в нашей стране. Но что-то не слышно от запретителей призывов изъять его из обращения и заменить пластмассовыми ножичками.

Вопрос: Соответствует ли личное оружие нашим нравственным ценностям? Подходит ли нам принцип “Каждый только за себя”?

Ответ: Оружие не определяет жизненные принципы, оно всего лишь инструмент в руках человека. Сегодня на Вас могут напасть средь бела дня при множестве свидетелей. И очень много шансов, что никто не вмешается, не придет на помощь. Не всегда из-за равнодушия. Очень часто люди просто чувствуют себя абсолютно беспомощными, считают (иногда даже не без оснований), что ничем не смогут помочь Вам, а лишь пострадают сами. Если бы на улицах оружие было в руках добропорядочных граждан, а не только у бандитов, то наши шансы получить в критический момент поддержку резко выросли бы.

Вопрос: О каком ношении оружия можно говорить, если у нас сейчас стреляют даже при простых дорожно-транспортных происшествиях?

Ответ: При ДТП стреляют сегодня вовсе не все подряд, а, в основном, бандиты. И стреляют естественно из нелегального оружия, по пулям и гильзам которого их невозможно идентифицировать. Добропорядочный человек первым обнажать свое зарегистрированное и отстрелянное оружие в такой ситуации естественно не станет. Если речь, конечно, не идет о самозащите. А если идет, то можно только радоваться тому, что он перестанет быть безгласной жертвой. Со временем, и бандиты уверенные сегодня в своей полной безнаказанности, постепенно начнут остерегаться пытаться применить силу.

Вопрос: Вы не забываете об особенностях российского менталитета? Мы не США, у нас другой исторический опыт, другие традиции. Личное оружие подразумевает высокую ответственность за свои решения, уравновешенность, правовую культуру. Где Вы их у нас видели? Не может ли то, что хорошо срабатывает в США привести у нас к прямо противоположным последствиям?

В представленой статье изложена точка зрения автора, ее написавшего, и не имеет никакого прямого отношения к точке зрения ведущего раздела. Данная информация представлена как исторические материалы. Мы не несем ответственность за поступки посетителей сайта после прочтения статьи. Данная статья получена из открытых источников и опубликована в информационных целях. В случае неосознанного нарушения авторских прав информация будет убрана после получения соответсвующей просьбы от авторов или издателей в письменном виде.

e-mail друга: Ваше имя:


< 2019 Сегодня < Сен >
ПнВтСрЧтПтСбВс
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      
Сотрудничество
Реклама на сайте



Реклама