Site map 1Site map 2Site map 3Site map 4Site map 5Site map 6Site map 7Site map 8Site map 9Site map 10Site map 11Site map 12Site map 13Site map 14Site map 15Site map 16Site map 17Site map 18Site map 19Site map 20Site map 21Site map 22Site map 23Site map 24Site map 25Site map 26Site map 27Site map 28Site map 29Site map 30Site map 31Site map 32Site map 33Site map 34Site map 35Site map 36Site map 37Site map 38Site map 39Site map 40Site map 41Site map 42Site map 43Site map 44Site map 45Site map 46Site map 47Site map 48Site map 49Site map 50Site map 51Site map 52Site map 53Site map 54Site map 55Site map 56Site map 57Site map 58Site map 59Site map 60Site map 61Site map 62Site map 63Site map 64Site map 65Site map 66Site map 67Site map 68Site map 69Site map 70Site map 71Site map 72Site map 73Site map 74Site map 75Site map 76Site map 77Site map 78Site map 79Site map 80Site map 81Site map 82Site map 83Site map 84Site map 85Site map 86Site map 87Site map 88Site map 89Site map 90Site map 91Site map 92Site map 93Site map 94Site map 95Site map 96Site map 97Site map 98Site map 99Site map 100Site map 101Site map 102Site map 103Site map 104Site map 105Site map 106Site map 107Site map 108Site map 109Site map 110Site map 111Site map 112Site map 113Site map 114Site map 115Site map 116Site map 117Site map 118Site map 119Site map 120Site map 121Site map 122Site map 123Site map 124Site map 125Site map 126Site map 127Site map 128Site map 129Site map 130Site map 131Site map 132Site map 133Site map 134Site map 135Site map 136Site map 137Site map 138Site map 139Site map 140Site map 141Site map 142Site map 143Site map 144Site map 145Site map 146Site map 147Site map 148Site map 149Site map 150Site map 151Site map 152Site map 153Site map 154Site map 155Site map 156Site map 157Site map 158Site map 159Site map 160Site map 161Site map 162Site map 163Site map 164Site map 165Site map 166Site map 167Site map 168Site map 169Site map 170Site map 171Site map 172Site map 173Site map 174Site map 175Site map 176Site map 177Site map 178Site map 179Site map 180Site map 181Site map 182Site map 183Site map 184Site map 185Site map 186Site map 187Site map 188Site map 189Site map 190Site map 191Site map 192Site map 193Site map 194Site map 195Site map 196Site map 197Site map 198Site map 199Site map 200Site map 201Site map 202Site map 203Site map 204Site map 205Site map 206Site map 207Site map 208Site map 209Site map 210Site map 211Site map 212Site map 213Site map 214Site map 215Site map 216Site map 217Site map 218Site map 219Site map 220Site map 221Site map 222Site map 223Site map 224Site map 225Site map 226Site map 227Site map 228Site map 229Site map 230Site map 231Site map 232Site map 233Site map 234Site map 235Site map 236Site map 237Site map 238Site map 239Site map 240Site map 241Site map 242Site map 243Site map 244Site map 245Site map 246Site map 247Site map 248Site map 249Site map 250Site map 251Site map 252Site map 253Site map 254Site map 255Site map 256Site map 257Site map 258Site map 259Site map 260Site map 261Site map 262Site map 263Site map 264Site map 265Site map 266Site map 267Site map 268Site map 269Site map 270Site map 271Site map 272Site map 273Site map 274Site map 275Site map 276Site map 277Site map 278Site map 279Site map 280Site map 281Site map 282Site map 283Site map 284Site map 285Site map 286Site map 287Site map 288Site map 289Site map 290Site map 291Site map 292Site map 293Site map 294Site map 295Site map 296Site map 297Site map 298Site map 299Site map 300Site map 301Site map 302Site map 303Site map 304Site map 305Site map 306Site map 307Site map 308Site map 309Site map 310Site map 311Site map 312Site map 313Site map 314Site map 315Site map 316Site map 317Site map 318Site map 319Site map 320Site map 321Site map 322Site map 323Site map 324Site map 325Site map 326Site map 327Site map 328Site map 329Site map 330Site map 331Site map 332Site map 333Site map 334Site map 335Site map 336Site map 337Site map 338Site map 339Site map 340Site map 341Site map 342Site map 343Site map 344Site map 345Site map 346Site map 347Site map 348Site map 349Site map 350Site map 351Site map 352Site map 353Site map 354Site map 355Site map 356Site map 357Site map 358Site map 359Site map 360Site map 361Site map 362Site map 363Site map 364Site map 365Site map 366Site map 367Site map 368Site map 369Site map 370Site map 371
english


 
 

О нас | О проекте | Как вступить в проект? | Подписка

 

Разделы сайта

Новости Армии


Вооружение

Поиск
в новостях:  
в статьях:  
в оружии и гр. тех.:  
в видео:  
в фото:  
в файлах:  
Реклама

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. Русский раскол
Отправить другу

ГЛАВА 5. Последний император

Космический штрих к картине

В 1936 году на экраны нашей страны вышел фантастический фильм "Космический рейс" Василия Журавлева.

Он потряс воображение русских. Сделанный с привлечением лучших ученых, этот советский блокбастер рассказывал о том, как космический корабль с двумя пилотами должен стартовать на Луну в 1946 году! Примечательная деталь: знаменитый Спилберг, собираясь в 2000 году снимать "Особое мнение", пригласил целую команду ученых и футуристов, чтобы они нарисовали ему облик Америки через полвека. Но Спилберг только повторил то, что делалось в сталинском СССР при съемках "Космического рейса". Там ракетоплан стартует на фоне панорамы будущей Москвы, смоделированной лучшими архитекторами!

Этот фильм помогал делать первопроходец русской космической эры - Эдуард Циолковский. Внимательно проштудировав сценарий, он сделал множество рисунков и схем, показывая - как должен стартовать космический аппарат, как он станет прилуняться и взлетать обратно, как будет вести себя экипаж в полете. Поразительно, но именно Циолковский предложил ввести в фильм посадку возвращающегося на Землю ракетоплана с помощью гигантского парашюта. Тогдашние летчики подняли эту деталь на смех, но Журавлев послушал Циолковского - и снял посадку экспедиции именно так. Когда сорок пять лет спустя этот фильм показали советским космонавтам, они дружно зааплодировали гениальному предвидению. Более того, альбомы с рисунками и теоретическими выкладками, сделанными при создании "Космического рейса", потом издали в виде научного труда, а потом и вовсе использовали при подготовке к настоящим космическим полетам двадцать лет спустя. Случай, беспрецедентный в мировой кинематографии! (Дмитрий Караваев. "На перепутье трех дорог" - "журнал "Если", N10, 2004 г.).

Этот фильм поражал своей реалистичностью и русскостью. В ангаре рядом с первым уходящим в космос ракетопланом "СССР-1" стояли уже два других - "Сталин" и "Ворошилов". А командиром экипажа выступал крепкой седобородый старик-профессор, похожий в черном кожаном шлеме на былинного Илью Муромца...

Трудно поверить в то, что еще за несколько лет до съемок этой ленты страна балансировала на грани новой катастрофы, на грани голода и ожесточенной междоусобной войны.

1930-е годы... Время Сталина. Гражданская война для людей тридцатых была совсем недавно! Каких-то полтора десятка лет назад. Это примерно столько же, сколько прошло от момента распада СССР и днями, в которые мы пишем эту книгу. Для людей тех лет ужасы русской междоусобной бойни были совсем-совсем рядом. Не понимая этого, мы никогда не поймем феномена Сталина. Старая Россия к семнадцатому году умерла окончательно. Восстанавливать было просто нечего. Выход виделся в одном - в создании нового общества, новой страны, нового народа...

Именно эта миссия и выпала на долю бывшего семинариста, революционера и самоучки. На долю Иосифа Виссарионовича Сталина. Человеку, который начал строительство империи-звездолета.

Из тупика

Обозревая историю прошедшего века, никто и никогда не сможет пройти мимо фигуры невысокого человека в скромном полувоенном френче и с неизменной трубкой. Мимо личности Последнего Императора. Прежде чем судить о Сталине, посмотрим-ка на время, в которое ему пришлось нести бремя власти. Западу сильная, имперская Россия была ни к чему. Он не без оснований рассчитывал на то, что она превратится в слаборазвитую страну, где промышленность будет носить колониальный характер, а масса населения переместится из городов в деревню. В этой деградировавшей, ослабевшей стране установится репрессивный, полицейский режим с инородческой партийной верхушкой. Любое недовольство в стране окажется подавленным с помощью ЧеКа и частей особого назначения. Деиндустриализованная и оставшаяся без золотого запаса Советская Россия, по мысли тогдашних властителей мира, превратится в сырьевой придаток Запада, где лучшие месторождения передадут в бессрочные концессии западным компаниям. Стране предстояло стать поставщиком леса, дешевых зерна, нефти и руды, одновременно -покупателем западных негодных товаров, устаревших машин и прочего барахла. В общем, СССР 1920-х годов отводили место крепостнической, отсталой России. А правящая Всероссийская коммунистическая партия большевиков, ВКП(б) должна была стать своеобразным "коллективным гауляйтером", администрацией западной колонии. В России, по замыслам архитекторов метаполитики, предстояло создать пирамидальное общество, в основании которого - безгласные и бесправные русские массы, а на вершине, парящей над основанием - группа из интернационалистов. При этом Западу не придется тратиться на содержание в России своей колониальной администрации и оккупационных частей.

Поэтому Запад, на словах не признавая большевиков, на деле им особо не мешал. Белогвардейцы, пытаясь найти помощь в Англии, Франции и США, бились, точно рыба об лед. (Это, кстати, вполне объясняет то, почему многие белогвардейцы впоследствии пошли на службу Гитлеру). И, казалось, красная власть оправдывает надежды Запада. Значительная часть горно-обогатительных заводов, нефтяных полей и т.п. - была переданной в концессии и другие кабальные формы использования так называемым "западным друзьям" Советской России, вроде небезызвестного Арманда Хаммера.

Именно такое наследие и досталось Сталину - будущему великому императору. Последнему Императору ХХ столетия.

Поставьте себя на место Сталина году в 1927-м. Если говорить современным языком, то ему досталась совершенно конченая, безнадежно отсталая страна.

По всем аналитическим выкладкам выходило, что впереди - недолгая, но мучительная агония Советской России. И дальше - конец. Либо после военного поражения, либо из-за экономической катастрофы. В конце двадцатых страна сползала к новой национальной Хиросиме.

Казалось, жизнь подтверждает худшие прогнозы. С 1927 года в стране начался кризис хлебозаготовок. Рушилась хрупкая стабильность нэпа. Города с устаревшей, неконкурентоспособной промышленностью были не в силах дать селу нужные товары - и деревня отказывалась продавать городам хлеб. Приходилось вводить продовольственные карточки. Да и в самих городах что? Безработица. Нищета. Разгул криминала. Засилье бюрократии, чудовищно разросшейся вширь и вглубь. И над страной снова встают леденящие кровь призраки - голода, войны крестьян с горожанами...

Когда вам в тысячный раз примутся твердить о страшных преступлениях параноика и мегаломаньяка Сталина, о кошмарах его террора, вспомните-ка наши слова. Закройте глаза и подумайте: а каков был выбор? В конце двадцатых годов страна сползала к новому хаосу, крови, голоду и эпидемиям. Представьте себе все это. И "парад суверенитетов", и дикую резню, и тьмы всяких батек с атаманами. И пришествие бывших белых, способных принести с собой только жажду мести и кровавые расправы, но никак не капиталы для возрождения страны - потому что капиталов они давным-давно лишились. Видите миллионы трупов? И еще иностранных интервентов. Японцев в Забайкалье, например. Нам пришлось видеть документальные кадры того, как японские каратели живьем закапывают в землю людей в оккупированном Китае. Камера выхватывает лицо связанного китайца, на которого летят комья земли. Страшное лицо обреченного... Думаете, русских ждало иное?

Несколько лет назад группа историков, экономистов и математиков провела комплексное исследование в рамках суперсовременного научного направления - математической истории. Суть состоит в моделировании истории, проверки альтернативных вариантов возможного развития событий. Так вот, ученые, потратив три года времени и много денег спонсоров, просчитали различные варианты развития Советского Союза с конца 1920-х годов. Поразительно, но результаты показали, что различные альтернативы сталинскому курсу, базирующие на программах правой и левой оппозиции, а также рецепты, предлагавшиеся специалистами-экономистами старой закалки в 1920-е годы, вели в итоге к гораздо большим жертвам среди советского народа, чем в реальной истории. Они неизбежно заканчивались коллапсом государства и полным распадом системы уже во второй половине 1930-х годов. Причем, катализатором распада по одним вариантам становилась проигранная война, а по другим - дошедшие до цивилизационной схватки противоречия между городом и деревней.

Гигантские жертвы были, как мы видим, обязательным условием российской динамики. Разница состояла только в одном, но решающем обстоятельстве. В реальной истории, в сталинском мире эти жертвы были положены на алтарь материализации новой реальности, строительства нового мира, на развитие и процветание. А в других вариантах (к счастью, не реализованных), несмотря на весь их кажущийся гуманизм и привлекательность их программ, жертвы оказались бы совершенно напрасными, бессмысленными, ведущими лишь к деструкции и хаосу, полному и окончательному уничтожению русской цивилизационной матрицы.

Сталину удалось сделать невозможное. Он не только удержал страну на краю пропасти, но и бросил ее в прорыв...

Но чего это стоило! Вернемся год этак в 1928-й. Положение скверно. Давайте начнем с самого главного - с человеческого фактора. Итак, нужно из ничего создать новую страну. Но с кем? Конечно, были пламенные энтузиасты вроде Павки Корчагина, готовые работать, стоя по грудь в ледяной воде, или же создавать планетарии даже на Чукотке. Были рыцари без страха и упрека. Но ведь рядом с ними существовало громадное большинство совсем других людей. То был народ, привыкший убивать, насиловать и грабить. Ещё недавно он упоенно предавался погрому своей же страны.

Это был народ, искореженный не только трехвековым господством династии Романовых. Его сформировала и страшно кровавая Первая мировая, и Гражданская - эта репетиция ада на земле. И еще чудовищным голодом начала 20-х, сравнимым по смертоносным опустошениям разве что со средневековой чумой. И все эти годы народ жил в ожидании новой катастрофы. Народ на своей шкуре испытал слабость добра, бесцельность порядочности, вредность человечности. Он воочию убедился во всесилии зла в этом мире. Насилие виделось ему универсальным и очень эффективным средством для решения любых проблем. Этика нравственности и труда? Ее отбросили прочь, как битую молью рухлядь! Зло, вырвавшееся из преисподней в 1917-м, по-прежнему затапливало страну. Оно лишь немного успокоилось - но надолго ли?

В те годы мы имели армию людей, которые делали революцию всю сознательную жизнь, которые не умели ничего, кроме как разрушать все до основанья. Еще была целая армия так называемой интеллигенции всех цветов и оттенков, которая вот уже век воспитывалась в ненависти к России и которая не умеет делать ничего, кроме как ниспровергать и уничтожать все, что попадется под руку: империю, христианскую веру, "устарелую мораль", привычные половые отношения, старое искусство.

"Трагически погибший в сталинском концлагере беллетрист А.П.Каменский (1876-1941) приобрел в начале ХХ века громкую славу как проповедник полной свободы и естественности человеческих и сексуальных отношений. В сборник включен его знаменитый роман-бестселлер "Люди" (1910), герои которого проделывают над собой рискованные эксперименты, проверяя в парадоксальных ситуациях разные обличия любви, обличия и страсти...", - прочли мы в одной из нынешних книг. И захлопнули ее с чувством теплой благодарности к Сталину.

Итак, что Красный император имел в своем распоряжении? Жили и здравствовали "герои" Гражданской войны - буйная, анархичная орава, привыкшая к митинговщине и скандальному выяснению отношений. Настоящие бандиты, полевые командиры. Живы-здоровы революционные матросы ("ревматы"), творившие такое, что ни в сказке сказать, ни пером описать. В стране есть сотни тысяч бывших бойцов анархических армий "зеленых" и батьки Махно, познавших вкус грабежа и убийств.

"Ах!" - вздохнет иной нынешний читатель - "Это все большевики, эти богоборцы и варвары, Швондеры и Шариковы! А вот рыцари белого движения - это были люди, которые пали жертвой режима уголовников!" Прекратите говорить дешевыми штампами! Мы уже достаточно читали воспоминания белых же вождей, а потому знаем, какой отвратительный сброд жил в тылу белых армий! Как он воровал и мошенничал, а не за "великую Россию" дрался. И многие из них оставались в Советской России!

А знаете, что творилось в 1920-е? Бессмертный "Золотой телёнок" Ильфа и Петрова - это настоящая энциклопедия воровства и мошенничества, которое пронизывало Россию в те годы. Перечитайте эту книгу, коль забыли ее антураж. А отец одного из нас, еще в молодости листавший подшивки советских газет 1920-х годов, рассказывал, что все они переполнялись материалами о преступности, о диких афёрах, воровстве управляющих предприятиями, о сращивании организованной преступности и махинаторов с партийно-советским аппаратом, о массе ложных кооперативов, которые выкачивали деньги из заводов и фабрик в карманы беззастенчивых дельцов. Потом и нам самим довелось почитать статьи русской эмиграции 1920-х о тогдашнем положении в России. Знаете - мы увидели примерно то же самое, что происходило при Горбачёве и в ранние 1990-е годы.

Так что человеческий капитал Сталину достался такой, что и врагу не пожелаешь. Сладить с таким одичанием и разложением можно было только железной рукой.

"Конченая страна" образца 1920-х

Что у нас еще имеется к 1927 году? Обескровленная, разваленная, деградировавшая промышленность, существующая лишь как воспоминание о русском подъеме начала ХХ века. Что построено? Ни одного нового завода. Ни одной крупной электростанции. Ни одного мало-мальски значимого транспортного проекта. Огромные деньги вывезены из страны ленинской гвардией, белогвардейцами и западниками. Кстати, читатель, тебе все это ничего не напоминает?

Отброшенное почти на триста лет назад сельское хозяйство, где вместо тракторов и механических плугов использовались в лучшем случае лошади, а в худшем - собственный горб. Сельское хозяйство после разгрома крупных хозяйств деградировало, его товарность упала по сравнению с царскими временами. Деревня вернулась в состояние первобытнообщинной эпохи. Восемьдесят процентов ее хозяйств работают только на самопрокорм.

И еще был разбалансированный, не способный к развитию хозяйственный механизм, представляющий собой уродливый симбиоз бессильного административного планирования и спекулятивного рынка, разрушающего последние остатки эффективного хозяйствования, и с неизбежностью толкающего страну к голоду.

Займов нам никто не давал. При этом у России уже не имелось прежнего золотого запаса - он разграблен соединенными силами большевиков, белогвардейцев и иностранных союзников. Нужны тракторы и комбайны - но их нет. Нет моторостроения, нет авиапрома, нет электротехники и радиопромышленности. Нет развитого машиностроения, без которого в индустриальной эпохе - смерть. Армия? Плохо вооруженная масса с ничтожным парком старых автомобилей, трофейных танков времен Первой Мировой и потрепанных боевых самолетов. И вот страшными противником для такой страны становятся не гиганты калибра Франции, Германии или Англии, а и Польша, и Румыния...

А в это же самое время остальной мир уходил В мире вступала в самый расцвет Индустриальная эра. На заводах Форда запустили конвейер. Бурное развитие переживали моторостроение, автопромышленность, тонкая химия, радиотехника, промышленность приборов, производство синтетических материалов, совершенных сталей и сплавов. В мире шла стремительная электрификация промышленности. Прогрессировала авиационная техника. Отсталость России становилась не просто большой, как в 1913-м, а просто чудовищной. Еще немного - и маленькие западные армии смогли бы бить нас, словно бескрылых пингвинов. Пока мы все еще воевали пешком да на конях, на Западе настала эра механизированных дивизий, массированных ударов с воздуха. Там, за границами, вставал совершенно другой, чужой и могущественный мир, готовый поглотить Советскую Россию, как когда-то промышленная Британия поглотила Индию.

Все это происходило на планете, по сути враждебной красному миру, который пытались создать в Советской России, в стране одновременно рванувшей в завтра и оказавшейся в своей реальной жизни даже не вчера, а в позавчера, в прошлом, от которой остальной мир ушел в несколько десятилетий назад.

Культурно-психологический крах

Но это не самое страшное. Самое тяжелое для России было то, что в стране сломался культурно-психологический "генотип". Оказался почти уничтоженным творческий, позитивный настрой.

Можно сказать, что Россия к концу 1920-х годов стала территорией гибели, разрушения, страдания и смерти. Состояние инфосферы можно было охарактеризовать только одним четким и конкретным научным словом - деструкция. То есть - разрушение, распад, катастрофа. Иначе не могло быть.

В Первую мировую войну погибло два миллиона русских людей. А еще шесть миллионов сгинуло в лихолетье Гражданской войны, В войне истребительной, бессмысленной и разрушающей саму основу русского топоса, его смысл. Но это не все. Еще от четырех до шести миллионов людей умерло в голодные послевоенные годы, когда отброшенное в средневековье хозяйство не смогло кормить не только города, но уже и само крестьянство. Это хозяйство не могло поддерживать жизнь у населения центра, промышленность которого остановилась.

От 12 до 15 миллионов лучших русских людей - вот цена, которую Россия заплатила в первые двадцать лет ХХ века за тупики своего развития, за врожденную исковерканность социодинамики, за трагический разлад между топосом и реальностями жизни, за измену своему историческому предназначению.

Но и это еще не все. Дело заключается не только в человеческих потерях. Не менее гибельной для перспектив Советской России 1920-х стала и утрата подавляющей частью населения навыков эффективного труда. Труд за эти годы превратился в тягло, в безумно тяжелую и непродуктивную деятельность. Без работы - верная смерть работнику и его семье. Но в Советской России 20-х годов он не мог дать ничего, кроме нищенского, беспросветного и унылого существования. Без счастья, без радости и без надежд.

Надломилась психическая структура русского народа. Ее хватило, чтобы выдержать прыжок из старого мира в новый, но вместо счастья, радости творчества и богатства возможностей обнаружилась страшная, голодная и несправедливая повседневность. Она сковывала свинцом и казенным мраком все благородные порывы, замораживала чувства и устремления. Народ ушел из Вчера, но счастливое Завтра так и не наступило. Вместо него пришло свинцовое безвременье, выход из которого был только в смерти. Никогда в мире не было такого высокого процента самоубийств, как в Москве и Питере 1920-х годов. Весь смысл существования строя России 1920-х был лишь в продлении тусклой, однообразной жизни. Революция обещала наделить каждого смыслом. Но надежды оказались обманутыми. Воцарилась эпоха бессмыслицы. И вот среди сумятицы и уныния пришедшая к власти элита лихорадочно пыталась найти выход. Выход виделся либо со стороны старого мира, где можно было выторговать наиболее почетные условия капитуляции. Либо можно было попытаться загородиться от старого мира, накопить силы, нанести по нему удар. И то, и другое было полной утопией.

Оправдана ли была революция? Да. Была ли она катастрофой? Да. Но такой катастрофой, которая продлила время существования и дала шанс на возрождение. Революция стала костром для птицы Феникс, а не землей для покойника. Это понял Иосиф Джугашвили, известный мировой истории как Иосиф Сталин, последний красный император. Он понял. И сверхчеловеческим рывком сумел поднять из пепла умершую цивилизацию, придать ей новый импульс развития, дать ей шанс на завтрашний день. Шанс, которым не поздно воспользоваться и сегодня...

Опыт невозможного

То, о чем мы расскажем дальше, уважаемые читатели, не является, конечно, точной реконструкцией замысла Сталина, исследованием замысла, воплотившегося в великой Красной империи, сверхдержавы ХХ века. Мы постараемся объективно и очень коротко рассказать тебе, читатель, какие главные задачи решал и решил Сталин, что было стержнем его программы? Почему цена за строительство империи была столь высока и, наконец, оправдана ли она в исторической перспективе или нет? Был ли другой путь, были ли другие возможности для выживания русской цивилизации? Для продления ее существования, для того, чтобы воскреснуть и явить себя миру во всем величии и блеске и великолепии могущества, благоденствия и духовности?

Итак, Сталину было необходимо на что-то опереться. И опора у него нашлась только одна - тот блистающий, манящий и по-прежнему прекрасный, особенно для молодежи, идеал новой реальности завтрашнего мира - мира, в котором главными станут труд и творчество. Мира созидания, мира, в котором нет места эксплуатации. Мира, где каждый может получить то, что он заработал. Мира, где за счет труда, творчества, раскрытия духовных способностей человека, за счет совершенно другого настроения людей и эффективной организации хозяйства будет достигнут неизмеримо более высокий, чем в старом мире, уровень развития. Возникнет сверхновый мир, где желания человека будут разумны, в котором духовность возьмет верх над материальным, а ответственность перед коллективом перевесит эгоизм. Мир, где все понимают: чтобы наступило счастливое завтра, сегодня надо терпеть лишения, трудиться. Если надо, то придется быть готовым к лишениям и жертвам...

Сталин искренне верил в возможность мира без эксплуатации, свободного от неуверенности в завтрашнем дне, от "оскотинивания людей". И, как бы ни кощунственно это звучало для многих, но Сталин и его соратники действительно старались воплотить новую реальность, где будут господствовать труд, добро и справедливость.

И нельзя сказать, что у них ничего не получилось. Получилось многое, хотя далеко не все. И не только из-за ошибок. Главной причиной неудач стала метрика текущей реальности, не желавшая уступать своего места. Она сопротивлялась титаническим усилиям сталинцев, трансформировала их новый мир, привносила в него чужеродные черты. Из-за хронической и трагической нехватки времени в ход шли совсем не изощренные и предельно эффективные в нормальных условиях психоисторические технологии, а самые экстремальные методы. Это когда оправдано все - лишь бы не случилось непоправимого.

В представленой статье изложена точка зрения автора, ее написавшего, и не имеет никакого прямого отношения к точке зрения ведущего раздела. Данная информация представлена как исторические материалы. Мы не несем ответственность за поступки посетителей сайта после прочтения статьи. Данная статья получена из открытых источников и опубликована в информационных целях. В случае неосознанного нарушения авторских прав информация будет убрана после получения соответсвующей просьбы от авторов или издателей в письменном виде.

e-mail друга: Ваше имя:


< 2017 Сегодня < Фев >
ПнВтСрЧтПтСбВс
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728     
Сотрудничество
Реклама на сайте




Реклама