Site map 1Site map 2Site map 3Site map 4Site map 5Site map 6Site map 7Site map 8Site map 9Site map 10Site map 11Site map 12Site map 13Site map 14Site map 15Site map 16Site map 17Site map 18Site map 19Site map 20Site map 21Site map 22Site map 23Site map 24Site map 25Site map 26Site map 27Site map 28Site map 29Site map 30Site map 31Site map 32Site map 33Site map 34Site map 35Site map 36Site map 37Site map 38Site map 39Site map 40Site map 41Site map 42Site map 43Site map 44Site map 45Site map 46Site map 47Site map 48Site map 49Site map 50Site map 51Site map 52Site map 53Site map 54Site map 55Site map 56Site map 57Site map 58Site map 59Site map 60Site map 61Site map 62Site map 63Site map 64Site map 65Site map 66Site map 67Site map 68Site map 69Site map 70Site map 71Site map 72Site map 73Site map 74Site map 75Site map 76Site map 77Site map 78Site map 79Site map 80Site map 81Site map 82Site map 83Site map 84Site map 85Site map 86Site map 87Site map 88Site map 89Site map 90Site map 91Site map 92Site map 93Site map 94Site map 95Site map 96Site map 97Site map 98Site map 99Site map 100Site map 101Site map 102Site map 103Site map 104Site map 105Site map 106Site map 107Site map 108Site map 109Site map 110Site map 111Site map 112Site map 113Site map 114Site map 115Site map 116Site map 117Site map 118Site map 119Site map 120Site map 121Site map 122Site map 123Site map 124Site map 125Site map 126Site map 127Site map 128Site map 129Site map 130Site map 131Site map 132Site map 133Site map 134Site map 135Site map 136Site map 137Site map 138Site map 139Site map 140Site map 141Site map 142Site map 143Site map 144Site map 145Site map 146Site map 147Site map 148Site map 149Site map 150Site map 151Site map 152Site map 153Site map 154Site map 155Site map 156Site map 157Site map 158Site map 159Site map 160Site map 161Site map 162Site map 163Site map 164Site map 165Site map 166Site map 167Site map 168Site map 169Site map 170Site map 171Site map 172Site map 173Site map 174Site map 175Site map 176Site map 177Site map 178Site map 179Site map 180Site map 181Site map 182Site map 183Site map 184Site map 185Site map 186Site map 187Site map 188Site map 189Site map 190Site map 191Site map 192Site map 193Site map 194Site map 195Site map 196Site map 197Site map 198Site map 199Site map 200Site map 201Site map 202Site map 203Site map 204Site map 205Site map 206Site map 207Site map 208Site map 209Site map 210Site map 211Site map 212Site map 213Site map 214Site map 215Site map 216Site map 217Site map 218Site map 219Site map 220Site map 221Site map 222Site map 223Site map 224Site map 225Site map 226Site map 227Site map 228Site map 229Site map 230Site map 231Site map 232Site map 233Site map 234Site map 235Site map 236Site map 237Site map 238Site map 239Site map 240Site map 241Site map 242Site map 243Site map 244Site map 245Site map 246Site map 247Site map 248Site map 249Site map 250Site map 251Site map 252Site map 253Site map 254Site map 255Site map 256Site map 257Site map 258Site map 259Site map 260Site map 261Site map 262Site map 263Site map 264Site map 265Site map 266Site map 267Site map 268Site map 269Site map 270Site map 271Site map 272Site map 273Site map 274Site map 275Site map 276Site map 277Site map 278Site map 279Site map 280Site map 281Site map 282Site map 283Site map 284Site map 285Site map 286Site map 287Site map 288Site map 289Site map 290Site map 291Site map 292Site map 293Site map 294Site map 295Site map 296Site map 297Site map 298Site map 299Site map 300Site map 301Site map 302Site map 303Site map 304Site map 305Site map 306Site map 307Site map 308Site map 309Site map 310Site map 311Site map 312Site map 313Site map 314Site map 315Site map 316Site map 317Site map 318Site map 319Site map 320Site map 321Site map 322Site map 323Site map 324Site map 325Site map 326Site map 327Site map 328Site map 329Site map 330Site map 331Site map 332Site map 333Site map 334Site map 335Site map 336Site map 337Site map 338Site map 339Site map 340Site map 341Site map 342Site map 343Site map 344Site map 345Site map 346Site map 347Site map 348Site map 349Site map 350Site map 351Site map 352Site map 353Site map 354Site map 355Site map 356Site map 357Site map 358Site map 359Site map 360Site map 361Site map 362Site map 363Site map 364Site map 365Site map 366Site map 367Site map 368Site map 369Site map 370Site map 371
english


 
 

О нас | О проекте | Как вступить в проект? | Подписка

 

Разделы сайта

Новости Армии


Вооружение

Поиск
в новостях:  
в статьях:  
в оружии и гр. тех.:  
в видео:  
в фото:  
в файлах:  
Реклама
На сайте igrynadvoih.biz игры на двоих стрелялки.

Архив за 2007-й год
Отправить другу

Китайская экспансия в Среднюю Азию: игра на опережение или наступление?

В последние годы Китай проявляет тенденцию к усилению своего влияния в Центральной Азии. Однако, это вовсе не означает, что он войдет в противостояние с Россией. Для Китая, уязвимым местом которого является Синьцзян-Уйгурский автономный район (СУАР) на границе с Центральной Азией, важным моментом является сохранение стабильности в регионе. Именно поэтому он будет планировать "наступление" на Центральную Азию. Несмотря на то, что мнение экспертов разделилось, пользуясь терминологией казахского политолога Досыма Сатпаева, на пессимистов, конформистов, оптимистов и реалистов, большинство опрошенных ИА REGNUM считают именно так.

СУАР

Как отметил в беседе с корреспондентом ИА REGNUM заместитель директора Института стратегических исследований при президенте Казахстана Санат Кушкумбаев, Китай, как растущая экономика и страна, обладающая определенными геополитическими амбициями, безусловно, должна присутствовать в таких регионах как Центральная Азия. "Во-первых, это обусловлено географическим расположением Китая, как соседа ЦА. Во-вторых, в Китае реализуется так называемая программа "освоение Запада", куда кроме СУАР, Тибета входят еще с десяток северных и западных провинций КНР, которые сильно отстают в своем социально-экономическом развитии по отношению к другим регионам страны. Безусловно, экономическое развитие этих регионов связано с развитием стран Центральной Азии", - считает эксперт.

Между тем, исполнительный директор Ассоциации политологов Киргизии Токтогул Кокчекеев считает, что "Китай обеспокоен продолжающейся нестабильностью в Афганистане и считает, что события в этой стране могут непосредственно повлиять на ситуацию в СУАР и даже стимулируют сепаратистские настроения среди жителей этого региона". Об этом он заявил ИА REGNUM.

С ним согласен и независимый эксперт из Узбекистана Рахимджон Султанов, который считает, что в политической составляющей Китай заинтересован в сотрудничестве со странами ЦА, исходя из обеспечения стабильности и безопасности в СУАР. "Ведь в Узбекистане, пусть даже меньше, чем в Казахстане и Киргизии, но все же проживает достаточно большое количество уйгуров, и Китай намерен еще на подступах к своим границам обезопасить свою территорию от проникновения сепаратистских настроений", - отметил он в беседе с корреспондентом ИА REGNUM.

Он также отметил, что желание Китая присутствовать в ЦА имеет исторические корни. Еще в прошлые века Китай стремился в этот регион. "И вообще, нужно отметить, что Китай желает присутствовать везде. Железный занавес не позволял Китаю активизировать свое присутствие в ЦА в прошлом веке. И нужно отдать должное китайцам - они сумели преобразить переговорный процесс по вопросам установления границ в такую организацию, как ШОС, в которой они и главенствуют, и деятельность которой в отличие от других региональных организаций с каждым годом все больше активизируется. Тем более что страны ЦА охотно идут на контакт с китайской стороной", - считает эксперт.

Эксперты Института экономических стратегий - Центральная Азия (ИНЭС-ЦА) Айтолкын Курманова и Мария Дисенова, беседуя с корреспондентом ИА REGNUM, также отмечают, что среди целей, которые Китай преследует в рамках ШОС, безопасность, так как Казахстан граничит с "проблемным" Синьцзян-Уйгурским автономным регионом.

В частности, "АПН-Казахстан" подчеркивает на своих страницах существование проблемы уйгурского сепаратизма, "разделенной нации" казахов, проживающих на территории Синьцзян-Уйгурского автономного района (СУАР) КНР. Этот вопрос в настоящее время из социально-демографической области переместился в сферу политическую. Изменения этнической карты Центральной Азии вызвали изменение ценностных ориентаций и всего комплекса национальных отношений в регионе. Сложен вопрос и с точки зрения религии: большинство казахов - мусульмане, а отношение КНР к мусульманскому населению общеизвестно. Китай использовал и в перспективе может использовать вопрос о существовании подпольных уйгурских организаций в Казахстане в качестве рычага политического давления на Астану по некоторым вопросам.

По поводу возможного изменения этнической карты существует озабоченность и у Координационного совета русских, славянских, казачьих организаций Казахстана. Как ранее передавало ИА REGNUM, председатель этой организации, атаман казаков степного края, Семиречья Юрий Захаров придерживается мнения, что если все русские выедут из Казахстана, то на месте российско-казахстанской границы будет граница российско-китайская.

По его мнению, угроза с востока, несмотря на все заявления о дружбе и добрососедстве, очень даже реальна. "Две - три группы по 10-15 миллионов молодых китайцев навсегда решат постоянно дискутируемый среди русских и казахов вопрос о государственном языке. Программа китайского правительства о переселении на границы с Казахстаном 250 миллионов китайцев из центральных областей не оставляет никаких сомнений в том, что будет так, а не иначе", - сказал Захаров. В то же время он подчеркивает, что недавно Россия списала восемь миллиардов долларов долгов бедным странам, но если бы малую толику этих средств получили русские диаспоры, то Россия имела бы сплоченных союзников, а правительства стран, где располагались финансово обеспеченные диаспоры, стали бы "придерживаться пророссийской ориентации для своего же блага".

С мнением Захарова не соглашаюся эксперты ИНЭС-ЦА Курманова и Дисенова. "Здесь не идет речь о российско-китайском противостоянии в Казахстане. Казахстан пережил массовое переселение людей, принадлежащих к другим этническим группам, и стал независимой страной. Подобное утверждение не учитывает современные политические реалии, а принадлежит к "колониальному" прошлому", - отмечают они.

Экономика

Как отметил в беседе с корреспондентом ИА REGNUM таджикский политолог Рустам Хайдаров, Китай, как и другие игроки на геополитической карте ЦА - Россия, США и Евросоюз - хочет прежде всего защитить свои экономические интересы, но вместе с тем, подготовить почву и для защиты своих политических интересов. "Мы знаем, что на данный момент Китай - это огромная страна, производящая товары народного потребления, причем очень дешевого, и потому Китай нуждается в новых рынках сбыта своей продукции, и ЦА с ее населением является очень объемным рынком для развивающейся экономики Китая", - отметил политолог.

"Узбекистан с 27 миллионами населения является самым перспективным рынком для Китая. Любая китайская делегация, которая проводит официальные встречи в Узбекистане, в первую очередь, начинает говорить о своих интересах в контексте узбекского рынка для китайских товаров. Деятельность большинства совместных с Китаем предприятий Узбекистана или представительств китайских компаний в этой стране направлена преимущественно на реализацию китайских товаров в Узбекистане", - говорит узбекский эксперт Султанов.

"Уровень торгового оборота между Казахстаном и КНР достиг 10 млрд долларов, и Китай стал вторым внешнеэкономическим партнером Казахстана после России. Темпы роста этого показателя не уступают российско-казахским отношениям, а кое-где и превосходят. Безусловно, Россия является ключевым партнером, но и темпы сотрудничества с Китаем, если учесть и объемы транзитного товарооборота между двумя странами, увеличивается быстрыми темпами. Он растет быстрее, чем ВВП наших стран. Если в Казахстане рост ВВП в среднем составляет 10% годовых, а в Китае порядка 14%, то рост торговли между нашими странами составляет порядка 30% ежегодно", - отметил Санат Кушкумбаев. А в посольстве КНР в Казахстане корреспонденту ИА REGNUM сообщили, что ожидают превышения показателя в 10 млн долларов США уже в этом году.

С другой стороны, исполнительный директор Ассоциации политологов Киргизии Кокчекеев считает, что Китай прежде всего заинтересован в развитии сотрудничества со странами ЦА в нефтегазовой и водно-энергетических областях. "И если с Казахстаном, Узбекистаном и Туркменией Китай больше заинтересован в развитии нефтегазового сотрудничества, то с Киргизией и Таджикистаном - в водно-энергетической и коммуникационной сферах. И даже несмотря на то, что Россия недавно предприняла серьезные шаги к тому, чтобы нефтегазовые потоки стран ЦА направились транзитом через Россию, Китай это ничуть не смутило, и он намерен и далее развивать сотрудничество в этой области. Достаточно напомнить, что уже в этом году начнется строительство газопровода из Туркмении через Узбекистан в Китай. Также продолжается строительство еще одного нефтепровода из Казахстана в Китай", - отметил политолог.

По мнению казахского эксперта Кушкумбаева, "с точки зрения геополитики, Китай, конечно же, беспокоит растущая "энергизация" мировой геополитики, и согласно всем прогнозам, ежегодные потребности Китая в энергоносителях будут только увеличиваться". "ЦА является одной из близлежащих таковых кладовых. Плюс ко всему ШОС дает возможность легимитизировать присутствие Китая в ЦА, наряду с Россией, которая была единственной страной из держав, безраздельно представленной в этом регионе. Это возможность Китая на перспективу застолбить стратегический регион, каковым является Центральная Азия", - считает эксперт.

Кушкумбаев также отметил, что в двусторонних отношениях Китая со странами ЦА его, прежде всего, беспокоят предстоящие политические изменения в странах ЦА, неустойчивость политических систем. "Например, в отношении Киргизии, китайские эксперты считают, что эта страна является самым слабым звеном в структуре международных отношений в ЦА или, если брать еще шире, в Евразии. Поэтому Китай и впредь будет уделять повышенное внимание таким вопросам, как безопасность и региональная стабильность. Поэтому ШОС для Китая - это тот инструмент, который в будущем будет еще расширяться. С другой стороны, понятно, что в рамках ШОС еще нет эффективных экономических проектов, в основном речь идет о потенциале и перспективах. Потенциал велик, но пока что он не столь ясен. И Китай от саммита к саммиту пытается этот процесс все яснее конкретизировать. Этим и обусловлен тот факт, что Китай активно начал развивать экономическое сотрудничество и стал выдавать долгосрочные и льготные кредиты на реализацию различных проектов в странах ШОС, пусть даже если эти проекты и выражают интересы самого Китая. Понятно, что Китай пытается сориентировать экономики стран ЦА на себя. И безусловно, что в таком случае Китай начинает выступать конкурентом для других держав, представленных в ЦА, и в первую очередь, для той же России и США. Хотя тактически Россия и Китай в одном альянсе, и по ряду параметров они вместе оппонируют США", - считает эксперт.

Что касается Таджикистана и того, что Китай инвестирует более 600 млн долларов на реализацию проектов в области инфраструктуры в этой стране, таджикский политолог Рустам Хайдаров относит это к желанию Китая обрести новые рынки. "Это связано с тем, что дороги в Таджикистане, в первую очередь, будут обслуживать интересы Китая. Ну, естественно, и для Таджикистана это выгодно, так как республика получит выход на моря и может стать транзитной страной", - считает эксперт.

Энергетика и нефть

Высокие темпы экономического роста Китая, около 11% ВВП в год, требуют все большего потребления энергоресурсов, поэтому интересы Китая в Казахстане, прежде всего, связаны с углеводородной составляющей. Как отмечал в бытность министром иностранных дел председатель сената парламента Республики Казахстан Касым-Жомарт Токаев, каркасом взаимоотношений между Казахстаном и Китаем является "энергетическая составляющая". По словам политолога Досыма Сатпаева, Казахстан вообще является для Китая сырьевым придатком, вместе с тем, утверждение, что Китай хочет захватить Казахстан, по мнению политолога, является очередным мифом. Единственное, чего по-настоящему хочет Китай, - это закрепиться в Казахстане, считает эксперт. С другой стороны нельзя недооценивать влияние Китая - сверхмощной державы с быстрорастущей экономикой - на небольшой, малонаселенный Казахстан с его огромными территориями.

В интервью газете "Казахстанская правда" заместитель директора Института мировой экономики и политики при фонде первого президента Республики Казахстан Лела Музапарова подчеркивает, что Китай заинтересован в надежном поставщике энергоресурсов, в этом плане он делает ставку на Казахстан. Тем более, что к 2010 году Казахстан рассчитывает выйти на уровень добычи в 100 миллионов тонн нефти в год. Совокупные запасы нефти Казахстана оцениваются в 26 миллиардов тонн. Как отмечает Музапарова, по прогнозам специалистов, Китай в перспективе вынужден будет импортировать нефть во все больших объемах. В докладе Института энергетики при Государственном комитете по делам развития и реформы КНР прогнозируется, что спрос на нефть в ближайшем будущем возрастет в стране до 700 миллионов тонн в год, а потребление до 2020 года возрастет в 2,4 раза по сравнению с сегодняшним уровнем.

В интервью корреспонденту ИА REGNUM эксперты Института экономических стратегий - Центральная Азия (ИНЭС-ЦА) Курманова и Дисенова отмечают, что на данный момент Китай вкладывает в Казахстане в основном в добычу сырья и его транспортировку. Китай заинтересован в проектах по переработке сырья, в частности, урановых продуктов, крупной металлургии. Китай будет участвовать в строительстве энергетических объектов, так как ему это выгодно. Китайской компании принадлежит половина крупного нефтеперерабатывающего завода в Чимкенте и многие автозаправочные станции.

Продолжением бурно развивающегося сотрудничества является и нефтепровод Атасу-Алашанькоу, ставший одним из этапов создания стратегически важного транспортного коридора для экспорта казахстанской нефти в Китай. Первая казахстанская нефть была получена в Алашанькоу 25 мая 2006 года. Пропускная способность нефтепровода Атасу-Алашанькоу на 1-ом этапе - 10 млн тонн в год, на 2-м этапе - 20 млн тонн нефти в год. Нефтепровод проходит от нефтеперекачивающей станции Атасу в Карагандинской области до железнодорожной станции Алашанькоу на территории Китая. Его протяженность - 962 км, диаметр 813 мм.

Рассуждая о плюсах и минусах этого проекта, Курманова и Дисенова отмечают, что плюсов много - это очевидная диверсификация и гарантия поставок, наличие новых транспортных мощностей. Минус - при наличии готовой трубы трудно будет спорить с Китаем в очередных тендерах, которые Китай может выиграть.
Между тем, заместитель директора Центра стратегических исследований при президенте Таджикистана Сайфулло Сафаров отмечает в беседе с корреспондентом ИА REGNUM, что в связи с позитивными отношениями Таджикистана и КНР некоторые эксперты начинают запугивать, что влияние Китая в Таджикистане увеличивается, и это очень опасно. "Многие поднимают вопрос о том, что усиление взаимодействия, сближение Таджикистана с Китаем будет в ущерб России. Это абсолютно неправильная и неверная оценка. Дело в том, что Китай финансирует преимущественно те отрасли экономики, в которые Россия и "не заглядывала". Это строительство дорог, тоннелей, ГЭС на реке Зеравшан, улучшение коммуникаций железнодорожной отрасли и т.д.", - подчеркнул эксперт. В отношении реакции США на развитие сотрудничества Таджикистана с Китаем, Сафаров отметил, что "американцы обычно деликатны в таких делах". "Вашингтон не делает заявлений в отношении Таджикистана, что США это как-то мешает. Там спокойно относятся к такому сотрудничеству, поскольку также заинтересованы в том, чтобы Таджикистан имел стабильную экономику, динамично развивался", - сказал он.

Рынок

Продолжая тему экспансии, нельзя не отметить и фактор засилья китайского ширпотреба, зачастую контрафактного, поступающего в Среднюю Азию. В частности, на страницах "Эксперта Казахстана" подчеркивается, что казахстанский бизнес испытывает на себе убийственное влияние китайского ширпотреба. В интервью этому изданию глава Ассоциации предприятий легкой промышленности Казахстана Любовь Худова отметила, что на местном рынке не созданы равноценные экономические условия для отечественных производителей и импортеров. Отечественная текстильная и швейная промышленность, по ее данным, удовлетворяет сегодня лишь до 8% потребности внутреннего рынка, в то время как с точки зрения экономической безопасности страны эта доля должна составлять как минимум 30%.

Издание отмечает, что в Китае ряд научных учреждений работают над тем, как повысить проникновение китайских товаров в Центральную Азию и Казахстан. Главный научный сотрудник Института по изучению Центральной Азии Академии наук Синьцзян-Уйгурского автономного района Ху Хунпин, приезжавшая недавно в Алма-Ату, готовит годовой доклад "Инвестиционный климат Казахстана". "Центральная Азия, - говорит она, - лучший вариант выхода бизнеса на новые рынки сбыта. Китай намерен повысить уровень экономического сотрудничества с Центральной Азией, и поэтому наш проект поддерживает правительство".

Как отмечают Курманова и Дисенова, неконтролируемые потоки китайского ширпотреба несут угрозу для казахстанского бизнеса, так как не дают встать на ноги казахстанскому производству. "Многие другие страны испытывают аналогичные проблемы. Хотя, возможно, со вступлением Казахстана в ВТО поступающая продукция будет более качественная и сертифицирована на безопасность", - отмечают эксперты.

Миграция

Еще один предмет озабоченности в Казахстане - массовый нелегальный въезд в республику китайцев. Как сообщает "АПН-Казахстан", процесс демографического насыщения территории Китая вызывает определенный страх у казахстанцев хотя бы даже потому, что население соседнего Китая увеличивается ежегодно на 16 млн человек, то есть на столько, сколько составляет все население Казахстана.

"АПН-Казахстан" отмечает, что согласно независимым источникам, только по данным правоохранительных органов ежегодно в Казахстан въезжает до 50 тысяч китайцев, а выезжает до 30 тысяч. По предварительным подсчетам, реальная численность китайского населения в республике порядка 300 тысяч человек. Имеются и примеры "выдворения" китайских граждан из республики. Например, в 1995 г. за нарушение правил пребывания привлечено к административной ответственности 3 665 граждан Китая, 1 300 из них выдворены из страны. В 1998 г. 115 граждан КНР было выдворено из страны за проживание по просроченной визе. Однако эти цифры несопоставимы с масштабами нарушений.

Определенные надежды на регулирование процессов миграции связываются с ШОС. Участники этого интеграционного объединения обсуждают возможность создания не только наднациональной структуры, регулирующей потоки нелегальной миграции, но и международной биржи труда. Создание такой структуры поможет уйти от хаотичности миграционных процессов, отмечают эксперты.

Перспективы

Рассуждая о политике Казахстана по отношению к Китаю, эксперты ИНЭС-ЦА высказывают мнение, что, несмотря на то, что отношения Казахстана с Китаем уходят далеко в историю, сегодня определенного внешнеполитического курса в отношении этой страны у казахстанского руководства нет. Часто превалируют две диаметрально противоположные точки зрения - от откровенной фобии до признания экономической выгоды тесного сотрудничества. Трудноразрешимым вопросом был пограничный вопрос, который, впрочем, кое-как был улажен, хотя претензии Китая, особенно в части приграничных рек, остались.

При сегодняшнем руководстве перспективы Китая скорее хорошие. Был найден определенный консенсус и разграничена сфера влияния Китая: торговые операции, сырьевые проекты. Вместе с тем, эксперты ИНЭС-ЦА отмечают, что за сырьевые ресурсы Казахстана существует определенная конкуренция между Китаем и Россией. Курманова и Дисенова отмечают, что в готовящейся к публикации книге ИНЭС-ЦА "Казахская стратегия Цинской империи", высказывается мнение: исторически Казахстан всегда обречен лавировать между двумя крупными соседями и, несмотря на то, что в России могут быть обеспокоены растущим влиянием Китая в Казахстане и наоборот, история показывает, что для Казахстана такая игра - самая оптимальная. "В принципе, Китай и Россия политически сегодня более ближе. Политическая позиция Казахстана в силу "многовекторности" слабо выражена, а в рамках ШОС страны Центральной Азии скорее играют роль "вторых скрипок", - отмечают эксперты института.

Рассуждая о будущем сценарии двухсторонних отношений Курманова и Дисенова делают вывод, что в политическом аспекте будет продолжаться сотрудничество в рамках различных региональных организаций, также будет укрепляться двустороннее экономическое, торговое сотрудничество. "Я думаю, что Казахстану будет нужна экономическая и политическая поддержка таких стран, как Китай, ведь Китай особенно преуспел в инвестициях в богатые на сырье, но не совсем демократические страны (Африка, Латинская Америка и.т.д). Трудно предугадать, что будет в случае смены руководства в Казахстане и, соответственно, внешней политики, которая может быть более националистическая, и китайцы, как и другие иностранные инвесторы, понимают это", - отмечает Дисенова.

Еще одним подводным течением в экономическом векторе казахстанско-китайского сотрудничества эксперты ИНЭС-ЦА называют возможный перегрев китайской экономики, чего, в некоторой степени, следует опасаться. "Ведь Китай продуцирует значительный макроэффект на экономику Казахстана. Хотя эффект обоюдный. При том экономическом буме Казахстана и отсутствии внутреннего производства, китайские производители очень благоприятствуют от казахского спроса", - подчеркивают эксперты. Вместе с тем, они отмечают, что вероятность спада китайской экономики еще невелика, так как ее рост основан на здоровых показателях: росте производства, экспорта, потребления - но любая рецессия обязательно окажет эффект на Казахстан в смысле снижения инвестиционной активности многочисленных совместных предприятий и.т.д. Хотя при удешевлении продукции Китая Казахстан может выиграть (такое было во время российского кризиса 1997, когда многие казахстанские производители выиграли от отсутствия конкуренции и удешевлении товаров).

В целом, по мнению экспертов ИНЭС-ЦА, китайского роста Казахстану не следует бояться, а извлекать из него выгоды, найти свои ниши на китайском рынке, свою конкурентоспособность. "Рост страны-соседа обычно дает положительные эффекты. Это уже поняли страны АСЕАН, которые создадут с Китаем свободную торговую зону", - считают они.

Также не драматизировать ситуацию призывает киргизский эксперт-аналитик Дмитрий Орлов. "Разговоры о так называемой "китайской экспансии" в Киргизию не имеют под собой никакой реальной основы, - заявил он корреспонденту ИА REGNUM. - По данным МВД и Пограничной службы КР, в республику ежегодно прибывает порядка 2 тысяч китайских граждан. Но в Киргизии они не оседают, предпочитая Европу и США. И здесь Киргизия - достаточно выгодный "транзитный коридор". Повышенный интерес Китая к Киргизии обусловлен, прежде всего, экономическими аспектами. Вспомним хотя бы тот факт, что практически весь основной сухопутный транзит товаров Поднебесной проходит через контрольно-пропускной пункт "Торугарт", расположенный в Нарынской области Киргизии - на границе с КНР. По разным данным, через "Торугарт" проходит от 70 до 85% экспорта всей китайской продукции, которая потом оседает не только в Центральной Азии и СНГ, но и в Европе. Кроме того, Китай заинтересован в поставках киргизской электроэнергии в свои приграничные области. На сегодняшний день объем энергопоставок из Киргизии в КНР составляет 1,5 млн киловатт/часов ежегодно. Причем Киргизия не меньше, чем Китай, заинтересована, чтобы поставки электроэнергии росли". Экперт подчеркивает: "Официальный Пекин прекрасно осознает, что в битве за энергоресурсы Киргизии он плетется в хвосте России и Казахстана - традиционных партнеров и союзников Киргизии... Но вряд ли положение Китая в этом смысле столь безнадежно, как кажется на первый взгляд. Во всяком случае, паники там из-за того, что электроэнергии Китаю может не хватить, пока нет", - отметил Орлов.

Особенность развития отношений между Китаем и Таджикистаном заключается в том, что они основаны только на принципах экономической целесообразности, считает таджикский экономист Тохир Абдучаббор. По его мнению, высказанному ИА REGNUM, политического аспекта в этих взаимоотношениях не ощущается. "Между тем, как в отношениях России и Таджикистана эта составляющая доминирует. По крайней мере, в России не скрывают, что эта страна должна сохранить свое влияние в ЦА. В отношениях с Китаем этого не чувствуется. Китай ведет политику экономической экспансии и поиска своего место на рынке стран ЦА. В принципе, такую политику Китай проводит и в других странах мира. Что может в будущем навредить таджикско-китайским отношениям, так это дисбаланс - в то время, когда Китай имеет активный баланс в торговле, у Таджикистана он очень пассивный. Кроме того, растет и долг Таджикистана перед Китаем, который в будущем может создать серьезные проблемы в отношениях этих двух стран", - считает Абдуджаббор.

Что же касается политических интересов Китая в Таджикистане, то по мнению Рустама Хайдарова, пока что у КНР нет своего лобби в политических кругах Таджикистана. "К примеру, Россия имеет очень мощное лобби в политических и экономических кругах Таджикистана, возможно, и у США уже формируется определенное лобби в политических кругах. Китаю понадобится еще лет 70, чтобы заручиться мощной поддержкой в политических кругах Таджикистана. Сейчас же Китай старается реализовывать свои интересы в Таджикистане через экономические проекты и оказанием военно-технической помощи в рамках ШОС", - отметил Хайдаров.

Своего рода черту подводит Исполнительный директор Ассоциации политологов Киргизии Токтогул Кокчекеев. Он отмечает, что после распада СССР Китай остается коммунистической державой мира, и "азиатский коммунизм", на сегодняшний день, фактура, которая одинаково беспокоит как Россию, так и США и Евросоюз. "Китай, с точки зрения театра военных действий и будущих конфронтаций, рассматривает страны ЦА как рыхлые в своих многовекторых внешних политиках. Этому свидетельствуют присутствие американских военных в Киргизии и до недавнего времени в Узбекистане. Кстати, этим и было обусловлено жесткое напоминание США о том, что "они должны определиться со своими военными в ЦА". Китай, обладая гигантскими возможностями, пытается привлечь на свою сторону страны ЦА, и нужно отметить, что КНР делает это очень успешно. Противостояние агрессивной политике атлантизма - одна из задач Китая". Эксперт согласен с мнением о том, что Китай пытается играть на опережение с США, которые хотят создать так называемый "пояс безопасности" вокруг Китая. "Китай так же, как Россия, нуждается в том, чтобы защититься от экономического влияния США на страны ЦА", - отметил политолог в беседе с корреспондентом ИА REGNUM.

Показать источник
Просмотров: 1743

Комментарии к статье (0)

В представленой статье изложена точка зрения автора, ее написавшего, и не имеет никакого прямого отношения к точке зрения ведущего раздела. Данная информация представлена как исторические материалы. Мы не несем ответственность за поступки посетителей сайта после прочтения статьи. Данная статья получена из открытых источников и опубликована в информационных целях. В случае неосознанного нарушения авторских прав информация будет убрана после получения соответсвующей просьбы от авторов или издателей в письменном виде.

e-mail друга: Ваше имя:


< 2018 Сегодня < Ноя >
ПнВтСрЧтПтСбВс
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930  
Сотрудничество
Реклама на сайте



Реклама