Site map 1Site map 2Site map 3Site map 4Site map 5Site map 6Site map 7Site map 8Site map 9Site map 10Site map 11Site map 12Site map 13Site map 14Site map 15Site map 16Site map 17Site map 18Site map 19Site map 20Site map 21Site map 22Site map 23Site map 24Site map 25Site map 26Site map 27Site map 28Site map 29Site map 30Site map 31Site map 32Site map 33Site map 34Site map 35Site map 36Site map 37Site map 38Site map 39Site map 40Site map 41Site map 42Site map 43Site map 44Site map 45Site map 46Site map 47Site map 48Site map 49Site map 50Site map 51Site map 52Site map 53Site map 54Site map 55Site map 56Site map 57Site map 58Site map 59Site map 60Site map 61Site map 62Site map 63Site map 64Site map 65Site map 66Site map 67Site map 68Site map 69Site map 70Site map 71Site map 72Site map 73Site map 74Site map 75Site map 76Site map 77Site map 78Site map 79Site map 80Site map 81Site map 82Site map 83Site map 84Site map 85Site map 86Site map 87Site map 88Site map 89Site map 90Site map 91Site map 92Site map 93Site map 94Site map 95Site map 96Site map 97Site map 98Site map 99Site map 100Site map 101Site map 102Site map 103Site map 104Site map 105Site map 106Site map 107Site map 108Site map 109Site map 110Site map 111Site map 112Site map 113Site map 114Site map 115Site map 116Site map 117Site map 118Site map 119Site map 120Site map 121Site map 122Site map 123Site map 124Site map 125Site map 126Site map 127Site map 128Site map 129Site map 130Site map 131Site map 132Site map 133Site map 134Site map 135Site map 136Site map 137Site map 138Site map 139Site map 140Site map 141Site map 142Site map 143Site map 144Site map 145Site map 146Site map 147Site map 148Site map 149Site map 150Site map 151Site map 152Site map 153Site map 154Site map 155Site map 156Site map 157Site map 158Site map 159Site map 160Site map 161Site map 162Site map 163Site map 164Site map 165Site map 166Site map 167Site map 168Site map 169Site map 170Site map 171Site map 172Site map 173Site map 174Site map 175Site map 176Site map 177Site map 178Site map 179Site map 180Site map 181Site map 182Site map 183Site map 184Site map 185Site map 186Site map 187Site map 188Site map 189Site map 190Site map 191Site map 192Site map 193Site map 194Site map 195Site map 196Site map 197Site map 198Site map 199Site map 200Site map 201Site map 202Site map 203Site map 204Site map 205Site map 206Site map 207Site map 208Site map 209Site map 210Site map 211Site map 212Site map 213Site map 214Site map 215Site map 216Site map 217Site map 218Site map 219Site map 220Site map 221Site map 222Site map 223Site map 224Site map 225Site map 226Site map 227Site map 228Site map 229Site map 230Site map 231Site map 232Site map 233Site map 234Site map 235Site map 236Site map 237Site map 238Site map 239Site map 240Site map 241Site map 242Site map 243Site map 244Site map 245Site map 246Site map 247Site map 248Site map 249Site map 250Site map 251Site map 252Site map 253Site map 254Site map 255Site map 256Site map 257Site map 258Site map 259Site map 260Site map 261Site map 262Site map 263Site map 264Site map 265Site map 266Site map 267Site map 268Site map 269Site map 270Site map 271Site map 272Site map 273Site map 274Site map 275Site map 276Site map 277Site map 278Site map 279Site map 280Site map 281Site map 282Site map 283Site map 284Site map 285Site map 286Site map 287Site map 288Site map 289Site map 290Site map 291Site map 292Site map 293Site map 294Site map 295Site map 296Site map 297Site map 298Site map 299Site map 300Site map 301Site map 302Site map 303Site map 304Site map 305Site map 306Site map 307Site map 308Site map 309Site map 310Site map 311Site map 312Site map 313Site map 314Site map 315Site map 316Site map 317Site map 318Site map 319Site map 320Site map 321Site map 322Site map 323Site map 324Site map 325Site map 326Site map 327Site map 328Site map 329Site map 330Site map 331Site map 332Site map 333Site map 334Site map 335Site map 336Site map 337Site map 338Site map 339Site map 340Site map 341Site map 342Site map 343Site map 344Site map 345Site map 346Site map 347Site map 348Site map 349Site map 350Site map 351Site map 352Site map 353Site map 354Site map 355Site map 356Site map 357Site map 358Site map 359Site map 360Site map 361Site map 362Site map 363Site map 364Site map 365Site map 366Site map 367Site map 368Site map 369Site map 370Site map 371
english


 
 

О нас | О проекте | Как вступить в проект? | Подписка

 

Разделы сайта

Новости Армии


Вооружение

Поиск
в новостях:  
в статьях:  
в оружии и гр. тех.:  
в видео:  
в фото:  
в файлах:  
Реклама

Российские СМИ
Отправить другу

Грузия. Проклятые президенты

Третий президент Грузии Михаил Саакашвили продолжил печальную традицию новой грузинской государственности. На каждого из его предшественников приходилась своя война.

Первый президент Грузии Звиад Гамсахурдиа спровоцировал первый вооруженный конфликт в Южной Осетии.

Еще до прихода к высшей власти в Грузии в сентябре 1989 года, выступая на митинге в селе Эредви, "неистовый Звиад" заявил о том, что "осетинский народ – это мусор", который необходимо "вымести метлой через Рокский тоннель".

Подобная философия межнациональных отношений привела к первым стычкам и погромам (притом не только непосредственно на территории Южной Осетии, но и во внутренних областях Грузии).

Вся эта волна насилия закончилась перерастанием напряженности в открытый конфликт, который получил открытую поддержку со стороны грузинских национал-диссидентов после их прихода во власть в 1990-1991 гг. В декабре 1990 года Президиум Верховного Совета Грузии ввел в Цхинвали и в Джавском районе чрезвычайное положение.

Тогда же началась транспортная блокада Южной Осетии (чья автономия была ликвидирована 11 декабря 1990 года). 6 января 1991 года, воспользовавшись бездействием тогда еще союзных внутренних войск МВД, в Цхинвали вошли грузинские боевики.

Первый грузино-осетинский пожар запылал.

После свержения "неистового Звиада" и прихода к власти Военного Совета (трансформировавшегося в Госсовет) и приглашения на "царство" экс-первого секретаря ЦК КП Грузии Эдуарда Шеварднадзе вооруженный конфликт в Южной Осетии был завершен. 24 июня 1992 года были подписаны Дагомысские соглашения о принципах урегулирования грузино-осетинского конфликта.


После трагедии 8 августа 2008 года эти соглашения уже не работают (об этом мы поговорим подробнее чуть ниже), однако в течение почти 16 лет они выполняли свою позитивную роль.

Но, вернувшись из Москвы в Тбилиси, "белый лис" столкнулся с проблемой легитимности. Как бы мы ни относились к Гамсахурдиа (и особенно к его ультрнационалистическим лозунгам), он был законно избранным президентом, получившим без всякого административного ресурса почти стопроцентную поддержку. Шеварднадзе же был приглашен на трон военной хунтой, чьи члены (Тенгиз Китовани и Джаба Иоселиани) имели, мягко говоря, неоднозначную репутацию.

Опытный политик не нашел ничего лучше, как решить проблему легитимности через военный конфликт.

Фокус состоял в том, что грузинское население Абхазии было почти полностью на стороне свергнутого Звиада. Грузинская община в Абхазии отличалась и гораздо более радикальными подходами по отношению к "инородцам". Соседняя же с Абхазией Мегрелия и вовсе стала оплотом звиадизма.

Чтобы найти общий язык с этой частью грузинского общества, "белый лис" (используя невнятную позицию Москвы, занятой внутренними спорами) сперва подписал Манифест о национальном примирении, а затем начал операцию по замирению Абхазии.

В результате получил 250 тыс. беженцев, порядка 5 тыс. убитых и более 10 тыс. раненых, а также внутригрузинскую гражданскую войну 1993 года. Как говорится, и Абхазию не покорил, и грузин не примирил, и вопрос с легитимностью не решил.

"Революция роз" поставила точку в карьере этого политика.

Именно в событиях пятилетней давности, "грузинском майдане" мы уже можем увидеть первые отблески будущего костра в Южной Осетии. Вопреки расхожим штампам, "революция роз" была не внешнеполитической комбинацией, а запросом грузинского общества на "сильную руку". Руку, способную преодолеть хаос времен Шеварднадзе, преодолеть национальное унижение.

Поэтому идеи и лозунги Саакашвили и "Единого национально движения Грузии" стилистически так похожи на Путина и "Единую Россию". Кто не верит, тот может почитать работы грузинских провластных экспертов, посвященные событиям 7 ноября 2007 года, или последить за деятельностью компании "Имеди".

Фрустрированное грузинское общество едва ли не в едином порыве поддержало триумвират "младогрузин", а затем и персонально Саакашвили.

Именно этот пункт является наиболее сложным в наших сегодняшних спорах о границах применения силы и "принуждения к миру".

Саакашвили бесполезно менять на кого бы то ни было, особенно на Игоря Гиоргадзе, чья популярность внутри Грузии не равна даже нулю, она – отрицательная величина. До тех пор, пока грузинское общество не поймет, что "собирание земель" путем силы и на основе модели "Грузия для грузин" (пусть даже и в лайт-варианте, как это предлагал Саакашвили) нереализуемо в принципе, дело не сдвинется с места.

Между тем, для реализации идей Звиада и Мераба Костава (именно он был автором пресловутого лозунга о "Грузии для грузин") нет никаких ресурсов. Ни силовых, ни внешних: не будет Запад бороться за "великую Грузию", имея проблемы Ирака, Афганистана, Ирана, КНДР. Нет ничего, кроме экзальтации радикальной интеллигенции.

Однако эта экзальтация сыграла (и еще сыграет) свою негативную роль.

Саакашвили в 2004 году просто среагировал на общественный запрос. Так же или почти так же, как это сделал Путин в 1999 году, начав "мочить в сортире террористов" из Чечни.

Проблема Саакашвили заключалась лишь в том, что у него не было ресурсов Путина, а, во-вторых, в том, что его идеи и проекты вступали в противоречие с интересами России на Кавказе.

Сегодня Россия четко заявила о Южном Кавказе как о сфере своих интересов.

Давайте представим на секунду, что Москва смолчала бы в августе 2008 года, согласившись на "цхинвальский блицкриг". Думается многие на Северном Кавказе расценили бы это, как слабость, решив, например, что настало время для пересмотра статуса Пригородного района (спорной земли между Ингушетией и Северной Осетией).

Таким образом, война могла бы прийти уже в наш дом, а не остановиться перед Рокским тоннелем.

В этой связи не стоит слишком субъективизировать и прошлые конфликты, и нынешний. Москва не может сдать свои позиции на Южном Кавказе, а Тбилиси не может (хочется верить, что пока) отказаться от идей "великой Грузии".

Как говорится, в споре побеждает сильнейший.

Россия не могла уступить потому, что в этом случае перестала бы быть не то что сверхдержавой, а вообще полноценным государством.

Остановка же на абхазских и осетинских рубежах вполне оправданна, потому как интеграция Грузии в состав России (или российской сферы контроля) - опасная и недостижимая утопия (чреватая серьезными политическими потерями).

Третий президент Грузии провел свою третью войну.

Обещания встретить новую зиму в более теплом климате (о чем он говорил накануне президентских выборов нынешнего года с беженцами из Абхазии) не реализовались. Теперь придется держать ответ перед теми, кто выбирал "сердцем и душой" символ "революции роз".

Но станет ли этот экзамен "сменой вех" в умонастроениях грузинского избирателя? Не сочтут ли они его не собственной ошибкой, а происками внешних сил (как это было ранее, и не раз)?

Риторический вопрос.

Пока же мы можем констатировать, что все существующие форматы мирного урегулирования аннулированы. Четыре года их разрушала Грузия (целенаправленно, не особо скрывая своих целей). В 2008 году к этому подключилась и Россия, освобождая себе пространство для маневра.

12 августа 2008 года российский президент фактически впервые официально поставил под сомнение территориальную целостность Грузии. В "Шести пунктах" Медведева вопрос о будущем Южной Осетии и Абхазии предлагается обсуждать на международном уровне.

А президент страны-председателя Европейского Союза Николя Саркози также впервые противопоставил территориальную целостность государственному суверенитету (заявив, что одно не полностью тождественно другому). Это – новая реальность, сложившаяся после третьей войны третьего президента Грузии. Как видим, с каждой новой войной объективно позиции Грузии ослабляются. После первой грузино-осетинской войны у Тбилиси были шансы на реинтеграцию Южной Осетии и "татарстанизацию Абхазии".

После 1993 года Абхазия была потеряна, но шансы на сохранение своего влияния в Цхинвали оставались вплоть до 2004 года. За последние четыре года и особенно после августовской трагедии и Южная Осетия стала для Грузии недостижимой целью.

Таким образом, сегодня на Южном Кавказе в целом складывается новая конфигурация. От адекватности России зависит то, сумеем ли мы сложить для себя выгодную комбинацию. Здесь существуют три основные проблемы.

Первая – локализация конфликта и недопущение новых союзников Грузии в активную игру.

Вторая – поиск, если не союзников, то, по крайней мере, временных попутчиков. Пора отказаться от иллюзий по поводу СНГ. Каждая страна Содружества имеет свои "сепаратиские скелеты в шкафу", а потому боится поддерживать Москву, примеривая "осетинскую рубашку" на себя.

"Осетинский кризис" августа 2008 года расколол и Запад.

По справедливому замечанию историка и журналиста Ярослава Шимова, "реакции западных стран на конфликт оказались неодинаковыми. Наиболее сдержанными – и относительно благожелательными к России – были западноевропейцы. Так, из уст немецких дипломатов в первые два дня военных действий, пока они не вышли за пределы Южной Осетии, даже прозвучали слова о «понимании» мотивов Москвы.

Когда Россия перенесла боевые операции на территорию собственно Грузии, западноевропейская реакция стала критичнее, но, тем не менее, не вышла за рамки призывов к прекращению огня и попыток посредничества. Особенно активными в этом отношении оказались Франция и Финляндия – нынешние председатели соответственно ЕС и ОБСЕ.

Более того, слышны и голоса, осуждающие действия Грузии: министр иностранных дел Италии Франко Фраттини заявил: «Эта война не только отдалила Грузию от Европы, но и осложнила ход будущего декабрьского саммита НАТО».

Иное дело – США. Однако, как показал тот же саммит в Бухаресте, даже эта сверхдержава не имеет абсолютного доминирования в Альянсе.

И третья проблема – обеспечение нашего доминирования в урегулировании конфликта.

"Шесть пунктов Медведева" - это, хочется надеяться, только начало в выстраивании выгодной для нас конфигурации в регионе Южного Кавказа.

Однако нельзя предаваться самоуспокоению и фанфарам. Завершение конкретной операции – не есть разрешение конфликта. На это потребуются месяцы и годы.

Цена же вопроса – стабильность на Северном Кавказе и на Юге России в целом.

Показать источник
Автор: Сергей Маркедонов
Просмотров: 694

Комментарии к статье (0)

В представленой статье изложена точка зрения автора, ее написавшего, и не имеет никакого прямого отношения к точке зрения ведущего раздела. Данная информация представлена как исторические материалы. Мы не несем ответственность за поступки посетителей сайта после прочтения статьи. Данная статья получена из открытых источников и опубликована в информационных целях. В случае неосознанного нарушения авторских прав информация будет убрана после получения соответсвующей просьбы от авторов или издателей в письменном виде.

e-mail друга: Ваше имя:


< 2017 Сегодня < Сен >
ПнВтСрЧтПтСбВс
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930 
Сотрудничество
Реклама на сайте



Реклама