Site map 1Site map 2Site map 3Site map 4Site map 5Site map 6Site map 7Site map 8Site map 9Site map 10Site map 11Site map 12Site map 13Site map 14Site map 15Site map 16Site map 17Site map 18Site map 19Site map 20Site map 21Site map 22Site map 23Site map 24Site map 25Site map 26Site map 27Site map 28Site map 29Site map 30Site map 31Site map 32Site map 33Site map 34Site map 35Site map 36Site map 37Site map 38Site map 39Site map 40Site map 41Site map 42Site map 43Site map 44Site map 45Site map 46Site map 47Site map 48Site map 49Site map 50Site map 51Site map 52Site map 53Site map 54Site map 55Site map 56Site map 57Site map 58Site map 59Site map 60Site map 61Site map 62Site map 63Site map 64Site map 65Site map 66Site map 67Site map 68Site map 69Site map 70Site map 71Site map 72Site map 73Site map 74Site map 75Site map 76Site map 77Site map 78Site map 79Site map 80Site map 81Site map 82Site map 83Site map 84Site map 85Site map 86Site map 87Site map 88Site map 89Site map 90Site map 91Site map 92Site map 93Site map 94Site map 95Site map 96Site map 97Site map 98Site map 99Site map 100Site map 101Site map 102Site map 103Site map 104Site map 105Site map 106Site map 107Site map 108Site map 109Site map 110Site map 111Site map 112Site map 113Site map 114Site map 115Site map 116Site map 117Site map 118Site map 119Site map 120Site map 121Site map 122Site map 123Site map 124Site map 125Site map 126Site map 127Site map 128Site map 129Site map 130Site map 131Site map 132Site map 133Site map 134Site map 135Site map 136Site map 137Site map 138Site map 139Site map 140Site map 141Site map 142Site map 143Site map 144Site map 145Site map 146Site map 147Site map 148Site map 149Site map 150Site map 151Site map 152Site map 153Site map 154Site map 155Site map 156Site map 157Site map 158Site map 159Site map 160Site map 161Site map 162Site map 163Site map 164Site map 165Site map 166Site map 167Site map 168Site map 169Site map 170Site map 171Site map 172Site map 173Site map 174Site map 175Site map 176Site map 177Site map 178Site map 179Site map 180Site map 181Site map 182Site map 183Site map 184Site map 185Site map 186Site map 187Site map 188Site map 189Site map 190Site map 191Site map 192Site map 193Site map 194Site map 195Site map 196Site map 197Site map 198Site map 199Site map 200Site map 201Site map 202Site map 203Site map 204Site map 205Site map 206Site map 207Site map 208Site map 209Site map 210Site map 211Site map 212Site map 213Site map 214Site map 215Site map 216Site map 217Site map 218Site map 219Site map 220Site map 221Site map 222Site map 223Site map 224Site map 225Site map 226Site map 227Site map 228Site map 229Site map 230Site map 231Site map 232Site map 233Site map 234Site map 235Site map 236Site map 237Site map 238Site map 239Site map 240Site map 241Site map 242Site map 243Site map 244Site map 245Site map 246Site map 247Site map 248Site map 249Site map 250Site map 251Site map 252Site map 253Site map 254Site map 255Site map 256Site map 257Site map 258Site map 259Site map 260Site map 261Site map 262Site map 263Site map 264Site map 265Site map 266Site map 267Site map 268Site map 269Site map 270Site map 271Site map 272Site map 273Site map 274Site map 275Site map 276Site map 277Site map 278Site map 279Site map 280Site map 281Site map 282Site map 283Site map 284Site map 285Site map 286Site map 287Site map 288Site map 289Site map 290Site map 291Site map 292Site map 293Site map 294Site map 295Site map 296Site map 297Site map 298Site map 299Site map 300Site map 301Site map 302Site map 303Site map 304Site map 305Site map 306Site map 307Site map 308Site map 309Site map 310Site map 311Site map 312Site map 313Site map 314Site map 315Site map 316Site map 317Site map 318Site map 319Site map 320Site map 321Site map 322Site map 323Site map 324Site map 325Site map 326Site map 327Site map 328Site map 329Site map 330Site map 331Site map 332Site map 333Site map 334Site map 335Site map 336Site map 337Site map 338Site map 339Site map 340Site map 341Site map 342Site map 343Site map 344Site map 345Site map 346Site map 347Site map 348Site map 349Site map 350Site map 351Site map 352Site map 353Site map 354Site map 355Site map 356Site map 357Site map 358Site map 359Site map 360Site map 361Site map 362Site map 363Site map 364Site map 365Site map 366Site map 367Site map 368Site map 369Site map 370Site map 371
english


 
 

О нас | О проекте | Как вступить в проект? | Подписка

 

Разделы сайта

Новости Армии


Вооружение

Поиск
в новостях:  
в статьях:  
в оружии и гр. тех.:  
в видео:  
в фото:  
в файлах:  
Реклама
Модульные лестницы по материалам сайта.

Рассказы и статьи
Отправить другу

Карьера прапорщика Беркута

Да, именно так и величает он свою службу — карьера. С гордостью, без тени иронии. Нисколько не опасаясь нарваться на подначку какого-нибудь острослова: знай, мол, сверчок, свой шесток, карьера — это у полковников и генералов, а у тебя, прапор, — хомут со звездами, как ни старайся, выше взвода не прыгнешь.

Доведись ему услышать такое рассуждение, найдет что ответить кавалер ордена Мужества Григорий Беркут. Он, боевой командир, убежден: не чины и звания определяют достоинство военного человека. Количеством побед, мужских поступков — вот чем оценивается его карьера. В самом прямом, лучшем смысле этого слова. А что взвод — должностной потолок, так ведь не зря говорят в народе: мал золотник, да дорог. Тем паче не простым взводом Беркуту пришлось командовать. И не где-нибудь в тихой губернской столице вдали от криминально-бандитских очагов, а в Грозном-городе, в один из самых жарких периодов той проклятой войны.

 

Ежели задумают снять фильм о спецназе внутренних войск и возникнет проблема с прототипом крутого «профи» из когорты прапорщиков-«краповиков», Григорий Беркут со своей карьерой — вот он, готовый персонаж. Ничего и сочинять не надо, его рисковых приключений на целый сериал хватит.

Правда, статью и ростом герой наш не Рэмбо. Не дотягивает до киностандарта матерого коммандос. Но что важнее: внешние эффекты, рассчитанные на публику, с игрой мускулов и немыслимыми трюками великана-культуриста, глядя на которые «спецы», не понарошку воевавшие, животики от хохота надрывают, или эффективный результат боевой работы — смертельно опасной и вовсе даже не зрелищной? Спросите у братишек, побывавших в грозненском пекле, они вам расскажут, что почем и кто есть кто. По жизни. Тут и другая поговорочка на ум придет: маленький, да удаленький.

А завязкой не написанной еще киноистории мог бы стать... ну, предположим, эпизод о том, как прапорщик Беркут, следуя по предписанию к новому месту службы — в 101-ю бригаду, раздобыл себе ствол. Впрочем, сам он, рассказывая о боевых делах в Грозном, этому эпизоду большого значения не придает: так, вполне заурядное событие — цветочки... Короче, случилась небольшая драчка с вооруженными нохчами на окраине города, повоевали немного, постреляли, и право же грех, было не воспользоваться ситуацией, когда трофей, можно сказать, сам шел в руки. Глазомер, натиск — пригодилась воинская школа — и оружие было отобрано у нейтрализованного «духа». С этим трофеем и прибыл Григорий в военный городок.

На вопрос, откуда, мол, «калаш» у ехавшего без оружия прапорщика — ответил с присущей ему серьезностью: «Один «чичик» подарил. Пользуйся, говорит, на здоровье. Мне теперь ствол без надобности, отвоевался».
С теплым чувством признательности вспоминает Беркут о первой встрече с командиром бригады, который лично проводил собеседования со всеми кандидатами в спецназ и разведку. Это благодаря ему, полковнику Юрию Денисову, начал Григорий свою карьеру на том боевом участке, о котором мечтал, подписывая контракт.

Зашел в кабинет комбрига с внутренним напряжением. Думал, увидит важного, представительного офицера, недоступно-далекого в своих командирских заботах для простых служивых. А Денисов оказался своим на все сто. Не было в его манере держаться перед подчиненными ни сухой кабинетной официальности, ни напускной строгости. Приветливо улыбнувшись, сразу же, без обиняков спросил: «Прибыл служить или устраиваться в очередь за льготами?» — «Льготы свои честно отработаю», — заверил Григорий. — «Что делать умеешь?» — «Многое. До армии окончил медицинский техникум. Срочная и сверхсрочная прошла в погранвойсках — сначала был водителем, потом замкомвзвода. Занимался спортом — инструктор рукопашного боя. Отлично стреляю, в том числе из снайперской винтовки. После увольнения в запас пошел в милицию. Служил в полку ППС и в угрозыске. Имею навыки оперативной работы». — «Ну, тогда сам Бог велел назначить тебя в разведбат, — обрадовался полковник. — Опытные «спецы» позарез там нужны».

Не успел Григорий толком освоиться на новом месте, грянули мартовские события. Шестого числа дудаевцы с трех направлений атаковали город. Пытаясь пробиться к центру столицы, навалились на войсковые КПП. Заблокировали пункты дислокации частей бригады.

В лютой свинцовой круговерти выводить с базы разведгруппу — только людей погубить, поэтому Беркут на время переквалифицировался. Прихватив СВД, занял место на оборонительной позиции возле санчасти, по которой вовсю молотили чеченские пулеметчики. Огляделся, засек вражеские огневые точки в окнах дома, поплевал на ладони и начал гасить «духов», тихонько приговаривая: «Вылетел беркут на охоту — волкам хана. Одному пасть порвет, другому башку проклюет, третьего в капкан загонит». Заткнулись пулеметы. А перестрелка идет своим чередом. Лютуют «волки», долбят со всех сторон, не жалея боеприпасов; наши конкретно им отвечают. Григорий то к автомату прикладывается, то к снайперке — как логика боя подсказывает. Глядь — «душок» с цинками впригибку бежит. Беркут, недолго думая, в ногу его пулей клюнул, и бойцам: «По раненому не стрелять! Сейчас его дружки вытащить попытаются, тут мы их и уделаем». Как в воду глядел. Не прошло и пяти минут — ползут двое, из-за кустов их «душманы» очередями прикрывают. Григорий снова на ладони поплевал да прибаутку повторил, захлопывая снайперский капкан. Как только атакующие ослабили огонь (с боеприпасами, видать, стало туго, а подносчик корчится в луже крови), прапорщик организовал со своими разведчиками дерзкую вылазку. Выскочили неожиданно из укрытий и забросали ошеломленных «духов» гранатами.

Вскоре противник подтянул подкрепление, бой вокруг периметра военного городка разгорелся с новой силой. Оценив обстановку, Григорий решил поработать санитаром — подсобить парням из медроты, которые не успевали выносить из-под огня раненых. Взял два «броника» и, прикрываясь ими, где бегом, где ползком дотащил одного за другим восьмерых стонущих-кричащих пацанов. Побежал на передок за девятым подранком. Только промедол ему поставил — в воздухе зловеще завыли-замяукали мины, с деревьев посыпались ветки, срезанные осколками. Можно было бы переждать обстрел в укрытии, но тяжелораненый боец находился между жизнью и смертью. Припечатав нохчей крепким словцом, Беркут надел на солдата бронежилет, сам лег сверху и, упираясь в землю ногами, стал толкать своим телом потерявшего сознание мальчишку. Этот отчаянно смелый поступок чуть не стоил жизни санитару-добровольцу. Совсем немного оставалось до медпункта. Григорий напряг последние силы, но одна «духовская» мина — будто по его душу летала, — взметнув огненно-дымный куст, рядышком разорвалась. Оглушенного прапорщика отбросило в сторону смрадной волной...

Очнулся от тупой боли в руке. В висках молоточки стучат. Слава Богу, жив и, кажется, цел. Подполз к солдату. Дышит! Мысленно поблагодарил ангела-хранителя, на одном рывке-молитве дотащил парнишку до палаты. А там... Схватился за голову: не знаешь, кому в первую очередь помощь оказывать — раненым или сестричкам, падающим в обморок от неумолчного крика-мата-стона, вида крови и разъятой плоти. Нашатырем привел в чувство девчонок, и к пацанам — колоть, перевязывать, осколки выковыривать. Управился — бегом на передовую, отбивать атаки бандитов, носить раненых. Так до вечера мотался без роздыху. Пришел в себя на кровати в санчасти: не помнит, когда и где свалили с ног контузия и усталость. Сутки пролежал в обморочном сне.

А на следующий день — похлеще напряг. Беркуту поставили задачу пробиться на бэтре с группой спецназа в 22-й городок. Оборонявший его батальон понес большие потери, нужно было подбросить туда боеприпасы, поддержать братишек на огневых позициях.

Дерзко прорвавшись сквозь чеченские заслоны, с ходу вступили в бой. Обстановочка — хуже бы, да некуда. Одно утешение: обороной руководил опытный офицер — направленец из штаба дивизии майор Семененко, по прозвищу Крикун. Эту «погремуху» ему дали за взрывной темперамент и мощные голосовые связки. «Шевелись, едальниками не щелкай!» — заглушая автоматно-пулеметный грохот, то и дело подбадривал он солдат.

Прибывших «спецов» Крикун встретил как родных. И сразу нарезал участок работы:
— Достал нас, понимаешь, снайпер, сто чертей ему в печенку. Видите заводской корпус и элеватор рядом? Оттуда он и мочит. Хитер, гад. Два раза из одного окна не стреляет, скачет с этажа на этаж. Никак засечь не можем. Даже из «зушки» пробовали — нулевой результат. Надо ему, хлопчики, залить за шкуру сала. Как, возьметесь?

Район завода Беркуту хорошо знаком, не раз бывал здесь с разведчиками. Подумал, прокрутил в голове несколько вариантов операции. И так и эдак — велик риск получить «девять граммов в сердце». Но кто не рискует, тот не пьет шампанского...

— Да уж, выкуривать его с помощью зенитки — пустая трата снарядов. Они нам еще пригодятся. Тут хитрость нужна, — сощурился Григорий. — Есть у меня один планчик... Потребуется три комплекта гражданки и патронов побольше. Замысел такой. Ждете, когда «кукушка» подаст голос, и начинаете обрабатывать окна. Остальное — наши проблемы...

Через час Беркут и два спецназовца-контрактника, переодетые в лохмотья, с видом испуганных бомжей, случайно забредших на территорию завода, подошли к корпусу, где угнездился «духовский» снайпер. К счастью, во дворе не было ни души. Оно и понятно: стреляют.

— Действуем, как договорились, — шепнул Беркут. — Вы контролируете из укрытия вход, а я иду в гости к «джохарчику». Отсчет времени — с момента открытия огня. Не вернусь в течение часа — делаете ноги.

— А если их там целая группа?

— Будем считать, что мне не повезло. Вопросы есть? Вопросов нет! — с этими словами прапорщик снял ботинки и по-кошачьи бесшумно юркнул в проем двери.

Томительно потянулось время ожидания. Снайпер молчал. И вдруг — винтовочный выстрел. Из городка ответили дружными очередями. Бойцы переглянулись: все идет как по нотам. Только бы не заподозрил «дух», что за ним охотятся.

Десять... пятнадцать минут слились с тревожным биением двух сердец... Чу, кто-то спускается с лестницы. Торопливо-неуверенные шаги, сопровождаемые звуками увесистых тумаков.

— Ты, старшина? — мажорным дуэтом.

— А то кто же? — бодро ответил Беркут, выталкивая чеченца с залитым кровью плечом. — Вот, веду хозяина, — ткнул в спину стволом трофейной СВД. — Негостеприимный оказался, невежливый. Пришлось поучить уму-разуму.

— Как ты его взял? — по возращении на базу засыпали Григория вопросами.

— Дело техники. Я ж хитрый мент. И руки откуда надо растут...

Выполнив поставленную задачу, Беркут засобирался к своим разведчикам. Была у него мечта: как только стабилизируется в Грозном обстановка — сдать в ГСН разведбата экзамен на мужика и надеть краповый берет. Но пришлось задержаться. Надолго. В 22-й городок вошли подразделения вновь сформированного 105-го специального моторизованного полка бригады. Забот и хлопот прибавилось. Новоселы — сплошь необстрелянные солдатики, а большинство офицеров ранее служили в СМВЧ и конвое, навыков боевой работы тоже не имеют. Командир части, узнав о геройских делах прапорщика-разведчика, предложил ему возглавить спецвзвод:

— С опытными кадрами у нас туго, а ты — зубр, многому сможешь научить пацанов. Помоги, брат. Подбери людей, сколоти крепкую команду, а потом, если не передумаешь, вернешься в родной батальон. Комбрига я уговорю.

— Что ж, такая карьера мне по душе, — согласился Беркут.

После окончания мартовской войны начались у него напряженные учебные будни. Не жалел Григорий ни себя, ни своих солдат — гонял до седьмого пота, воспитывая личным примером. Тренировки по рукопашному бою — только в полный контакт. Дождь зарядил — спать под открытым небом в плащ-палатках. Тактические занятия — на самом солнцепеке. «Войнушка» — в лужах, в грязи, чтобы привыкали к трудностям. И бойцы молодого подразделения быстро оперялись в суровой «учебке», укрепляя спецназовские крылья, как птенцы, опекаемые орлом перед вылетом на самостоятельную охоту.

Комполка Щербина, мужик бывалый, воевавший в Афгане, не мог нарадоваться на взводного «спецов»:
— Как хочешь, Григорий Владимирович, в ближайшее время я тебя не отпущу. Разведбат и так справится, есть там кому ребят обучать. А здесь, во взводе, ты — незаменимый командир. Вон каких орлят за считанные месяцы вырастил. Не жалко оставить? И потом: лето обещает быть жарким, так что и у нас тебе скучать не придется.

— Да я и сам раздумал уходить, товарищ полковник, — улыбнулся Беркут. — Дел невпроворот. Взвод только встал на ноги. Надо еще приводить его к нормальному бою.

Этот разговор состоялся в начале августа. А через несколько днй опять в городе война началась. По мартовскому сценарию. Только в более жестоком и дерзком исполнении.

Городок плотно заблокировали боевики шалинского и бамутского отрядов — матерые, беспощадные «волки» с большим опытом боевых действий. Однако и полк был уже не тот, что в марте. Мог и за себя постоять, и врага от всей души угостить.

Верные правилу — беречь молодежь, Беркут и еще несколько офицеров, прапорщиков и солдат-контрактников объединились в сводную диверсионную группу для ведения беспокоящих операций на территории, занятой противником. В темноте скрытно просачивались к огневым точкам чеченцев, снимали их «без шума и пыли» ножами и прикладами и молниеносно откатывались на базу. Однажды удалось даже «языка» притащить. Потом его обменяли на нашего пленного.

В общем, шерстили «волков» будь здоров — только шуба заворачивалась. Но не одними руками работал Григорий Беркут, умножая боевой счет охотника-разведчика. В крутых ситуациях спасал себя и подчиненных смекалкой да хитростью военной.

Во время одной операции надо было отсечь от группы наседавшую свору «духов». Эффективное средство для этого имелось: вышли на задание, взяв с собой расчет АГС-17. Да вот беда, душманы наступали на пятки, а прицельная дальность стрельбы из автоматического гранатомета — 1700 метров, вблизи противника не поразить. «Ставим «граник» на попа и бьем вертикально — в аккурат на головы «чечей» ВОГи упадут!» — недолго думая, скомандовал находчивый прапорщик. Отлично сработала метода: четверо бойцов держат гранатомет за станок, Беркут жмет на спуск, и врассыпную в укрытие — выстрелы рвутся на расстоянии двадцати метров, там, где враги сосредоточились. Хорошо тогда потрепали бандитов: АГС в бою — очень убедительный аргумент.

А то еще был случай. Командир полка доверил прапорщику Беркуту возглавить сводное подразделение по сопровождению автоколонны. На обратном пути следовавшая через «зеленку» группа оказалась под угрозой столкновения с превосходящими силами боевиков. К счастью, разведдозор вовремя обнаружил опасность. Идти на прорыв — себе дороже, и Григорий решил обвести «духов» вокруг пальца — пустить их по ложному следу. Зная, что чеченцы прослушивают наши радиоканалы, открытым текстом обозначил своим командирам по рации маршрут движения, а сам повел группу другой дорогой. Через десять минут бандиты, заблокировав указанный участок, открыли по нему шквальный огонь. Но хитрый Беркут с бойцами были уже далеко. Успешно выполнив задачу, подразделение в полном составе, без потерь вернулось на базу. За это и представили прапорщика к ордену Мужества.

А по большому счету, в тот жаркий август заслужил он не одну боевую награду... 

В полку мне поведали невероятную историю, которую до сих пор вспоминаю с чувством восхищения и гордости за наших скромных героев. В Заводском районе попала в засаду группа во главе с капитаном Дмитрием Дерюгиным. Офицер был тяжело ранен в ноги. Приказав бойцам отходить, он взял пулемет, обложился гранатами и открыл огонь, прикрывая пацанов. Когда о беде сообщили по радиостанции на базу, Беркут, ни слова не говоря, сел за руль бэтээра. Трогаясь с места, услышал голос наводчика сквозь урчание двигателя: «Вы за капитаном, товарищ прапорщик?! Я с вами!» — «Давай! Работай!»

Григорий вцепился в баранку — словно заключил в объятия ускользающую боевую фортуну: не подведи, госпожа удача! Натужный вой мотора и грохот пулеметов слились в яростно-мажорную фугу, сопровождаемую звоном брони и отчаянным матом стрелка. Трижды по ним били из РПГ: два промаха и одно попадание — не смертельное, граната летела по касательной, срикошетила. От пулевого града бока трудяги-бэтра стали рябыми. Но — удача любит отважных и дерзких! Они прорвались сквозь плотный огонь невредимыми.

Затащили в машину истекавшего кровью капитана. Беркут каким-то чудом развернул «коробочку» на глазах у опешивших чеченцев — и ходу, педаль до самого полика, башенные стволы — веером по сторонам, отстреливая последние остатки БК...

— Спасибо, мужики! — выдохнул не веривший в свое спасение Дерюгин. — А я уже себя похоронил... Думал, конец мне...

— Рановато помирать собрался! Мы еще с тобой поживем врагам назло. Мы с тобой, ротный, оказывается, очень везучие! — счастливо кричал прапорщик, гася скорость перед воротами городка.

— А вообще-то, я сам долго не верил, что мы уцелели. Был один шанс из ста. Этот шанс Бог подарил, — скажет мне потом Григорий. — И дар его, считаю, не столько нам с Дерюгиным, сколько жене капитана — санинструктору Марине. Она служила в полку вместе с мужем. Он на боевых за пацанов готов был жизнь отдать, а Маринка в санчасти раненых выхаживала. Не раз рисковала собой под обстрелами. Помню, ударили по городку минометы. Ребят на позиции посекло осколками. Она бежит к ним, не обращая внимания на взрывы. Раненые ее своими телами закрывают, а Марина вырывается, достает из сумки бинты, промедол... Не мог ее после этого Бог вдовой оставить...

***

Я познакомился с Беркутом после войны — в декабре 96-го, в Ставрополе. Выведенный из Грозного полк стоял палаточным лагерем на продуваемом злыми ветрами аэродроме. Измытаренные служивые согревались надеждой: скоро конец их мучениям, к Новому году личный состав обещали расквартировать на заводе «Фрегат». Но не радовало это известие Григория. Скучал, томился прапорщик — по глазам было видно. Немного оживился, рассказывая-вспоминая о пережитом, о друзьях-товарищах, честно воевавших. А потом снова на его лицо набежала тень.

— Сражались, кровь проливали, а толку... Вчерашние враги теперь в законе, а войскам российским команда: на колеса и выметайтесь из свободной Ичкерии. — Беркут заиграл желваками. — Не нравится мне такой расклад. Наверное, буду писать рапорт на увольнение. Понимаете, дело не в бытовых трудностях. Был бы конкретный результат — трудности перетерпим. Я в бригаду воевать пришел. За порядок в Чечне, за то, чтобы прижать хвост бандитам и сепаратистам. Без дела маяться — не по мне. А какое сейчас дело в Ставрополе? Зализывать раны, обустраиваться... Вот и решил: пока здесь нет боевой работы, поеду-ка я домой — с мафией воевать. Думаю, в родном угрозыске или СОБРе боевому командиру местечко всегда найдется. Ну, решил вроде, а у самого на душе кошки скребут: резать-то по живому приходится... Одно лишь сердце греет — орден Мужества. Да еще краповый берет — братишки из отряда «Рысь», с которыми после августовских событий на операции выезжал, оказали честь, вручили без экзаменов, за храбрость. Вот он, венец моей служебной карьеры...

Я не знаю, как сложилась дальнейшая судьба Григория Беркута; слышал только, что он уволился-таки из войск, вернулся домой — искать рисковую работу в правоохранительных органах. Уверен в одном: боевая карьера прапорщика продолжается...

Фамилии изменены.

Показать источник
Автор: Юрий Кислый, фото Владимира Николайчука
Просмотров: 1224

Комментарии к статье (3)

В представленой статье изложена точка зрения автора, ее написавшего, и не имеет никакого прямого отношения к точке зрения ведущего раздела. Данная информация представлена как исторические материалы. Мы не несем ответственность за поступки посетителей сайта после прочтения статьи. Данная статья получена из открытых источников и опубликована в информационных целях. В случае неосознанного нарушения авторских прав информация будет убрана после получения соответсвующей просьбы от авторов или издателей в письменном виде.

e-mail друга: Ваше имя:


< 2017 Сегодня Янв >
ПнВтСрЧтПтСбВс
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031     
Сотрудничество
Реклама на сайте
Мы поддерживаем:

главный сайт ВМФ

Реклама