Site map 1Site map 2Site map 3Site map 4Site map 5Site map 6Site map 7Site map 8Site map 9Site map 10Site map 11Site map 12Site map 13Site map 14Site map 15Site map 16Site map 17Site map 18Site map 19Site map 20Site map 21Site map 22Site map 23Site map 24Site map 25Site map 26Site map 27Site map 28Site map 29Site map 30Site map 31Site map 32Site map 33Site map 34Site map 35Site map 36Site map 37Site map 38Site map 39Site map 40Site map 41Site map 42Site map 43Site map 44Site map 45Site map 46Site map 47Site map 48Site map 49Site map 50Site map 51Site map 52Site map 53Site map 54Site map 55Site map 56Site map 57Site map 58Site map 59Site map 60Site map 61Site map 62Site map 63Site map 64Site map 65Site map 66Site map 67Site map 68Site map 69Site map 70Site map 71Site map 72Site map 73Site map 74Site map 75Site map 76Site map 77Site map 78Site map 79Site map 80Site map 81Site map 82Site map 83Site map 84Site map 85Site map 86Site map 87Site map 88Site map 89Site map 90Site map 91Site map 92Site map 93Site map 94Site map 95Site map 96Site map 97Site map 98Site map 99Site map 100Site map 101Site map 102Site map 103Site map 104Site map 105Site map 106Site map 107Site map 108Site map 109Site map 110Site map 111Site map 112Site map 113Site map 114Site map 115Site map 116Site map 117Site map 118Site map 119Site map 120Site map 121Site map 122Site map 123Site map 124Site map 125Site map 126Site map 127Site map 128Site map 129Site map 130Site map 131Site map 132Site map 133Site map 134Site map 135Site map 136Site map 137Site map 138Site map 139Site map 140Site map 141Site map 142Site map 143Site map 144Site map 145Site map 146Site map 147Site map 148Site map 149Site map 150Site map 151Site map 152Site map 153Site map 154Site map 155Site map 156Site map 157Site map 158Site map 159Site map 160Site map 161Site map 162Site map 163Site map 164Site map 165Site map 166Site map 167Site map 168Site map 169Site map 170Site map 171Site map 172Site map 173Site map 174Site map 175Site map 176Site map 177Site map 178Site map 179Site map 180Site map 181Site map 182Site map 183Site map 184Site map 185Site map 186Site map 187Site map 188Site map 189Site map 190Site map 191Site map 192Site map 193Site map 194Site map 195Site map 196Site map 197Site map 198Site map 199Site map 200Site map 201Site map 202Site map 203Site map 204Site map 205Site map 206Site map 207Site map 208Site map 209Site map 210Site map 211Site map 212Site map 213Site map 214Site map 215Site map 216Site map 217Site map 218Site map 219Site map 220Site map 221Site map 222Site map 223Site map 224Site map 225Site map 226Site map 227Site map 228Site map 229Site map 230Site map 231Site map 232Site map 233Site map 234Site map 235Site map 236Site map 237Site map 238Site map 239Site map 240Site map 241Site map 242Site map 243Site map 244Site map 245Site map 246Site map 247Site map 248Site map 249Site map 250Site map 251Site map 252Site map 253Site map 254Site map 255Site map 256Site map 257Site map 258Site map 259Site map 260Site map 261Site map 262Site map 263Site map 264Site map 265Site map 266Site map 267Site map 268Site map 269Site map 270Site map 271Site map 272Site map 273Site map 274Site map 275Site map 276Site map 277Site map 278Site map 279Site map 280Site map 281Site map 282Site map 283Site map 284Site map 285Site map 286Site map 287Site map 288Site map 289Site map 290Site map 291Site map 292Site map 293Site map 294Site map 295Site map 296Site map 297Site map 298Site map 299Site map 300Site map 301Site map 302Site map 303Site map 304Site map 305Site map 306Site map 307Site map 308Site map 309Site map 310Site map 311Site map 312Site map 313Site map 314Site map 315Site map 316Site map 317Site map 318Site map 319Site map 320Site map 321Site map 322Site map 323Site map 324Site map 325Site map 326Site map 327Site map 328Site map 329Site map 330Site map 331Site map 332Site map 333Site map 334Site map 335Site map 336Site map 337Site map 338Site map 339Site map 340Site map 341Site map 342Site map 343Site map 344Site map 345Site map 346Site map 347Site map 348Site map 349Site map 350Site map 351Site map 352Site map 353Site map 354Site map 355Site map 356Site map 357Site map 358Site map 359Site map 360Site map 361Site map 362Site map 363Site map 364Site map 365Site map 366Site map 367Site map 368Site map 369Site map 370Site map 371
english


 
 

О нас | О проекте | Как вступить в проект? | Подписка

 

Разделы сайта

Новости Армии


Вооружение

Поиск
в новостях:  
в статьях:  
в оружии и гр. тех.:  
в видео:  
в фото:  
в файлах:  
Реклама

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. Русский раскол
Отправить другу

ГЛАВА 8. Хроники объявленной смерти

Крах СССР как частный случай теории жесткой турбулентности

...Громадный Советский Союз оказался колоссом на глиняных ногах. При всех своих необъятных размерах, кажущейся мощи его власти и армии, несмотря на хваленые бастионы промышленности, он рухнул от слабых толчков. Он рассыпался от передач зарубежных "радиоголосов", газетных кампаний, выступлений юмористов, телевизионных передач и уличных митингов. Позор ему! По-настоящему прочные страны не разваливаются от таких пустяков. И поделом этому СССР - если он не выдержал таких смехотворно малых воздействий. То, что нежизнеспособно, должно умереть, падающего же - толкни...

Признайтесь, читатель: подобные рассуждения вы слышите едва ли не каждый день. Таким презрением к собственной стране сочатся даже высоколобые интеллектуалы. Такие обвинения еще гремят в спорах уцелевших индустриалов где-нибудь в дешевых пивных. Таким мусором забивают головы молодым. Но это - либо дремучая глупость, либо циничная ложь, которой мерзавцы скрывают свое предательство. Умным людям давным-давно известно: слабые воздействия способы разрушить самые прочные конструкции. Надо только знать, как их применять. Мы говорим: в нынешнем мире таким же образом можно развалить любую страну. Даже такую мощную и богатую, как Соединенные Штаты.

То, что поразило Россию, мы называем геномом объявленной смерти. Давайте вкратце обрисуем алгоритм уничтожения Красной Империи.

Один из важнейших выводов синергетики - науки об управлении хаосом - гласит: любую систему в нужный момент можно столкнуть на ту или иную траекторию даже слабым толчком. Одним из самых последних достижений синергетики стала теория самоподдерживающейся критичности и ее применение к моделированию процессов жесткой турбулентности. Так называются режимы, когда встречаются внешний и внутренний процессы, вступают друг с другом в резонанс, и система разрушается. Сначала разрушаются пропорции. Потом - рвутся связи. Напоследок рассыпаются элементы системы, и наступает хаос.

Отличная иллюстрация этого принципа - известная еще по школьному курсу физики история с мостом и ротой солдат. Всякий, даже самый массивный мост, едва заметно колеблется. В старину был случай: рота солдат решила пройти строевым шагом через каменный мост. Мерные удары слабых человеческих ног вошли в резонанс с едва заметными колебаниями массивного пролета, раскачивая конструкцию с каждым шагом - и мост рухнул, будто его взорвали приличным зарядом пороха. Два фактора, внешний и внутренний, наложились друг на друга. И вот уже двести лет армейские части через мосты ходят не в ногу.

Время с 1987 года - это период в экономической истории нашей страны, который можно описать, используя образы и генома самоубийства, и алгоритма самоподдерживающихся разрушений. Попробуем внятно, простым русским языком изложить то, как из-за резонансных воздействий рухнула наша великая страна. Ведь если отбросить весь "белый шум" тысяч путаных газетных статей и тонны лжи, то процесс, в общем-то, элементарен.

Три акта русской трагедии

Итак, год 1986-й. Позднесоветская "элита" не готова к новому прорыву и не хочет его. В свою очередь, некогда великий советский народ, превратившийся незаметно из нации победителей в стадо обывателей, принял нормы потребительского общества, причем в намного более грубой, неприкрытой и бесстыдной форме, нежели на Западе. Эта гибельная комбинация устремлений "верхов" и вожделений "низов" породила внутреннюю волну опасных колебаний. В ее основе лежала банальная, скользкая и малодушная страсть приобретательства. "Элита" искала самый легкий способ перевода народного в личное, и быстро его нашла. А народ стремился к "халяве" и росту уровня жизни без трудовых усилий, причем к росту быстрому и немедленному.

Для этого сгодились кооперативы, массой возникавшие в стране. Как вы помните, вместо производительных кооперативов, суливших экономический подъем и формирование массовой армии настоящих предпринимателей, стали плодиться хищные торгово-закупочные структуры, которые перекачивали ресурсы из реального сектора в сферу безудержного потребления, "воровского рынка". Вся деятельность таких "кооператоров" сводилась к тому, что ресурсы с госпредприятий брались по низким государственным ценам, за копейки, и продавались на свободном рынке уже за рубли или гнались на экспорт за доллары. Но если есть присвоенный ресурс, нужен был механизм его перераспределения. И потому тут же появились биржи. По мысли их создателей, они должны были дополнить плановую экономику. На самом же деле они служили лишь для того, чтобы мелкие ручейки "хапизма" и воровства слить в полноводную реку. То, что удалось урвать от государства, концентрировалось на биржах. Настала эпоха трескучей, но недолговечной славы Борового, Московской товарной биржи и "Алисы" Германа Стерлигова. Биржи вскакивали на теле страны быстро и часто, как тифозная сыпь.

Тут же возникла новая проблема. В стране тогда было мало денег. А те, у кого деньги были, отнюдь не собирались покупать ресурсы по биржевым ценам. Они вообще ничего не хотели создавать или производить. Не хотели ничего покупать на биржах и заводы. Ну зачем им, скажем, биржевая нефть, если они получают ее очень дешево от государства? Выход у зарождающегося класса мародеров-"трофейщиков" был только один: продать присвоенное за рубеж, где денег много. Но мешала монополия государства на внешнюю торговлю. Позднесоветская "элита", войдя во вкус "Большого хапка", эту монополию сломала, и кооперативы принялись торговать с Западом.

Разрушение монополии государства произошло не в итоге какого-то заговора или операции Центрального разведуправления США - оно стало логическим завершением естественного процесса, который был запущен "Большой сделкой", алчностью и "трофеизмом" коммунистической верхушки СССР. Предательством "элиты", если называть вещи своими именами. Уже в 1990-м году процесс шел на всех парах.

Три элемента "Горбачев-капитализьма" (кооперативы-"трофейщики", биржевая лихорадка и слом внешнеторговой монополии государства) нарушили внешние пропорции нашей экономики. Почему?

Потому что она стала напоминать человека, в пищевод которого вставили трубку для отвода питательной массы куда-то в сторону. Пусть и не слишком хорошо и точно, но поздний Советский Союз базировал свою экономику на межотраслевых балансах и пропорциях. В Госплане СССР считали, какая доля должна быть у тяжелой индустрии, у легкой и пищевой, сколько надо добыть сырья, чтобы обеспечить отрасли, сколько закупить за рубежом. Но когда ресурсы стали тратиться вне пропорций, уходя куда-то вовне, начался хаос. Баланс стал невозможен, образовалась дыра, сквозь которую улетали и сырье, и товары, и деньги, за них полученные.

То есть, сама правящая верхушка стала опасно раскачивать страну изнутри. Умным американцам, которые вели целенаправленную борьбу с русскими, оставалось лишь наложить на эту мощную внутреннюю волну слабые волны внешних воздействий. Они радостно потерли руки и сказали: "Вот и пришел наш час!". Теперь мы, в обмен на ценнейшие русские ресурсы, сбагрим вам, дуракам, те западные товары, которые в СССР считаются великим дефицитом. Это и будет нашей внешней волной, которая в итоге сформирует крайне искаженный курс доллара по отношению к рублю. За каждый доллар вы отдадите пачку своих рублей.

И начался невероятно выгодный для американцев обмен по формуле "золото - на стеклянные бусы". Из России задешево плыл поистине бесценный ресурс, который оглупевшие русские отдавали за то, что за границей стоило совсем недорого. За эту дребедень, за устаревшие компьютеры, бросовый ширпотреб и некачественные пищевые продукты из страны вывозили целые составы титана, древесины, редкоземельных и цветных металлов, продукции химической промышленности и, само собой, нефти.

Все это вызвало рост цен в нашей стране и развал финансовой системы. Рубли печатались безудержно, магазины опустели. Две волны наложились друг на друга: внутренняя (разгул "трофеизма", разворовывания страны) и внешняя (неимоверный перекос в сторону доллара). Прошла первая стадия режима самоподдерживающейся критичности, когда летят к черту пропорции. Начался катастрофический дисбаланс - ведь нарушилась пропорция сравнительной доходности торговли и производства. Торговать стало неизмеримо выгоднее, чем что-то производить. Уход ресурсов за границу вызывал рост цен в стране и увеличивал издержки производства. С другой стороны, для доморощенных бизнесменов бартерная торговля стала сверхприбыльным занятием. Ведь можно было отправлять "за бугор" сырье, которое дома обходилось буквально в копейки, из-за кордона - завозить и очень дорого сбывать в России дефицитные товары, делая сотни и тысячи процентов "навара". А если производить стало невыгодно, то экономика ушла из реального сектора в "добывание трофеев".

Стало неинтересно производить что-либо для нищих соотечественников. В первую очередь при Горбачеве стали сворачивать выпуск дешевых товаров и товаров повседневного спроса. В стране начался товарный голод, магазинные прилавки опустели - возросла социальная напряженность, начались массовые акции протеста и вспышки ненависти к собственной стране. Распространились национализм и сепаратистские тенденции.

Пытаясь сохранить уровень жизни, люди были вынуждены тратить все больше денег на потребление. Накопление прекратилось. Доля потребления в падающем национальном доходе уродливо разрослась. В этот момент запускается центральное звено генома саморазрушения. Из-за общего развала системы необходимость поддерживать текущее функционирование стала пожирать ресурсы для развития. Самый сильный удар пришелся как раз на те отрасли, которые представляют конкурентную угрозу Западу: на авиапром, космос, ядерную индустрию, на оборонно-высокотехнологичный комплекс. Русские продолжают в ускоренном темпе проедать Россию. Получаемые деньги лихорадочно пускали на "ножки Буша" и финскую колбасу, вместо того, чтобы тратить средства на новые технологии и предприятия. Но даже это уже не могло компенсировать падения эффективности экономики, а вослед за этим - и жизненного уровня.

Как результат наступает глубочайшая деморализация общества, начинается его распад, разгул безмозглой митинговщины и почти родо-племенного, антимперского национализма. Быть русским становится позорным, слово "русский" звучит как синоним грязного, кровавого и нелепого, связывается в умах с чередой катастроф и провалов. Власти Росфедерации во главе с Ельциным разваливают союзный бюджет, ведут переговоры с грузинскими и прибалтийскими сепаратистами. Класс "трофейщиков", почуяв новые веяния, перебегает от слабеющего Горби к Ельцину. В конце концов грянуло 19 августа 1991 года, Ельцин влез на танк, и...

В декабре 1991 года Советский Союз погибает. Заканчивается первый этап действия алгоритма русского самоубийства. Кузбасские шахтеры шлют восторженные телеграммы антикоммунисту Дудаеву, захватившему власть в Чечне...

Начинается второй акт. Но еще до расчленения СССР в высших кругах вызревает новое мнение. Старосоветская система выжить не может. Значит, спасти страну от социального взрыва можно, лишь включив ее в западную экономику. А для того, чтобы включить, нужно внутри страны сделать то же самое, что и на Западе. Отсюда появляются Гайдар, Чубайс и вся плеяда "пламенных и бескорыстных" "молодых реформаторов", комиссаров новой революционной бури.

К моменту их прихода в декабре 1991-го пропорции нашей экономики уже были нарушены. Теперь настал черед связей. С одной стороны, Гайдар, считая принятие западных условий для страны единственным спасением, собрался по-большевистски, в одночасье построить рынок. А, с другой стороны, вся воспроизводственная структура оставалась советской, монопольной. Рынок же в условиях монополии ведет к разгулу цен, к дикому росту затрат на производство (инфляции издержек). Это и произошло. Запад вбросил в Россию товарную массу, рубль продолжил стремительное обесценивание, а жизненный уровень русских стремительно падал - на фоне ломящихся от товаров магазинов. При этом накопление в нашей экономике свелось почти к полному нулю. На смену развитию пришла деградация.

Отнюдь не обнищание народа становится главной бедой России. Как стремительно ни падал жизненный уровень населения, он в первые годы гайдаровских "реформ" снижался все же медленнее, чем эффективность производства. Проще говоря, народ "при демократах" жил хотя и плохо, но при таком развале производства - все-таки не до такой степени плохо, как полагалось. Производство сокращалось гораздо быстрее, чем потребление. За счет чего? В силу опять-таки внутреннего и внешнего факторов. Внутренним фактором стало прожирание всего, что было сэкономлено на сокращении военных расходов, на прекращении помощи Африке, Афганистану, Вьетнаму, Кубе - да половине мира. По подсчетам известного А.Шохина, с 1991 по 1996 год это дало минимум 150 миллиардов долларов. И все это оказалось бездарно спущенным на "сникерсы", импортную колбасу, баночное пиво и прочую ерунду.

Фактором внешним стало дальнейшее падение доли накопления в нашей экономике, резкое сокращение в нашем бюджете затрат на науку, культуру, на образование и просвещение и, главное, капитальных вложений - при сохранении относительной доли затрат на выплату пенсий, зарплат и прочих текущих выплат. Это стало возможным еще и потому, что с Запада под "демократию" и "реформы" нам кидали кредиты, которые шли отнюдь не в новые технологии или передовые производства. Мы опять сжирали собственное будущее. Мы бездумно проедали и разворовывали иностранные кредиты, залезая в неоплатные долги.

Именно зарубежные кредиты от МВФ стали внешней волной, которая накладывалась на разрушительные внутренние колебания. МВФ с самого начала давал займы только под потребление - и не вздумайте пускать их на инвестиции! А потом кредиты стали давать на то, чтобы погасить проценты по ранее взятым займам.

Здесь мы имеем дело с распадением уже связей. Гайдар ради борьбы с инфляцией пытался сдержать массу денег в обращении, просто их не печатать. Одновременно с этим Чубайс запустил "ваучерную раздачу" собственности. Платить предприятиям друг другу нечем, они оказались в руках разных хозяев, многих из которых и на пушечный выстрел к заводам подпускать не следовало бы. И вот уже разрываются кооперационные связи. В этом и заключается второй этап действия "генома смерти", который заканчивается к 1995 году.

С конца 1995-го начинается этап третий и последний. Если первый этап прошел под знаменами кооперативов, бирж и свободы внешней торговли, если второй осенили флагами рынка, свободных цен и массированного кредитования с Запада, то третья стадия ознаменовалась глубоко взаимосвязанной триадой. Вот она: приватизация через "залоговые аукционы", перевод денег бюджета в коммерческие банки и включение спекулятивного механизма ГКО.

Когда баланс сломан, а связи разрушены, неизбежно гибнут уже элементы системы. Наступает время мародеров. С 1995 года Россией полностью овладевают самые наглые и беспардонные паразиты, трофейщики среди трофейщиков. У них еще денег маловато, а нужно много. Где их взять? Только в одном месте - украсть у государства.

И вот в созданной усилиями гайдаровцев криминальной "экономике доступа", в 1995-м, добыватели трофеев находят гениальное решение. Деньги из государственных банков переводятся в банки олигархические. При этом мародеры-олигархи берут эти деньги не как вклады-депозиты, по которым надо платить государству значительные проценты, а как "свободные остатки". Они вообще ничего не платят за эти громадные ресурсы!

В результате государство искусственно остается без средств (в чем помогает совершенно бессовестная Первая Чеченская война с ее неописуемым воровством), а у олигархов денег оказывается много. Теперь начинается грандиозная воровская махинация: олигархи дают государству кредиты из государственных же денег, и за это получают от государства государственные заводы. Естественно, по канонам криминальной экономики получили такую возможность только те, кто был близок к "корыту".

Но как только олигархи дали государству в долг его же миллиарды и взяли в залог казенные предприятия, они тотчас позаботились о том, чтобы страна не смогла вернуть взятое взаймы, чтобы залог остался в руках банкиров. Что для этого надобно? Надобно, чтобы государство, взяв у меня деньжат взаймы, мне же их и отдало. После этого я снова дам их государству взаймы, но уже под такой дикий, запредельный процент, что хоть всех святых выноси. И тут появляется идея ГКО, и славный Чубайс с бешеной энергией проталкивает запуск этого механизма. Государство снова брало взаймы свои же бабки, но только под 30-70 процентов годовых в валюте!

В мире такого еще не видел никто. Схема закольцевалась. Ее можно было считать шедевром, если б ценой не стало уничтожение страны. Как только приходил момент выплаты 70 процентов лихвы в валюте, то государству было уже ни до чего. Какие там наука, культура и просвещение? Какое здравоохранение? Именно в эти годы наступает окончательный конец армии. Плохо стало даже милиции и прочим силовым структурам, которые должны служить цепными псами режима. Здесь наши "реформаторы" переплюнули даже классические "бананово-латиноамериканские" режимы. Те, держа свои народы в нищете, все-таки хорошо кормили полицейских, политическую охранку и внутренние войска. А российские трофейщики рубили даже эти структуры. Мол, не подрубишь - и они могут потребовать своей доли. Чтобы не сдохнуть, милиционеры и спецслужбы вынужденно поползли к олигархам, к "семибанкирщине".

Запад был тут как тут, и в дополнение к этой внутренней волне разрушений снова пустил волну внешнюю, встречную. Запад сказал: "Поскольку Россия накрывается медным тазом, нам очень важно вытащить из нее деньги. Поэтому пустите-ка нас на свой внутренний рынок ГКО - чтобы и наши банкиры со спекулянтами могли получать по 70 процентов годовых в долларах". Тогдашний министр финансов и экономический вице-премьер Чубайс взял под козырек - и на рынок ГКО вторглись заморские финансисты.

За это время денежные правители Запада выжали из России столько, что вполне окупили свои затраты на развал Советского Союза и в общем вернули те кредиты, которые им пришлось выдать "молодой демократии" - на покупку российской "элиты". Правда, при этом кредиты Россия формально не возвращала, и они продолжают "висеть" на нашей стране, позволяя Западу вить из нас веревки и грабить уже по десятому кругу. Уже сейчас правительство говорит о том, что главная задача в его деятельности - возврат внешних долгов. Какие там, к черту, наука, высокие технологии, культура и образование?

На этапе грандиозных ГКО-спекуляций финансовая система России прекратила свое существование. Одновременно завершилась и приватизация, которая окончательно угробила оставшиеся от СССР вертикально интегрированные концерны-министерства, превратив их в кучи мелких, разрозненных предприятий. Она покончила с элементами советской хозяйственной системы, ее микроэкономической основой.

Можно ли было поступить иначе? Можно. Например, в России не стали дробить на части и приватизировать атомную вертикально интегрированную корпорацию - Минатом. В нем, в единой цепи, остались и заводы, и конструкторы, и ученые. В итоге отрасль по итогам 2000 года дала пример роста. Она единственной в России уже к 2000-му превзошла советские показатели по выработке энергии на АЭС, чего не сумели сделать все эти сверхприватизированные нефтяники, газовики или металлурги с их огромными зарплатами. В то же время, остались в полном упадке или на грани клинической смерти такие отрасли, как авиастроение, электроника или кораблестроение. Почему? Потому что и здесь были свои вертикально интегрированные корпорации, Минавиапром, Минсудпром, Минрадиопром, но их убили, рассыпали на мелкие кусочки. А если бы их сохранили?

Когда уничтожались единые высокотехнологичные корпорации страны, уничтожались кооперационные связи. И когда это случилось, на радость высокотехнологическим структурам США в элитной промышленности России наступила полная дезорганизация.

Вы знаете, чем кончился этот этап работы "генома смерти" - крушением финансов страны в августе 1998 года. Тогда окончательно умерла советская экономика.

Если РФ - страна капитализма, то мы - танцоры Большого театра

Ну, а что происходит ныне, после катастрофы 1998 года? Что происходит в правление нынешнего президента? И что будет после него?

Злой рок распорядился так, что 1990-е годы стали для России сущим кошмаром. Официально считается, что мы капитализм строили. Но что получилось в итоге - никто толком объяснить не может. Потому что строй реформенной Россиянии никаким капитализмом считаться не может!

Ну не может быть капитализма, при котором капиталисты разоряют и грабят собственные же предприятия! Ведь капитал-то - это вовсе не деньги. Деньги были тысячи лет в человеческой истории. Однако капитализм возник лишь пятьсот лет назад, когда богачи на свои золотые купили станки и машины, сырье и здания, наняли рабочих - и принялись вести прибыльное хозяйство. Капитал - это не деньги, а прежде всего наемный труд, основные фонды, все те же промышленные машины, которые регулярно приносят прибыль.

У нас-то по этому признаку никакого капитализма не было и нет! Ведь наши "капиталисты" капитал разрушали - ломали собственные заводы, доводили оборудование до ручки, меняли все это на банальные деньги, которые клали в личные карманы. Зачастую - за рубежом. Они превращали основные фонды в доллары, хотя все должно было твориться как раз наоборот. И какой, к бесу, может быть капитализм, при котором прибыльность производства - 15-20 процентов, а кредиты дают под двадцать пять-тридцать? Ведь кредит-то при капитализме идет на производительные нужды. И что же это за капитализм по-россиянски, при котором наши капиталисты вместо технологического совершенствования производства только и делали, что его огрубляли и примитизировали?

Чего же мы построили-то в 1990-х? Давайте попробуем эту загадку разгадать.

Капитализм - это накопление. Мы же с вами знаем, что в 1990-е годы наступил разгул самого дикого, самого разнузданного потребления. Потребляли мы матушку-Россию по полной программе. То есть, продолжалась в самых гомерических пределах все та же скотская "Большая сделка". Трудящиеся снова получили право на изобилие импортных товаров при остановившейся промышленности, получили возможность дальше превращаться в стадо свиней, с хрюканьем пожирающих будущее собственных детей. В 1996 году массы людей голосовали вполне искренне за глубоко больного, одержимого странными маниями, спившегося деятеля, на самом деле голосуя за полные прилавки магазинов. Совершенно не думая при этом - а за счет чего они полны?

В представленой статье изложена точка зрения автора, ее написавшего, и не имеет никакого прямого отношения к точке зрения ведущего раздела. Данная информация представлена как исторические материалы. Мы не несем ответственность за поступки посетителей сайта после прочтения статьи. Данная статья получена из открытых источников и опубликована в информационных целях. В случае неосознанного нарушения авторских прав информация будет убрана после получения соответсвующей просьбы от авторов или издателей в письменном виде.

e-mail друга: Ваше имя:


< 2017 Сегодня < Ноя >
ПнВтСрЧтПтСбВс
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930   
Сотрудничество
Реклама на сайте



Реклама