Site map 1Site map 2Site map 3Site map 4Site map 5Site map 6Site map 7Site map 8Site map 9Site map 10Site map 11Site map 12Site map 13Site map 14Site map 15Site map 16Site map 17Site map 18Site map 19Site map 20Site map 21Site map 22Site map 23Site map 24Site map 25Site map 26Site map 27Site map 28Site map 29Site map 30Site map 31Site map 32Site map 33Site map 34Site map 35Site map 36Site map 37Site map 38Site map 39Site map 40Site map 41Site map 42Site map 43Site map 44Site map 45Site map 46Site map 47Site map 48Site map 49Site map 50Site map 51Site map 52Site map 53Site map 54Site map 55Site map 56Site map 57Site map 58Site map 59Site map 60Site map 61Site map 62Site map 63Site map 64Site map 65Site map 66Site map 67Site map 68Site map 69Site map 70Site map 71Site map 72Site map 73Site map 74Site map 75Site map 76Site map 77Site map 78Site map 79Site map 80Site map 81Site map 82Site map 83Site map 84Site map 85Site map 86Site map 87Site map 88Site map 89Site map 90Site map 91Site map 92Site map 93Site map 94Site map 95Site map 96Site map 97Site map 98Site map 99Site map 100Site map 101Site map 102Site map 103Site map 104Site map 105Site map 106Site map 107Site map 108Site map 109Site map 110Site map 111Site map 112Site map 113Site map 114Site map 115Site map 116Site map 117Site map 118Site map 119Site map 120Site map 121Site map 122Site map 123Site map 124Site map 125Site map 126Site map 127Site map 128Site map 129Site map 130Site map 131Site map 132Site map 133Site map 134Site map 135Site map 136Site map 137Site map 138Site map 139Site map 140Site map 141Site map 142Site map 143Site map 144Site map 145Site map 146Site map 147Site map 148Site map 149Site map 150Site map 151Site map 152Site map 153Site map 154Site map 155Site map 156Site map 157Site map 158Site map 159Site map 160Site map 161Site map 162Site map 163Site map 164Site map 165Site map 166Site map 167Site map 168Site map 169Site map 170Site map 171Site map 172Site map 173Site map 174Site map 175Site map 176Site map 177Site map 178Site map 179Site map 180Site map 181Site map 182Site map 183Site map 184Site map 185Site map 186Site map 187Site map 188Site map 189Site map 190Site map 191Site map 192Site map 193Site map 194Site map 195Site map 196Site map 197Site map 198Site map 199Site map 200Site map 201Site map 202Site map 203Site map 204Site map 205Site map 206Site map 207Site map 208Site map 209Site map 210Site map 211Site map 212Site map 213Site map 214Site map 215Site map 216Site map 217Site map 218Site map 219Site map 220Site map 221Site map 222Site map 223Site map 224Site map 225Site map 226Site map 227Site map 228Site map 229Site map 230Site map 231Site map 232Site map 233Site map 234Site map 235Site map 236Site map 237Site map 238Site map 239Site map 240Site map 241Site map 242Site map 243Site map 244Site map 245Site map 246Site map 247Site map 248Site map 249Site map 250Site map 251Site map 252Site map 253Site map 254Site map 255Site map 256Site map 257Site map 258Site map 259Site map 260Site map 261Site map 262Site map 263Site map 264Site map 265Site map 266Site map 267Site map 268Site map 269Site map 270Site map 271Site map 272Site map 273Site map 274Site map 275Site map 276Site map 277Site map 278Site map 279Site map 280Site map 281Site map 282Site map 283Site map 284Site map 285Site map 286Site map 287Site map 288Site map 289Site map 290Site map 291Site map 292Site map 293Site map 294Site map 295Site map 296Site map 297Site map 298Site map 299Site map 300Site map 301Site map 302Site map 303Site map 304Site map 305Site map 306Site map 307Site map 308Site map 309Site map 310Site map 311Site map 312Site map 313Site map 314Site map 315Site map 316Site map 317Site map 318Site map 319Site map 320Site map 321Site map 322Site map 323Site map 324Site map 325Site map 326Site map 327Site map 328Site map 329Site map 330Site map 331Site map 332Site map 333Site map 334Site map 335Site map 336Site map 337Site map 338Site map 339Site map 340Site map 341Site map 342Site map 343Site map 344Site map 345Site map 346Site map 347Site map 348Site map 349Site map 350Site map 351Site map 352Site map 353Site map 354Site map 355Site map 356Site map 357Site map 358Site map 359Site map 360Site map 361Site map 362Site map 363Site map 364Site map 365Site map 366Site map 367Site map 368Site map 369Site map 370Site map 371
english


 
 

О нас | О проекте | Как вступить в проект? | Подписка

 

Разделы сайта

Новости Армии


Вооружение

Поиск
в новостях:  
в статьях:  
в оружии и гр. тех.:  
в видео:  
в фото:  
в файлах:  
Реклама

Статьи
Отправить другу

Геополитическое место Афганистана и его обостренное значение сегодня

Исламское государство Афганистан занимает важное геополитическое положение в юго-западной части Азии. Оно расположено на древних путях переселения народов и завоевательных походов, что предопределило этнические и культурные различия народов, населяющих страну. Еще в первой половине I тысячелетия до нашей эры на территории современного Афганистана возникло рабовладельческое государство Бактрия, оказывавшее большое влияние на окружающие страны. С тех времен все завоевательные походы - и Александра Македонского, и монголо-татарское нашествие, и походы Тамерлана, и другие так или иначе проходили через Афганистан. Здесь пролегало и одно из ответвлений знаменитого Шелкового пути.

Для господства и закрепления на Среднем Востоке решающее значение имело удержание Афганистана. Например, после завоевания Индии Великобритания на протяжении ХIХ столетия предприняла несколько безуспешных походов в Афганистан, пытаясь установить там свое господство. Там же впоследствии столкнулись геополитические интересы Британской и Российской империй, а в ХХ веке - США и Советского Союза. Не случайно об Афганистане говорят как о «кладбище империй».

В 1921 году в Кабуле был подписан советско-афганский договор о дружбе, который вошел в историю как первый равноправный договор Афганистана с великой державой.

В договоре стороны подтвердили признание независимости друг друга и установление дипломатических отношений. Во время Второй мировой войны, несмотря на попытки Германии и Турции привлечь на свою сторону Афганистан, афганское государство сохранило нейтралитет.

В послевоенные годы Советский Союз тесно сотрудничал с Афганистаном. В 1973 году в Афганистане произошел государственный переворот, была свергнута монархия и провозглашена республика. Переворот обострил противоречия между различными политическими силами. В результате в апреле 1973 года произошла апрельская (саурская) революция и к власти пришла Народно-демократическая партия, провозгласившая создание Демократической Республики Афганистан.

Разногласия внутри НДПА, серьезные ошибки правительства в социальной и экономической политике, активизация деятельности вооруженной оппозиции еще больше осложнили обстановку в стране. Все это и усилившееся иностранное вмешательство в дела Афганистана, в том числе и Китая, создавало серьезную угрозу Советскому Союзу. В этих условиях советское правительство не нашло более рациональных путей урегулирования обстановки в Афганистане и после неоднократных настойчивых просьб афганского правительства было вынуждено в декабре 1979-го ввести советские войска в Афганистан. Первоначально это способствовало некоторой стабилизации обстановки в стране. Однако из-за отсутствия широкой народной поддержки, неэффективности социально-политических и экономических преобразований, предпринятых новыми правителями, война затянулась еще почти на 10 лет.

В результате возросла напряженность всей международной обстановки. В апреле 1988 года по инициативе ООН и при содействии СССР и США в Женеве были подписаны соглашения, согласно которым из Афганистана выводились советские войска и одновременно должны были быть закрыты в Пакистане и Иране все лагеря по подготовке моджахедов и прекращено оказание материальной и военной помощи афганской оппозиции со стороны Пакистана и некоторых западных стран. 15 февраля 1989 года все советские войска были выведены, в последующем Россия прекратила всякую помощь Республике Афганистан, а материальная и военная помощь афганской оппозиции продолжалась. Все это привело к падению республиканского правительства Афганистана. К власти пришла вооруженная оппозиция, возглавляемая талибами, которая также не смогла стабилизировать обстановку в стране. При нахождении в Афганистане советских войск фактор общего врага как-то объединял различные оппозиционные группировки, но с уходом советских войск борьба между ними еще больше обострилась. И ожесточенная гражданская война в Афганистане продолжалась еще более 10 лет.

После известного теракта в США в 2001 году в Афганистан пришли американские войска, а с 2003 года - международные силы содействия безопасности (МССБ, ISAF) под командованием НАТО - фактически произошла замаскированная передача Афганистана под контроль США и НАТО. И с точки зрения международных правовых норм не все здесь сделано легитимно. Несмотря на это, любая страна: Грузия, Украина, Польша, страны Балтии, желающие заслужить благосклонность США, посылают свои войска в Ирак или Афганистан. Теперь уже войска 42 стран участвуют в оккупации Афганистана, из них 14 стран, не являющихся членами НАТО.

Даже из этого краткого экскурса в историю мы видим, что в Афганистане никогда не было спокойно. Но с 1973 года вот уже 36 лет идет практически непрерывная война в Афганистане и никаких перспектив урегулирования и стабилизации обстановки пока не видно.

Это вынуждает еще раз критически оценить все, что было в прошлом, особенно в последние 30-40 лет, и сделать объективные выводы для кардинального разрешения афганской проблемы.

США и Афганистан. Для чего нужен НАТО Афганистан?

Ближний и Средний Восток тесно связаны между собой, а в ряде аспектов, особенно в цивилизационном и религиозном отношениях, и неразделимы.

Богатые энергетические ресурсы и возможность использования мусульманского фактора в своих геополитических интересах всегда привлекали к ним внимание не только Великобритании, но и других ведущих держав. Стремление США установить свое влияние в этих регионах наиболее активно начало проявляться после Второй мировой войны. Главная цель состояла не только в установлении контроля над энергоресурсами, но и в плотном геополитическом окружении Советского Союза (России) кольцом враждебных для него государств и военных баз на территории Турции, Ирака, Пакистана, Вьетнама и других прилегающих к нему стран.

Однако после поражения во Вьетнаме, апрельской революции в Афганистане в 1978 году, свержения проамериканского монархического режима в Иране в феврале 1979-го и других неудач американской политики этот план начал проваливаться.

Но в 1980-1990 годах, в период так называемой перестройки в нашей стране, а затем распада СССР и Организации Варшавского договора, объявленного как «победа Запада в холодной войне», США и страны НАТО увидели новый шанс для установления своего глобального господства и создания монополярного мира.

Вместе с тем исчезновение «советской военной угрозы» и объединяющего общего врага сделали по существу бессмысленным существование НАТО. Альянс начал размагничиваться и размываться изнутри. Одновременно четче обозначились и усилили свое влияние новые региональные центры силы (прежде всего Китай) с тенденцией к установлению многополярного мира. Появились и некоторые другие экономические и военно-политические факторы, устанавливающие пределы безоговорочного лидерства США. Некоторые одиозные акции США не поддерживались даже ближайшими союзниками по НАТО. Агрессия против Югославии в 1999 году еще больше подорвала международный авторитет США и их влияние в мире.

В этой обстановке нужно было событие, которое бы встряхнуло весь мир, сплотило НАТО и другие страны вокруг США. Таким событием, которое было невозможно без участия определенных сил внутри США, стал теракт 11 сентября 2001 года.

Главной угрозой для всего мира был объявлен международный терроризм, для борьбы с которым должны были объединиться все страны под лозунгом «Кто не с нами - тот против нас». Основной базой терроризма были объявлены Афганистан и организация «Аль-Каида» во главе с бен Ладеном, который наряду с другими террористами был подготовлен в свое время американскими спецслужбами для борьбы против советских войск и республиканских властей Афганистана.

США провели операцию «Несокрушимая свобода» и начали войну с талибами в Афганистане с привлечением ряда других стран НАТО. Наращивая свои усилия на антитеррористическом фронте, в 2003 году США осуществили агрессию против Ирака, которую не поддержали даже такие ведущие их союзники, как Франция и Германия.

В последующем планировалось осуществить превентивные удары против ядерных объектов Ирана, где главная роль отводилась Израилю. Были предприняты усилия по вооружению Грузии с целью захвата Южной Осетии и Абхазии, закончившиеся полным провалом. Далеко не до конца урегулирована обстановка в Ираке. Ирак в нынешних границах с самого начала был недостаточно жизнеспособным государством и подогреваемые извне глубокие разногласия между суннитами и шиитами, фактор курдского сепаратизма осложняют и затягивают решение иракской проблемы.

Сложной остается обстановка в Афганистане. Последние выборы президента страны в августе 2009 года еще раз показали, насколько велик раскол в афганском обществе, и всю неэффективность политики США и других стран НАТО, проводимой ими в Афганистане. НАТО контролирует не более 3% всей территории страны. Правительство Карзая с трудом держится только в Кабуле и некоторых провинциальных центрах. В провинциях усиливаются позиции бывших полевых командиров, не подчиняющихся официальным властям. Альянс западных стран не смог решить ни одну из поставленных задач и теряет контроль в южных и юго-восточных районах страны. Социально-политическая, хозяйственная, культурная жизнь парализована отсутствием элементарной безопасности. Группировки талибов и боевиков «Аль-Каиды» продолжают вооруженную борьбу, все шире используя и территорию Пакистана. Растут потери войск альянса, особенно среди гражданского населения, что вызывает все большее возмущение.

Движение талибов представляет собой большое количество разрозненных групп, имеющих (в зависимости от того, кто их спонсирует) различные цели и лишь периодически координирующих свою деятельность. И американцам надо действительно понять, как об этом говорил им Руслан Аушев, что страны НАТО воюют в Афганистане не с террористами, а с народом, ибо талибы - это наиболее активная часть афганского народа. В международном плане это усилит противостояние США и НАТО с мусульманским миром. Уже сейчас талибы объявляют своими врагами все страны, которые в той или иной форме помогают США решать военные задачи.

Не решается задача по борьбе с наркотрафиком. По данным директора Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков Виктора Иванова, за последние годы производство наркотиков увеличилось в 44 раза. Ежегодно производится героина на 150 млрд разовых доз. Это в 25 раз превышает население земного шара. Происходит процесс сращивания наркобизнеса с криминалом в лице не только полевых командиров, но и представителей афганской власти, в зарубежной печати появляются сообщения о случаях вывоза наркотиков на американских самолетах. Каких-либо крупных мер по восстановлению экономики страны не предпринимается. Выросло уже несколько поколений людей, которые всю жизнь воюют и ничего больше делать не умеют.

Как и в прошлые исторические периоды, подтверждается, что ни одна центральная власть в Афганистане не поддерживается и не считается законной в условиях оккупации страны чужеземными войсками.

В водоворот афганских событий все больше вовлекается Пакистан. Основное население на юге Афганистана и на севере Пакистана тесно связано между собой. Линию Дюранда они никогда не признавали. Обычно кочевые и полукочевые племена весной перебираются на север, а зимой - на юг. Они постоянно вместе живут, в ряде случаев имеют семейные связи, и разорвать их практически невозможно. И талибы с приходом американцев все больше начали находить укрытие на территории Пакистана. Поэтому американцы поняли, что без полного контроля над Афганистаном невозможно полностью подчинить своему влиянию и Пакистан.

Пакистанское правительство негативно и очень болезненно реагирует на идею создания отдельного государства Пуштанистан, в котором могли бы объединиться пуштуны, проживающие в Пакистане и Афганистане. Усиливаются противоречия между Пакистаном и Индией, теперь уже на почве все большего вмешательства Индии в афганские дела.

Все это подтверждает вывод группы экспертов во главе с Ю. Крупновым о том, что Афганистан все больше ввергается в хаос социально-экономической деградации и гуманитарной катастрофы из-за продолжающихся военных действий и иностранного вмешательства во внутренние дела страны. Афганистан превращается в сложнейший узел геополитических, социально-экономических и военных противоречий, в главный источник региональной нестабильности, которая в том числе через страны Средней Азии провоцирует угрозы и вызовы для Российской Федерации.

Несмотря на все это, США и НАТО намерены не только не свертывать свое присутствие в Афганистане, а наоборот, расширять и увеличивать его, перебрасывая туда войска из Ирака и требуя от союзников по НАТО увеличения их воинских контингентов в Афганистане.

Предполагается созвать в Лондоне конференцию по Афганистану, делая главный упор на то, чтобы правительство Карзая взяло на себя основное бремя борьбы с талибами и поддержания порядка на территории страны.

До последнего времени поставки грузов для американских и других войск, дислоцированных в Афганистане, осуществлялись в основном через Пакистан, расположенные там аэродромы и Хайберский перевал. Однако активизация деятельности талибов на территории Пакистана, нападения их на транспортные колонны значительно затруднили перемещение и снабжение войск ГСМ, боеприпасами и другими материальными средствами.

В соответствии с достигнутыми договоренностями США и других стран НАТО с Россией и рядом среднеазиатских государств с сентября 2009 года страны НАТО могут осуществлять более широкие, чем прежде, воздушные и наземные перевозки (по железной дороге и автотранспортом). Только над Россией американцы смогут совершать до 4300 полетов в год (более 10 транспортных самолетов в сутки). Основной воздушный мост будет пролегать через американскую авиабазу Рамштайн (Германия), Абу-Даби (ОАЭ), Ростов и на аэродромы Афганистана (Кабул, Баграм, Мазари-Шариф, Шиндант, Кандагар, Джелалабад и др.).

Это одна из областей, где у России, США и других стран НАТО формально возникают общие интересы, требующие соответствующего сотрудничества.

В связи этим принято считать, что присутствие американских войск в Афганистане в определенном смысле выгодно для России и других стран СНГ. Обосновывается это тем, что, во-первых, они сдерживают талибов и другие террористические группировки, не позволяя им проникать на территорию Средней Азии, создавать террористическую угрозу для России. Во-вторых, якобы они ведут борьбу с наркотрафиком, затрудняя проникновение наркотиков на территорию РФ и других стран СНГ.

Но практически ни одна из этих задач не решается. Как уже отмечалось, эффективной борьбы с террористами нет. События в Киргизии, мятеж в Андижане и другие вылазки бандформирований выявляют факты, которые свидетельствуют, что в ряде случаев все это направляется соответствующими спецслужбами. А с наркотрафиком США и натовцы не собираются бороться, ссылаясь на то, что это дело афганского правительства. Больше того, в тех и других структурах есть круги, заинтересованные в наркобизнесе.

Напрашивается вывод, что главная цель США и других стран НАТО состоит в том, чтобы создать на территории Афганистана и Пакистана плацдарм для последующего проникновения и установления своего влияния над всем Центрально-Азиатским регионом с его богатейшими энергоресурсами и блокирования России и Китая. Американская стратегия «Большой Центральной Азии» рассчитана на отрыв центральноазиатских стран от СНГ, ОДКБ и ШОС. А «демократичность» России будет оцениваться по тому, как она будет помогать им в решении этой задачи.

Вообще в глобальном масштабе США стремятся, продолжая теснить Россию путем расширения НАТО на восток (в первую очередь за счет включения в свой состав Украины, Молдавии, Грузии), перенести главное направление своих геополитических и стратегических устремлений на юг: на Кавказ и Центральную Азию с тем, чтобы взять под контроль энергоресурсы Каспийского бассейна и Центральной Азии, ограничить в этом регионе влияние России и Китая. На пути достижения этой цели при любых обстоятельствах им потребуется решить проблему Ирана в свою пользу.

В военно-стратегическом плане это создает им возможность выхода к самой сердцевине России, во фланг и тыл Китая, установления контроля над воздушным пространством важнейших коммуникаций России и потенциальной угрозы нанесения ударов в кратчайших направлениях по стратегическим объектам России и Китая.

И это ведь не наши субъективные домыслы и предположения. Збигнев Бжезинский прямо заявил: «После поражения Советского Союза в холодной войне и его последующего распада Соединенные Штаты впервые получили возможность внедрить свое политическое присутствие в новых постсоветских республиках Евразии до границ Китая, а также господствовать в регионе Персидского залива на южных окраинах Евразии». Он же предлагает американскому правительству не допустить объединения с Россией Украины и Белоруссии, договориться с Китаем о разделе сфер влияния в Центрально-Азиатском регионе.

Решение этих задач США и странами НАТО будет осуществляться в первую очередь путем политико-дипломатического, экономического и информационного давления, отрыва от России и установления своего влияния в странах СНГ, устройства «цветных революций», дестабилизации обстановки на Кавказе и в Центральной Азии, в том числе и с использованием сил «международного терроризма».

США планируют перебросить дополнительные войска из Ирака в Афганистан, нажимают на натовских и других союзников, чтобы они усилили свои контингенты в Афганистане. При отсутствии прямых угроз в Европе Афганистан нужен американцам и как средство сплочения союзников вокруг НАТО.

Таким образом, последние 8 лет показали, что надежды на Боннский процесс (реализацию решений Боннской конференции ООН по Афганистану 2001 года) и присутствие иностранных войск и международных сил содействия безопасности в Афганистане не оправдались. Концептуальной основой экспансии США в регионе является проект «Большой Ближний Восток», включающий мусульманский мир от Афганистана до Марокко, и проект «Большая Центральная Азия», предусматривающий контроль над этими регионами от российской Сибири до Северной Индии.

В последние годы все большую опасность представляют так называемые частные военные формирования, которые нередко создаются под эгидой и при содействии государственных органов и используется в своих целях, как это было в Ираке и других странах. Они удобны тем, что без ведома законодательных органов и в обход правительства можно куда угодно и для достижения любых целей направлять эти формирования. Тем более что не требуется никакого государственного субсидирования. Превращение Афганистана в крупнейшего мирового производителя наркотиков обеспечивает финансирование не только этих частных формирований, но и транснациональных финансово-политических группировок, субсидирует различные «цветные революции», государственные перевороты, террористические и экстремистские акции.

В книгах американского историка Джорджа Кларка «Война Чарли Уилсона», Петера Швейцера «Победа» и других подробно рассказывается, как без ведома или с молчаливого согласия законодательных органов и правительства оказывалась огромная помощь афганской оппозиции в их борьбе против афганского республиканского правительства и советских войск.

Наряду со всеми этими акциями по существу антироссийской направленности для маскировки их, дезинформации и временных тактических соображений России предлагаются различные варианты сотрудничества во имя борьбы с «международным терроризмом». Вся сложность проблемы в том, что наряду с риторикой о смене курса американской политики на деле порой под спудом официальных деклараций предпринимаются акции на Ближнем Востоке, против Ирана, по вооружению и поддержке агрессивной политики Грузии, по насильственному втягиванию в НАТО Украины и других стран, представляющие опасность для национальных интересов России.

Некоторые проблемы совершенствования страны

В проекте Послания президента РФ Дмитрия Медведева уделено внимание и оборонным проблемам. Исходя из них, в истекшем году Академия военных наук занималась исследованием некоторых из них.

Прежде всего это оценки тенденций развития международной обстановки и перемещение центра тяжести мировой политики и экономики на восток, главной направленности экспансии стран НАТО на Кавказ и цент-
ральноазиатское направление требует определенных корректив в обеспечении национальной безопасности и оборонной политики, с главным упором на сдерживание конфронтации и предотвращение угроз.

Важное значение для ограничения конфронтации имеет некоторая умеренность в определении и отстаивании национальных интересов, чтобы жестко защищать только действительно жизненно важные интересы. Национальные интересы не должны принижаться, иначе ограничиваются возможности экономического развития и реализации геополитических факторов. Вместе с тем опыт послевоенных лет показал, что излишний максимализм и нереальность провозглашенных национальных интересов и целей, стремление жестко и любой ценой осуществить их порождали конфронтационную внешнюю политику, военную доктрину, приводя к подрыву экономики и полному крушению ложно понятых национальных целей.

Более сложной становится и прогнозирование военно-политической обстановки. В отличие от прошлого сложность обстановки в том, что наши конкуренты, недруги открыто с ядерной Россией не воюют. «Противник», главная противостоящая нам сила остается за кулисами, имитирует «партнерство». Такая «двухслойная политика» вводит в заблуждение общественное мнение и создает много неопределенностей.

Однако при научном анализе военно-политической обстановки и в практической разведывательной деятельности все сводится в основном к оценке политики и стратегии отдельных государств или коалиции стран, но недостаточно уделяется внимания проникновению и выявлению замыслов и практических действий многочисленных международных и транснациональных сил, особенно их скрытых мозговых политических и экономических центров, соответствующих филиалов в различных странах. Поэтому многие важные процессы оказываются вне поля нашего зрения. С учетом этого определенная перестройка нужна и в этом направлении.

В оценке военно-политической и стратегической обстановки главным является не определение вероятных противников с обозначением конкретных стран, а вскрытие конкретных угроз, способов и форм их осуществления.

Например, на Западе действительно маловероятна широкомасштабная агрессия против России, как это было в 1941-м. Решающий фактор на этом направлении не намерения, а несопоставимый военный потенциал в пользу Запада и стремление не превращать Европу в поля сражений. Кроме того, и предложенный президентом РФ проект европейской безопасности нужно осуществлять с учетом переноса основных усилий НАТО на юг и восток. И экспансия Запада может осуществляться еще в «мирное время» в скрытой форме путем дальнейшего расширения НАТО за счет Украины, Молдавии, Грузии и других стран, введения различного рода санкций, использования частных военных формирований, высадки в глубине страны десантов под предлогом специально организованного «энергетического кризиса» и «ядерной опасности», подталкивания отдельных стран к агрессивным действиям против России, как это было в 2008-м в Южной Осетии, в случае войны - нанесения дальнобойным высокоточным оружием ударов по важнейшим объектам страны.

На Кавказе основной упор может быть сделан на использование межнациональных и религиозных противоречий, недовольства населения, вызванного массовой безработицей и бедностью, активизацией теракций с использованием международных террористических организаций, всяких «цветных революций». Не исключена возможность крупных военных вылазок, как это было в 1999 году в Чечне и Дагестане или со стороны Грузии в 2008 году.

На центральноазиатском направлении - использование против России и других стран СНГ и иррегулярных военных формирований, и террористических организаций. Использование НАТО этого региона как плацдарма для военной экспансии.

На востоке осложнение обстановки может также начаться с выступления зарубежной диаспоры внутри России с проникновением в глубину нашей страны ополченческих формирований с целью оказания помощи своим соотечественникам. При определенных обстоятельствах не исключена возможность крупномасштабной агрессии. Зарубежные исследователи не исключают и возможности временного тандема между США и КНР для контроля над энергоресурсами Центральной Азии, Сибири и Дальнего Востока.

Таким образом, угроза возможного применения ядерного оружия будет важным сдерживающим фактором на всех направлениях и в мире в целом. Поэтому в противостоянии против России главная ставка будет делаться на политико-дипломатические, экономические, информационные и подрывные действия, а также локальные военные действия.

Исходя из этого, в Стратегии национальной безопасности подчеркивается, что Россия в деле обеспечения национальной безопасности приоритетное значение придает политико-дипломатическим, экономическим и информационным средствам. Но надо учитывать, что в условиях глобализации политико-дипломатические, экономические, информационные формы борьбы приобрели более целеустремленный и скоординированный характер, возросли их масштабы и результативность, о чем свидетельствуют события 90-х годов в нашей стране, Югославии, Грузии, на Украине, в Киргизии и др.

В связи с этим недостаточно одного лишь признания значения и важности невоенных форм борьбы в отстаивании национальных интересов. Требуется выработка адекватных, хорошо скоординированных мер реагирования на них, крупных государственных решений по этим вопросам, соответствующий спрос и ответственность за предотвращение и нейтрализацию угроз и конфликтов политико-дипломатическими средствами. Беда в том, что у нас много говорится о том, что все противоречия необходимо разрешать политическим путем, но практически мало что для этого делается и в конечном счете, как это было в Афганистане, Чечне, Южной Осетии и др., все сводится к применению военной силы. И никто за это никакой ответственности не несет.

С учетом всего этого представляется целесообразным, во-первых, в Стратегии национальной безопасности, Законе об обороне, Военной доктрине отдельно выделить угрозы, вытекающие из долгосрочной политики определенных международных сил и держав, направленной на лишение России независимости, ущемление ее экономических и других интересов, подрыв изнутри и изоляцию, территориальные претензии к ней, подогревание и поддержку извне сепаратизма, терроризма, внутренних конфликтных ситуаций, попытки использовать их для вмешательства во внутренние дела России, подавление прав, свобод и законных интересов граждан Российской Федерации и соотечественников в зарубежных странах и другие акции, ущемляющие национальные интересы России.

Желательно на основе глубокого анализа потенциальных угроз российским национальным интересам тщательно планировать и осуществлять согласованные усилия в области политико-дипломатической, экономической, информационной, технологической, психологической и других сферах по противодействию этим угрозам. Все эти акции и мероприятия, проводимые по линии МИДа, органов внешнеэкономических связей, разведывательных и контрразведывательных органов, Министерства обороны, МВД, ФСБ и других ведомств должны осуществляться под руководством Совета безопасности и правительства РФ.

Вообще основные усилия секретаря и аппарата Совета безопасности целесообразно сосредоточить на координации усилий различных ведомств в обеспечении безопасности страны именно невоенными средствами.

Поскольку решающее значение приобретает предотвращение угроз, требуется более глубокая научная проработка проблем оборонной безопасности с комплексным задействованием как естественных, так и гуманитарных наук. Прежде всего напрашивается необходимость создания при президиуме РАН научного совета по оборонным вопросам, призванного координировать исследования в области оборонной безопасности. Такая мера, не требуя дополнительного финансирования, может повысить согласованность и эффективность оборонных исследований.

Во-вторых, необходима также более четкая координация усилий всех силовых структур и в решении оборонных (военных) задач. К сожалению, в этой области не все отлажено.

Известны случаи недостаточной согласованности их действий в Афганистане, Чечне и в целом на Кавказе.

Даже в целом рациональная реорганизация пограничной службы и МЧС произведена с точки зрения удобства решения специфических задач этих ведомств, но без достаточного учета интересов военной защиты госграницы или решения задач гражданской обороны страны во время войны. Едва ли целесообразно в одном ведомстве сохранять дивизионное и полковое звенья или институт прапорщиков, а в других их ликвидировать. Да и в принципе правильное решение по интеграции тылового, медицинского и технического обеспечения невозможно до конца осуществить, если интеграция осуществляется в основном в низовом звене, тогда как верхние звенья военного управления остаются разобщенными. Необходимость более тесной координации деятельности всех силовых ведомств совершенно очевидна. Формально по Конституции это функция президента РФ - Верховного главнокомандующего. Но для этого ему нужен соответствующий аппарат, на который бы он опирался.

В научном сообществе, занимающемся оборонными задачами, обычно предлагается три возможных варианта решения этой проблемы.

Первый, высказанный на научном совете Совета безопасности, предусматривает создание в составе администрации президента Главного управления военного строительства, которое бы под руководством президента РФ координировало деятельность всех силовых ведомств в области решения оборонных задач. Однако, как показывает анализ, такая структура, несколько улучшив координацию, в целом усложнила бы руководство этой областью государственной деятельности, затрудняя непосредственное общение соответствующих ведомств с Верховным главнокомандующим. Как показывает исторический опыт, особенно недопустима какая-либо промежуточная инстанция между Министерством обороны, Генштабом и Верховным главнокомандующим. Кроме того, оперативность решения назревающих вопросов будет снижена.

Второй вариант решения этой проблемы, который уже реализован в Казахстане, Узбекистане, в некоторых других странах, состоит в создании объединенного комитета штабов, куда входили бы представители всех силовых ведомств. Но по важнейшим вопросам решения принимаются не штабами, а руководителями соответствующих ведомств. Поэтому при этом варианте интеграция руководства на высшем уровне в полной мере не достигается.

Третий вариант, отстаиваемый Академией военных наук, состоит в том, чтобы организацию военного управления мирного времени максимально приблизить к тому, что потребуется в военное время, чтобы с началом войны не заниматься перестройкой системы военного управления.

При этом желательно также повысить роль правительства в решении важнейших оборонных вопросов и контроль с его стороны, особенно с точки зрения рационального и более экономного решения оборонных вопросов. Без усиления координирующей деятельности правительства невозможно добиться согласованного и экономного обеспечения оборонной безопасности. Координацию усилий всей военной организации РФ в интересах обороны страны военными средствами (исключая их специфические задачи) целесообразно возложить на министра обороны. Исходя из этого, он должен быть заместителем премьер-министра и заместителем Верховного главнокомандующего не только в военное, но и в мирное время.

В составе правительства, в его подчинении целесообразно иметь соответствующие управления по оборонным вопросам, которые бы координировали деятельность всех оборонных ведомств, занимались мобилизационной подготовкой страны и подготовкой населения к защите Отечества.

Кроме того, целесообразно восстановить Министерство оборонной промышленности, оставив за ним принципиальные координирующие функции и исключив прежние хозяйственные задачи.

Требуется также системная научная разработка проблем противоборства невоенными средствами, подготовка соответствующих кадров широкого профиля и практическое овладение всеми формами борьбы. Для подготовки кадров широкого государственного профиля по вопросам национальной безопасности и обороны целесообразно, как это уже намечено, перестроить программу обучения в военной академии Генерального штаба, где проходили бы соответствующую учебу ведущие сотрудники правительственных органов, Минобороны и других силовых ведомств.

Все более острый и актуальный характер приобретают проблемы информационной и прежде всего духовной безопасности, сохранения и развития культуры, в том числе истории нашего государства. Информация и информационные технологии становятся все более действенным оружием и овладение ими - важнейшая задача обеспечения не только духовной, но и всей системы национальной безопасности. Но в России нет госоргана, который координировал бы информационную деятельность ведомств с учетом ее аспектов.

В связи с этим возникает необходимость создания отдельного управления в структурах президентской администрации или в правительстве, на которое возложить координацию информационной деятельности в масштабе государства, начиная с вопросов духовной безопасности, выработки национальной идеи, формирования благоприятного образа России за рубежом и кончая проблемами противодействия различного рода подрывным действиям, идейной подготовке «оранжевых», «бархатных» и других революций.

Поскольку в современных условиях нужно обеспечивать безопасность страны не только от военных, но и от более широкого спектра других угроз, в том числе международного терроризма, осуществляя эту задачу не только военными, но и политическими, дипломатическими, экономическими и информационными средствами, эти формы борьбы также требуют более существенного экономического обеспечения и финансирования. Одними призывами и заклинаниями много не достигнешь.

В-третьих, новые формы экономического, информационного, психологического противоборства оказывают существенное влияние и во многом изменяют и характер вооруженной борьбы, направленность строительства и подготовки Вооруженных Сил и других войск.

Прежде всего необходимо более четко определиться: для ведения каких войн и для решения каких оборонных задач необходимо строить и готовить Вооруженные Силы и другие войска. В целом с учетом изложенного выше для российских Вооруженных Сил и других войск первоочередной становится готовность к выполнению боевых задач в локальных войнах, вооруженных конфликтах и антитеррористических операциях. Но при определенных обстоятельствах возможно возникновение крупномасштабной региональной войны, непосредственной угрозы которой пока нет, но полностью ее исключать нельзя.

Нельзя упрощать и борьбу с «терроризмом» и сводить ее к действиям мелких спецподразделений. Как показывает опыт Афганистана, так называемые террористы могут захватывать целые страны и вести боевые действия с применением большого количества танков, орудий, самолетов и другой техники. В октябре этого года операцию (уже третью за последние годы) против талибов (численностью выше 10 тыс. человек) проводил 30-тысячный пакистанский армейский корпус при поддержке американской авиации. Это говорит о том, что для противодействия такому противнику нужны хорошо оснащенные регулярные Вооруженные Силы.

В связи с этим в осуществляемой в настоящее время военной реформе желательно дополнительно проработать мобилизационный аспект. Например, можно было бы приглядеться к американскому опыту создания организованного резерва, национальной гвардии, которые содержатся вне численности ВС. С учетом реальных угроз на каждом из этих ТВД должны создаваться группировки сил и средств и организационная структура войск (сил).

Для России при крайне неблагоприятном соотношении сил на всех стратегических направлениях ядерное оружие остается важнейшим, наиболее надежным средством стратегического сдерживания внешней агрессии и обеспечения своей оборонной безопасности.

Вместе с тем при новом характере угроз нельзя абсолютизировать ядерное оружие. Установка на то, что «пока есть ядерное оружие, безопасность России гарантирована», не в полной мере соответствует новым реалиям. У Советского Союза было ядерное оружие, но оружие осталось, а союзного государства нет. Это оружие теперь не может быть универсальным, его невозможно применить, например, в таких конфликтных ситуациях, как Чечня, для нейтрализации экономических, информационных угроз и всякого рода подрывных действий.

Одновременно целесообразно уделить должное внимание и развитию сил общего назначения - ВВС, ВМФ, Сухопутных войск. Для надежной обороны страны в современных условиях наряду со стратегическими ядерными силами первостепенное значение приобретает создание единой системы воздушно-космической обороны страны. По мере совершенствования средств воздушно-космического нападения воздушная и космическая сферы оказываются все более взаимосвязанными. В связи с этим объективно возникает необходимость не формирования отдельного вида ВС, как это иногда предлагается, а создания единой системы ВКО, объединив в ее рамках все силы и средства ВВС, ПВО, ПРО и ПКО. Поскольку воздушно-космические средства противника будут производить пуски ракет за сотни и тысячи километров до подхода к цели, в первую очередь необходимо создавать авиационные и противовоздушные комплексы, способные перехватывать средства нападения противника на дальних подступах к нашим объектам. Только при этом условии можно обеспечить надежную оборону страны.

Справка «ВПК»

Территория страны - 652 тыс. кв. км. На севере имеет около 2,3 тыс. км общей границы с Туркменией, Узбекистаном и Таджикистаном, на северо-востоке - с Китаем (75 км), на юге - с Пакистаном (2180 км) и на западе - с Ираном (820 км).

Наиболее густо заселены речные долины на Бактрийской равнине на севере Афганистана, бассейны рек Кабул, Герируд и др.; пустыни на юге Афганистана и высокогорные районы центрального и северо-восточного Афганистана почти безлюдны.

Афганистан населяют более 20 народностей численностью около 30 млн человек. Из них пуштуны - 42%, таджики - 28%, хазарейцы - 10%, узбеки - 8%, чараймаки - 2,6%, туркмены - 2%, белуджи - 0,5%, нуристанцы - 0,4%, пашаи - 0,2%, официальные языки - пушту и дари (афганский диалект персидского языка). В стране преобладает мусульманская религия (98% верующих), из них 80% - сунниты и 18% - шииты. Столица Афганистана - Кабул (около 1,5 млн человек).

Настало время по достоинству оценить решающее значение не только начального периода войны, но и прежде всего первого стратегического удара. Хорошо известно, в какое тяжелое положение попала наша армия в первые месяцы войны в 1941 году. В современных условиях, как показывает опыт войны в районе Персидского залива и в Югославии, противостоять первому массированному удару, ориентируясь только на ответные действия, невозможно. Поэтому, как и в борьбе с терроризмом, нужны более активные, а при необходимости и упреждающие действия.

В условиях, когда стратегические задачи решаются совместными усилиями различных видов ВС и планирование операции осуществляется не по видам ВС, а по совместно решаемым стратегическим задачам, Генштаб и главкоматы видов ВС должны представлять собой не различные инстанции, а выступать как единый орган стратегического управления Вооруженными Силами под руководством Ставки ВГК.

В области военного строительства наиболее остро встают вопросы оснащения ВС новыми видами оружия. В последнее время предприняты шаги по реорганизации оборонной промышленности. Но они не предусматривают кардинальной концентрации научных сил, финансовых и материально-технических средств для осуществления прорыва в области элементной базы, перспективных технологий для создания средств связи, обнаружения, наведения, автоматизации управления, РЭБ, информатизации и в целом в области создания высокоточного оружия.

Нужна концентрация научных сил и материальных средств, осуществляемая примерно с таким же решительным подходом, как это было сделано сразу после войны при создании ракетно-ядерного оружия.

Чтобы убедиться в жизненности произведенных преобразований оргструктуры Вооруженных Сил и других силовых ведомств, новой системы военного управления, напрашивается необходимость проведения командно-штабного учения или военной игры под непосредственным руководством Верховного главнокомандующего и министра обороны со всеми органами стратегического управления военной организации РФ, которые должны выполнять возложенные на них функции, действовать на учении в роли обучаемых, с «закрытыми» картами. Это позволит на деле проверить и наглядно увидеть все позитивные и негативные моменты в оргструктуре и подготовке органов управления и сделать необходимые выводы.

Таким образом, организация обороны страны с учетом усиления угроз на южном и восточном стратегических направлениях значительно усложнят решение оборонных задач. Это требует коренной перестройки системы военного управления. Необходимо во всех проводимых преобразованиях военной организации РФ полнее задействовать человеческий фактор. Для этого прежде всего требуется всем государственным органам, ведущим партиям более настойчиво работать по преодолению негативных явлений в обществе по отношению к военной службе, идеям защиты Отечества.

Целесообразно разработать перспективную программу повышения уровня жизнеобеспечения военнослужащих, удовлетворения их социальных нужд. Коренным образом преобразовать систему воспитательной работы с тем, чтобы активизировать и заинтересовать весь личный состав и прежде всего офицеров в самоотверженном и качественном несении военной службы, преодолеть существующие в настоящее время пассивность, инертность и безразличие как главный тормоз в решении всех задач.

Показать источник
Автор: Махмут Гареев генерал армии, президент Академии военных наук
Просмотров: 4638

Комментарии к статье (1)

В представленой статье изложена точка зрения автора, ее написавшего, и не имеет никакого прямого отношения к точке зрения ведущего раздела. Данная информация представлена как исторические материалы. Мы не несем ответственность за поступки посетителей сайта после прочтения статьи. Данная статья получена из открытых источников и опубликована в информационных целях. В случае неосознанного нарушения авторских прав информация будет убрана после получения соответсвующей просьбы от авторов или издателей в письменном виде.

e-mail друга: Ваше имя:


< 2017 Сегодня < Апр >
ПнВтСрЧтПтСбВс
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
Сотрудничество
Реклама на сайте




Реклама