Site map 1Site map 2Site map 3Site map 4Site map 5Site map 6Site map 7Site map 8Site map 9Site map 10Site map 11Site map 12Site map 13Site map 14Site map 15Site map 16Site map 17Site map 18Site map 19Site map 20Site map 21Site map 22Site map 23Site map 24Site map 25Site map 26Site map 27Site map 28Site map 29Site map 30Site map 31Site map 32Site map 33Site map 34Site map 35Site map 36Site map 37Site map 38Site map 39Site map 40Site map 41Site map 42Site map 43Site map 44Site map 45Site map 46Site map 47Site map 48Site map 49Site map 50Site map 51Site map 52Site map 53Site map 54Site map 55Site map 56Site map 57Site map 58Site map 59Site map 60Site map 61Site map 62Site map 63Site map 64Site map 65Site map 66Site map 67Site map 68Site map 69Site map 70Site map 71Site map 72Site map 73Site map 74Site map 75Site map 76Site map 77Site map 78Site map 79Site map 80Site map 81Site map 82Site map 83Site map 84Site map 85Site map 86Site map 87Site map 88Site map 89Site map 90Site map 91Site map 92Site map 93Site map 94Site map 95Site map 96Site map 97Site map 98Site map 99Site map 100Site map 101Site map 102Site map 103Site map 104Site map 105Site map 106Site map 107Site map 108Site map 109Site map 110Site map 111Site map 112Site map 113Site map 114Site map 115Site map 116Site map 117Site map 118Site map 119Site map 120Site map 121Site map 122Site map 123Site map 124Site map 125Site map 126Site map 127Site map 128Site map 129Site map 130Site map 131Site map 132Site map 133Site map 134Site map 135Site map 136Site map 137Site map 138Site map 139Site map 140Site map 141Site map 142Site map 143Site map 144Site map 145Site map 146Site map 147Site map 148Site map 149Site map 150Site map 151Site map 152Site map 153Site map 154Site map 155Site map 156Site map 157Site map 158Site map 159Site map 160Site map 161Site map 162Site map 163Site map 164Site map 165Site map 166Site map 167Site map 168Site map 169Site map 170Site map 171Site map 172Site map 173Site map 174Site map 175Site map 176Site map 177Site map 178Site map 179Site map 180Site map 181Site map 182Site map 183Site map 184Site map 185Site map 186Site map 187Site map 188Site map 189Site map 190Site map 191Site map 192Site map 193Site map 194Site map 195Site map 196Site map 197Site map 198Site map 199Site map 200Site map 201Site map 202Site map 203Site map 204Site map 205Site map 206Site map 207Site map 208Site map 209Site map 210Site map 211Site map 212Site map 213Site map 214Site map 215Site map 216Site map 217Site map 218Site map 219Site map 220Site map 221Site map 222Site map 223Site map 224Site map 225Site map 226Site map 227Site map 228Site map 229Site map 230Site map 231Site map 232Site map 233Site map 234Site map 235Site map 236Site map 237Site map 238Site map 239Site map 240Site map 241Site map 242Site map 243Site map 244Site map 245Site map 246Site map 247Site map 248Site map 249Site map 250Site map 251Site map 252Site map 253Site map 254Site map 255Site map 256Site map 257Site map 258Site map 259Site map 260Site map 261Site map 262Site map 263Site map 264Site map 265Site map 266Site map 267Site map 268Site map 269Site map 270Site map 271Site map 272Site map 273Site map 274Site map 275Site map 276Site map 277Site map 278Site map 279Site map 280Site map 281Site map 282Site map 283Site map 284Site map 285Site map 286Site map 287Site map 288Site map 289Site map 290Site map 291Site map 292Site map 293Site map 294Site map 295Site map 296Site map 297Site map 298Site map 299Site map 300Site map 301Site map 302Site map 303Site map 304Site map 305Site map 306Site map 307Site map 308Site map 309Site map 310Site map 311Site map 312Site map 313Site map 314Site map 315Site map 316Site map 317Site map 318Site map 319Site map 320Site map 321Site map 322Site map 323Site map 324Site map 325Site map 326Site map 327Site map 328Site map 329Site map 330Site map 331Site map 332Site map 333Site map 334Site map 335Site map 336Site map 337Site map 338Site map 339Site map 340Site map 341Site map 342Site map 343Site map 344Site map 345Site map 346Site map 347Site map 348Site map 349Site map 350Site map 351Site map 352Site map 353Site map 354Site map 355Site map 356Site map 357Site map 358Site map 359Site map 360Site map 361Site map 362Site map 363Site map 364Site map 365Site map 366Site map 367Site map 368Site map 369Site map 370Site map 371
english


 
 

О нас | О проекте | Как вступить в проект? | Подписка

 

Разделы сайта

Новости Армии


Вооружение

Поиск
в новостях:  
в статьях:  
в оружии и гр. тех.:  
в видео:  
в фото:  
в файлах:  
Реклама

Армия и общество, социальные вопросы
Отправить другу

Хочется жить!..

Хочется жить!..

Эти слова Александр Михайлович Дундич произносит безо всякой патетики. Очень спокойно и просто. Таким тоном люди говорят, что хотели бы к утреннему чаю молока или конфет…

В самом деле, обычное желание. Только - почти недостижимое для этого рослого, сильного человека, чей возраст едва перевалил за пятьдесят.

Двадцать два года назад дымный росчерк падающего в горную расщелину сбитого вертолета в Афганистане навсегда разделил жизнь Александра на две половины - до ранения и после.

Двадцать два года бесконечной дороги - на костылях, по госпитальным коридорам…

Он не любит рассказывать о войне. Память и без того беспощадно каждую ночь возвращает его в тот миг, когда летчику, майору Александру Дундичу пришлось выбирать, кого спасать – себя или двенадцать десантников на борту поврежденной винтокрылой машины.

Ребята успели выбраться. А горящий вертолет с единственным оставшимся на борту человеком – пилотом – рухнул в пропасть.

Военных врачей не удивишь сколь угодно тяжелыми травмами. Но в то, что раненый, превращенный, по сути дела, в груду переломанных костей, сможет выжить, в госпиталях почти никто не верил. Ни в Кабуле, ни позже – в Подольске. Было даже время, когда медики практически не подходили к постели Александра между перевязками. Делали обезболивающий укол и оставляли в покое. Старались лишний раз не тревожить? Или просто ждали, пока «не жилец» сам потихоньку отмучается?.. Кто теперь скажет!

Рассказывает жена майора Дундича Ольга:
- Я получила письмо: «Извини, что долго не давал о себе знать. Нахожусь в длительной командировке». Что же, командировка для вертолетчика – дело привычное, надо набраться терпения и ждать. Но вот только почерк, которым была написана эта записка, показался мне слишком странным. Сашина рука. И все же, как будто – не его. Сомнения разрешил штамп на конверте. Письмо было из госпиталя…

Ольга поехала искать мужа. И нашла – изувеченным, истерзанным болью, практически не способным самостоятельно пошевелиться. Диагноз – несколько страниц, исписанных убористым, неразборчивым почерком военного медика. Переломы позвоночника, руки и ноги. Сотрясение мозга с ушибом. Парапарез – вялый паралич обеих ног вследствие повреждения спинного мозга… Любое из этих ранений само по себе для многих становилось причиной инвалидности.

Говорит Ольга:
- Десять месяцев Александр жил в полной неподвижности. И при этом говорил, что со временем не только встанет, но и постарается вернуться в строй… Представляете – он летать хотел! А как же иначе? У нас ведь сыновья. Старший в первый класс пошел, когда отец уехал в Афганистан, а младшему и двух лет не было. И теперь, для того, чтобы поднимать наших парней на ноги, надо было сначала подняться самому. Когда после изнуряющих лежачих тренировок Саша смог сесть в постели, в палату сбежался чуть ли не весь госпиталь. Смотрели на него, как на чудо Господне! А когда удалось пошевелить пальцами на одной ноге, даже у самых прожженных скептиков появилась вера в его победу.

На то, чтобы вернуть атрофированным мышцам хотя бы часть былой силы, у Александра ушли годы. Он занимался в центре Дикуля, сам придумывал новые упражнения, совершенствовал тренажеры. А потом всю страну облетели кадры: на торжественной встрече воинов-интернационалистов, посвященной 13-ой годовщине вывода войск из Республики Афганистан, на трибуну поднялся человек, которого по всем законам медицины полагается считать глубоким инвалидом. Сам, без посторонней помощи, взошел по узкой лестнице, лишь опираясь на костыль. И взгляд его был в тот миг взглядом победителя…

Тогда он еще не знал, что болезнь может вернуться. Последствия ранений стали снова серьезно сказываться на самочувствии Александра к 2000 году, когда на местах так до конца и не заживших переломов и ушибов стали формироваться очаги остеомиелита.

- Наверное, не все читатели знают, что это такое. Это когда кости разрушаются, и образуются гнойники, свищи… У меня на спине такая дыра получилась, что сквозь нее было видно позвоночник. Несколько раз оперировали: почистят рану, зашьют, а попробуешь двигаться - шов открывается. Потом на ноге – то же самое. В госпитале имени Бурденко врачи отчаялись, предлагали ампутацию левой ноги. Выручило лечение в Германии. Там резать не стали, решили все-таки попробовать заживить свищи. И знаете, заживили! Причем, за довольно короткое время. Зашили, а через несколько дней приходит врач, немец, и говорит: «Герр майор, вставайте! Ауфштейн!». Я и встал. Хотя, честно говоря, опасался поначалу, что шов опять разойдется. Нет, ничего, обошлось.

- Неужели немецкие врачи искуснее наших?

- Да нет! Скорее, лекарства у них лучше…

Он говорит – «было несколько операций». На самом деле под скальпель приходилось ложиться уже полсотни раз. И еще не раз придется. Он это знает…

Мы беседуем с Александром Дундичем в уютной гостиной его скромной квартиры. Мой собеседник стоит, опираясь одной рукой на легкий алюминиевый костыль, а другой – на плечо Ольги.

- Может, присядем? Вам, наверное, уже тяжело так стоять?

- Спасибо. Но лучше я к шкафу прислонюсь, если устану.

- Сидеть – это труднее, чем стоять, - объясняет Ольга. – Саша теперь все время так живет - или лежа, или на ногах. Иначе остеомиелит может рецидивировать… Когда у человека есть параличи, надо во что бы то ни стало не допустить пролежней. Конечно, существуют специальные гелевые подушки, которые подкладывают больному под выступающие части тела. У нас такие подушки есть. Но мне как-то подсказали одно народное средство, оно даже лучше. Обычная гречневая крупа, зашитая в полотняный мешок, вроде наволочки. Ребристая форма мелких зерен дает эффект легкого массажа…

Удивительно, но факт: Александр не только сам сражается с болезнью, но и помогает побеждать другим. Несколько лет назад он буквально спас человека – помог встать на ноги одинокому детдомовскому мальчишке, брошенному матерью во младенчестве. Ольга рассказала и об этом.

- Иван – так его зовут – родился больным. Ноги не слушались. Видимо, последствия родовой травмы. Александр стал для него настоящим примером. Мальчик тренировался по методике Дикуля, как Саша, и стал ходить. Сейчас он – в Америке, в семейном детском доме. Учится… Правда, стал снова пользоваться коляской. У американцев к инвалидам немного другое отношение, там слишком ценят комфорт и не понимают, что за здоровье порой надо бороться всеми силами…

В народе говорят – беда не приходит одна. Сегодня медикам с огромным трудом удалось приостановить развитие у Александра остеомиелита, но еще раньше начались проблемы с сердцем. В 2003 году был инфаркт. И даже он не смог приковать майора Дундича к больничной койке.

- Лечащий врач тогда сказал Саше: чтобы восстановить сердечную мышцу, обязательно надо хоть немного двигаться. Гулять. Да, да, на костылях. Каждый день, в любую погоду, проходить не менее километра. До последнего времени так и было. Муж брал с собой бутылочку воды и каждый день шел просто побродить по гарнизонному городку…

Ольга рассказывает об этом с тихой, едва заметной улыбкой. Почти обыденно – если не знать, чего эти прогулки стоили Александру.

А судьба тем временем все продолжала испытывать человека на прочность. Длительное лечение гнойного воспалительного процесса требует частого приема антибиотиков. Александр за время болезни получил их столько, что разладилась работа почек. К диагнозу, и без того длинному, добавилась еще одна строка: хроническая почечная недостаточность. В начале 2005 года Александру пришлось вшить катетер под ключицу, потом врачи еще раз его оперировали, сделали на руке фистулу – специальную трубку, через которую подключают к аппарату для гемодиализа. Чистят кровь три раза в неделю по четыре с половиной часа. Иначе - мучительная смерть от самоотравления организма. С тех пор уже 4 год Дундич покидает стены Центрального клинического госпиталя в Красногорске только для того, чтобы в выходные повидаться с семьей.

Жизнь на гемодиализе не бывает долгой. Год, два… Сколько еще выдержит бывший летчик, так и не расставшийся с мечтой выздороветь? Рекорд продолжительности жизни с таким набором болезней он уже побил неоднократно.

- Ольга, если возможно, ответьте на прямой вопрос: что могло бы спасти вашего мужа?

- Наверное, еще одна операция. Пересадка почки.

Но пока в организме еще тлеет очаг гнойной инфекции, ни один врач за пересадку не возьмется. Слишком велик риск отторжения донорского органа. Да и донора для Александра найти очень трудно. У него довольно редкая группа крови – вторая с отрицательным резусом…

Все эти годы – сквозь боль и тревогу – Ольга была рядом. Обеспечивала больному мужу уход и поддержку, а еще - работала, растила сыновей.

- Вы, наверное, медик по образованию? Чтобы помогать мужу, надо столько знать…

- Нет, я – повар. Просто повар. А медицинских знаний приходилось набираться на собственном опыте.
Рабочий день у Ольги – 12 часов. А выходные отданы заботам о муже.

- Когда вам бывает тяжелее всего?

- Когда опускаются руки. К счастью, я научилась с этим бороться. Знаете, я искренне считаю, что человеческая мысль – материальна. Надо верить, что все будет в порядке, и тогда хватит сил на что угодно. Я и Александру это говорю: если сегодня ты смог сделать хотя бы на один шаг больше – радуйся. В жизни должны быть положительные эмоции. И еще, вы не могли бы через газету поблагодарить тех, кто нам помогает? «Афганцев» из госпиталя, которые раздобыли кровь нужной группы для переливания, и Людмилу Евгеньевну Гарцеву, которая нас все время поддерживает. Это – люди с золотыми сердцами.

Ольга рассказывала о нынешних друзьях Александра, а меня все это время мучил вопрос: почему их так мало? Где однополчане, где те 12 десантников, которых когда-то спас майор Дундич? Неужели они до сих пор считают его погибшим?..

Сегодня военный летчик, майор в отставке Дундич представлен к званию Героя России.

Борьба за жизнь продолжается…

P.S. Те, кто хочет чем-то помочь Александру и его семье, могут связаться с ним по телефону 8-916-908-91-82 или 503-15-31.

Деньги нужны срочно.

20 лет в госпиталях прожить... это что-то.

Награды у настоящего РУССКОГО ОФИЦЕРА до сих пор нет. Наградной лист "затерялся" в свое время...

ДУНДИЧ АЛЕКСАНДР МИХАЙЛОВИЧ
Центральное отделение 8641 Сбербанка России г. Москвы
Счёт МФР 30301810500000603836
БИК 044525225
ИНН 7707083893
К/СЧ 30101810400000000225
ФИЛИАЛ 8641/01584
ЛИЦЕВОЙ СЧЁТ 42301810138242717704
8-916-908-91-82 или 503-15-31.

Показать источник
Автор: Светлана Самченко
Просмотров: 1118

Комментарии к статье (5)

В представленой статье изложена точка зрения автора, ее написавшего, и не имеет никакого прямого отношения к точке зрения ведущего раздела. Данная информация представлена как исторические материалы. Мы не несем ответственность за поступки посетителей сайта после прочтения статьи. Данная статья получена из открытых источников и опубликована в информационных целях. В случае неосознанного нарушения авторских прав информация будет убрана после получения соответсвующей просьбы от авторов или издателей в письменном виде.

e-mail друга: Ваше имя:


< 2017 Сегодня < Сен >
ПнВтСрЧтПтСбВс
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930 
Сотрудничество
Реклама на сайте



Реклама