Site map 1Site map 2Site map 3Site map 4Site map 5Site map 6Site map 7Site map 8Site map 9Site map 10Site map 11Site map 12Site map 13Site map 14Site map 15Site map 16Site map 17Site map 18Site map 19Site map 20Site map 21Site map 22Site map 23Site map 24Site map 25Site map 26Site map 27Site map 28Site map 29Site map 30Site map 31Site map 32Site map 33Site map 34Site map 35Site map 36Site map 37Site map 38Site map 39Site map 40Site map 41Site map 42Site map 43Site map 44Site map 45Site map 46Site map 47Site map 48Site map 49Site map 50Site map 51Site map 52Site map 53Site map 54Site map 55Site map 56Site map 57Site map 58Site map 59Site map 60Site map 61Site map 62Site map 63Site map 64Site map 65Site map 66Site map 67Site map 68Site map 69Site map 70Site map 71Site map 72Site map 73Site map 74Site map 75Site map 76Site map 77Site map 78Site map 79Site map 80Site map 81Site map 82Site map 83Site map 84Site map 85Site map 86Site map 87Site map 88Site map 89Site map 90Site map 91Site map 92Site map 93Site map 94Site map 95Site map 96Site map 97Site map 98Site map 99Site map 100Site map 101Site map 102Site map 103Site map 104Site map 105Site map 106Site map 107Site map 108Site map 109Site map 110Site map 111Site map 112Site map 113Site map 114Site map 115Site map 116Site map 117Site map 118Site map 119Site map 120Site map 121Site map 122Site map 123Site map 124Site map 125Site map 126Site map 127Site map 128Site map 129Site map 130Site map 131Site map 132Site map 133Site map 134Site map 135Site map 136Site map 137Site map 138Site map 139Site map 140Site map 141Site map 142Site map 143Site map 144Site map 145Site map 146Site map 147Site map 148Site map 149Site map 150Site map 151Site map 152Site map 153Site map 154Site map 155Site map 156Site map 157Site map 158Site map 159Site map 160Site map 161Site map 162Site map 163Site map 164Site map 165Site map 166Site map 167Site map 168Site map 169Site map 170Site map 171Site map 172Site map 173Site map 174Site map 175Site map 176Site map 177Site map 178Site map 179Site map 180Site map 181Site map 182Site map 183Site map 184Site map 185Site map 186Site map 187Site map 188Site map 189Site map 190Site map 191Site map 192Site map 193Site map 194Site map 195Site map 196Site map 197Site map 198Site map 199Site map 200Site map 201Site map 202Site map 203Site map 204Site map 205Site map 206Site map 207Site map 208Site map 209Site map 210Site map 211Site map 212Site map 213Site map 214Site map 215Site map 216Site map 217Site map 218Site map 219Site map 220Site map 221Site map 222Site map 223Site map 224Site map 225Site map 226Site map 227Site map 228Site map 229Site map 230Site map 231Site map 232Site map 233Site map 234Site map 235Site map 236Site map 237Site map 238Site map 239Site map 240Site map 241Site map 242Site map 243Site map 244Site map 245Site map 246Site map 247Site map 248Site map 249Site map 250Site map 251Site map 252Site map 253Site map 254Site map 255Site map 256Site map 257Site map 258Site map 259Site map 260Site map 261Site map 262Site map 263Site map 264Site map 265Site map 266Site map 267Site map 268Site map 269Site map 270Site map 271Site map 272Site map 273Site map 274Site map 275Site map 276Site map 277Site map 278Site map 279Site map 280Site map 281Site map 282Site map 283Site map 284Site map 285Site map 286Site map 287Site map 288Site map 289Site map 290Site map 291Site map 292Site map 293Site map 294Site map 295Site map 296Site map 297Site map 298Site map 299Site map 300Site map 301Site map 302Site map 303Site map 304Site map 305Site map 306Site map 307Site map 308Site map 309Site map 310Site map 311Site map 312Site map 313Site map 314Site map 315Site map 316Site map 317Site map 318Site map 319Site map 320Site map 321Site map 322Site map 323Site map 324Site map 325Site map 326Site map 327Site map 328Site map 329Site map 330Site map 331Site map 332Site map 333Site map 334Site map 335Site map 336Site map 337Site map 338Site map 339Site map 340Site map 341Site map 342Site map 343Site map 344Site map 345Site map 346Site map 347Site map 348Site map 349Site map 350Site map 351Site map 352Site map 353Site map 354Site map 355Site map 356Site map 357Site map 358Site map 359Site map 360Site map 361Site map 362Site map 363Site map 364Site map 365Site map 366Site map 367Site map 368Site map 369
english


 
 

О нас | О проекте | Как вступить в проект? | Подписка

 

Разделы сайта

Новости Армии


Вооружение

Поиск
в новостях:  
в статьях:  
в оружии и гр. тех.:  
в видео:  
в фото:  
в файлах:  
Реклама

Действия разведок
Отправить другу

Четверо из великолепной «пятерки»

В ян­вар­ском но­ме­ре "Бра­тиш­ки" за 2004 год мы опуб­ли­ко­ва­ли очерк "Су­пер­агент по про­зви­щу Сы­нок" - о вы­даю­щем­ся со­вет­ском раз­вед­чи­ке Ки­ме Фил­би.

Во­круг это­го че­ло­ве­ка сло­жи­лась зна­ме­ни­тая кем­бридж­ская (или, как ее еще на­зы­ва­ют, ве­ли­ко­леп­ная) пя­тер­ка.

Чет­ве­ро со­рат­ни­ков Га­роль­да Ад­риа­на Рас­се­ла (та­ко­во бы­ло под­лин­ное имя Фил­би) - До­нальд Мак­лин (Мак­лейн), Гай Берд­жесс, Эн­то­ни Блант и Джон Керн­к­росс - то­же бы­ли весь­ма не­за­уряд­ны­ми людь­ми и ока­за­ли СССР по­ис­ти­не бес­цен­ную по­мощь как на­ка­ну­не и в хо­де жес­то­чай­шей схват­ки с фа­шиз­мом, так и в пер­вые по­сле­во­ен­ные го­ды. Не­да­ром пер­вый ди­рек­тор ЦРУ Ал­лен Дал­лес на­звал чле­нов кем­бридж­ской пя­тер­ки "са­мой силь­ной раз­ве­ды­ва­тель­ной груп­пой вре­мен Вто­рой ми­ро­вой вой­ны".

Сте­фан, он же От­то

Кре­ст­ный от­цом кем­бридж­ской пя­тер­ки явил­ся со­вет­ский раз­вед­чик Ар­нольд Дейч, на­хо­див­ший­ся за ру­бе­жом с пас­пор­том на имя ав­ст­рий­ца Сте­фа­на Лан­га (опе­ра­тив­ный псев­до­ним в пе­ре­пис­ке с Цен­тром - Сте­фан, а бу­ду­щие ге­рои тай­ной вой­ны - гра­ж­да­не Ве­ли­ко­бри­та­нии зна­ли его под име­нем От­то). В Анг­лии он ра­бо­тал с ок­тяб­ря 1933 го­да, бу­ду­чи штат­ным со­труд­ни­ком Ино­стран­но­го от­де­ла ОГ­ПУ. Ро­див­шись в Ве­не 21 мая 1904 го­да в се­мье мел­ко­го ком­мер­сан­та (быв­ше­го сель­ско­го учи­те­ля), Ар­нольд с юно­ше­ских лет уча­ст­во­вал в ре­во­лю­ци­он­ном дви­же­нии, в 1924 го­ду всту­пил в ком­пар­тию Ав­ст­рии, ра­бо­тал в под­поль­ной ор­га­ни­за­ции Ко­мин­тер­на в Ве­не. Па­рал­лель­но учил­ся и в 1928 го­ду за­кон­чил Вен­ский уни­вер­си­тет, по­лу­чив ди­плом док­то­ра фи­ло­со­фии. 

Ар­нольд Дейч с до­че­рьюВ том же го­ду Дейч впер­вые по­се­тил Мо­ск­ву, прие­хав с ав­ст­рий­ской ра­бо­чей де­ле­га­ци­ей на спар­та­киа­ду. Оче­вид­но, в этот при­езд на не­го и по­ло­жи­ла глаз со­вет­ская внеш­няя раз­вед­ка. Но пре­ж­де чем окон­ча­тель­но свя­зать с ней судь­бу, Дейч по­ез­дил по све­ту в ка­че­ст­ве ко­мин­тер­нов­ско­го курь­е­ра и связ­ни­ка, по­се­тив Ру­мы­нию, Гре­цию, Си­рию, Па­ле­сти­ну...

В 1932 го­ду Дейч по­лу­чил от Лу­бян­ки офи­ци­аль­ное при­гла­ше­ние в кад­ры раз­вед­чи­ков, и с той по­ры стал за­кор­дон­ным не­ле­га­лом, спе­циа­ли­зи­ру­ясь на го­су­дар­ст­вах Цен­траль­ной Ев­ро­пы. До при­ез­да в Анг­лию он ус­пел по­ра­бо­тать во Фран­ции, Ита­лии и Гер­ма­нии. Его не­мец­ким "кре­ст­ни­ком" стал офи­цер гес­та­по Вил­ли Ле­ман (агент Брай­тен­бах, об этом офи­це­ре не­мец­ких спец­служб мы ра­нее то­же рас­ска­зы­ва­ли). Ле­ман со­труд­ни­чал с Мо­ск­вой еще с 1929 го­да, но весь­ма ос­то­рож­но. По­сле зна­ком­ст­ва с Дей­чем-Лан­гом сте­пень от­кро­вен­но­сти это­го по­ли­цей­ско­го чи­нов­ни­ка воз­рос­ла, он на­чал ра­бо­тать очень про­дук­тив­но, до­бы­вая все бо­лее цен­ные до­ку­мен­ты, по­рой с рис­ком для жиз­ни. В Лон­дон Ар­нольд Дейч прие­хал за­тем, что­бы прой­ти курс пси­хо­ло­гии в бри­тан­ской выс­шей шко­ле. Та­кая ле­ген­да, по­зво­ляв­шая по­се­щать (за до­воль­но вы­со­кую пла­ту) учеб­ные цик­лы в эли­тар­ных анг­лий­ских ву­зах, бы­ла са­мо­стоя­тель­но вы­бра­на Дей­чем с даль­ним при­це­лом. Он счи­тал, что Мо­ск­ва долж­на сде­лать став­ку на при­об­ре­те­ние пер­спек­тив­ной аген­ту­ры из чис­ла раз­де­ляю­щих ком­му­ни­сти­че­скую идео­ло­гию сту­ден­тов-ин­тел­лек­туа­лов, вы­ход­цев из выс­ше­го об­ще­ст­ва, ко­то­рые впо­след­ст­вии мог­ли бы за­нять пре­стиж­ные долж­но­сти в ми­ни­стер­ст­ве ино­стран­ных дел, в спец­служ­бах, в ор­га­нах го­су­дар­ст­вен­но­го управ­ле­ния. Та­кая по­ли­ти­ка, счи­тал Дейч, по­зво­лит в бу­ду­щем, во-пер­вых, ус­пеш­но ре­шать за­да­чи про­ник­но­ве­ния в за­мыс­лы, пла­ны и дей­ст­вия вра­ж­деб­но на­стро­ен­ных к Со­вет­ско­му Сою­зу кру­гов, а во-вто­рых, даст Лу­бян­ке и Куз­нец­ко­му мос­ту (так, по мес­ту то­гдаш­не­го раз­ме­ще­ния в Мо­ск­ве час­то на­зы­ва­ли На­род­ный ко­мис­са­ри­ат ино­стран­ных дел) не­зри­мые ры­ча­ги влия­ния на внеш­нюю по­ли­ти­ку Ве­ли­ко­бри­та­нии. Вот по­че­му Ар­нольд и не­боль­шая груп­па по­доб­ран­ных им по­мощ­ни­ко­в-не­ле­га­лов со­сре­до­то­чи­ли свое вни­ма­ние на Кем­брид­же, Окс­фор­де, Лон­дон­ском уни­вер­си­те­те, шко­ле под­го­тов­ки тех­ни­че­ско­го пер­со­на­ла Фо­рин оф­фи­са (бри­тан­ско­го МИ­Да), где из юной эли­ты анг­лий­ско­го об­ще­ст­ва ко­ва­лись кад­ры бу­ду­щих ди­пло­ма­тов, раз­вед­чи­ков и управ­лен­цев...

Вы­бран­ное Сте­фа­ном Лан­гом, как зна­чи­лось в его ав­ст­рий­ском пас­пор­те, по­ло­же­ние "воль­но­го слу­ша­те­ля", по сво­ему же­ла­нию по­се­щав­ше­го те или иные лек­ции, се­ми­на­ры, сту­ден­че­ские круж­ки, бы­ло очень вы­год­ным. С од­ной сто­ро­ны, он имел воз­мож­ность без по­мех об­щать­ся со мно­же­ст­вом сту­ден­тов, при­смат­ри­вать­ся к ним и вы­би­рать нуж­ных для со­вет­ской раз­вед­ки лю­дей. А с дру­гой - вел внеш­не не­при­мет­ную сту­ден­че­скую жизнь, ни­чем не от­ли­ча­ясь от со­тен дру­гих обес­пе­чен­ных мо­ло­дых лю­дей из ино­стран­ных го­су­дарств, со­вер­шен­ст­во­вав­ших свои зна­ния в Анг­лии. Так что бри­тан­ской контр­раз­вед­ке по­на­до­би­лось свы­ше трех лет, пре­ж­де чем она за­по­доз­ри­ла ав­ст­рий­ца Сте­фа­на Лан­га в том, что он не тот, за ко­го се­бя вы­да­ет...

В те го­ды, ко­гда ди­пло­ма­ти­че­ские от­но­ше­ния ме­ж­ду Анг­ли­ей и СССР бы­ли вос­ста­нов­ле­ны по­сле их раз­ры­ва в 1927-м, со­вет­ской раз­вед­ке ле­галь­но ра­бо­тать на Бри­тан­ских ост­ро­вах ока­за­лось со­вер­шен­но не­воз­мож­но. Бу­к­валь­но за ка­ж­дым со­труд­ни­ком со­вет­ских уч­ре­ж­де­ний по Лон­до­ну не­от­вяз­но шел хвост на­руж­но­го на­блю­де­ния, те­ле­фон­ные раз­го­во­ры про­слу­ши­ва­лись и за­пи­сы­ва­лись, поч­то­вая кор­рес­пон­ден­ция без­за­стен­чи­во вскры­ва­лась и фо­то­гра­фи­ро­ва­лась. Всех, кто был зна­ком с по­слан­ца­ми СССР, контр­раз­вед­ка бра­ла на пер­со­наль­ный учет и раз­ра­ба­ты­ва­ла. По­это­му на Лу­бян­ке бы­ло при­ня­то ре­ше­ние со­сре­до­то­чить ос­нов­ные уси­лия в Анг­лии на соз­да­нии эф­фек­тив­ной не­ле­галь­ной се­ти. В ре­ше­нии этой за­да­чи Дей­чу при­над­ле­жа­ла клю­че­вая роль.

Вай­зе, он же Ли­рик, он же Го­мер

В ян­вар­ский ве­чер 1936 го­да Ста­лин изу­чал раз­ве­ды­ва­тель­ные свод­ки, при­слан­ные ему Глав­ным управ­ле­ни­ем гос­безо­пас­но­сти. Его вни­ма­ние при­влек под­роб­ный от­чет Ино­стран­но­го от­де­ла (внеш­ней раз­вед­ки) о про­хо­див­ших в об­ста­нов­ке стро­жай­шей сек­рет­но­сти пе­ре­го­во­рах Гит­ле­ра с пред­ста­ви­те­ля­ми бри­тан­ско­го пра­ви­тель­ст­ва. В от­че­те, в ча­ст­но­сти, го­во­ри­лось, что сто­ро­ны об­ме­ня­лись дан­ны­ми о со­стоя­нии сво­их во­ен­но-воз­душ­ных сил и го­то­вят за­клю­че­ние т.н. воз­душ­но­го пак­та, по ко­то­ро­му гит­ле­ров­ские люф­тваф­фе фак­ти­че­ски по­лу­ча­ли зе­ле­ный свет для на­ра­щи­ва­ния бое­вой мо­щи. 

Лон­дон­ская не­ле­галь­ная ре­зи­ден­ту­ра со­об­ща­ла, что эти до­ку­мен­ты бри­тан­ско­го МИ­Да по­лу­че­ны от на­деж­но­го ис­точ­ни­ка, ко­то­ро­му при­сво­ен псев­до­ним Вай­зе. Так на­чал свою опе­ра­тив­ную жизнь один из са­мых ре­зуль­та­тив­ных со­вет­ских раз­вед­чи­ков. Се­го­дня его имя ши­ро­ко из­вест­но - До­нальд Мак­лин (ино­гда его фа­ми­лию пе­ре­во­дят на рус­ский и Мак­лейн).

До­нальд Мак­линРо­див­ший­ся в 1913 го­ду в Шот­лан­дии, он при­над­ле­жал к слив­кам об­ще­ст­ва. Его отец по­сле Пер­вой ми­ро­вой вой­ны за­ни­мал важ­ный пост в анг­лий­ском пра­ви­тель­ст­ве. Еще в шко­ле, по­ка­зав бле­стя­щие спо­соб­но­сти к язы­кам, До­нальд по­лу­чил пра­во по­сту­пить сти­пен­диа­том в Три­ни­ти-кол­ледж Кем­бридж­ско­го уни­вер­си­те­та (уче­ба в нем бы­ла не­об­хо­ди­мой сту­пень­кой пе­ред за­чис­ле­ни­ем на пер­вый курс Кем­брид­жа). В 18 лет Мак­лин уже вклю­чил­ся в дея­тель­ность со­циа­ли­сти­че­ско­го об­ще­ст­ва сту­ден­тов. В 1934 го­ду он окон­чил фа­куль­тет по­ли­ти­че­ской ис­то­рии и фи­ло­ло­гии Кем­брид­жа и го­то­вил­ся к эк­за­ме­нам на долж­ность в Фо­рин оф­фи­се. К это­му вре­ме­ни и от­но­сит­ся зна­ком­ст­во Мак­ли­на с От­то. Но со­гла­сие ра­бо­тать на со­вет­скую раз­вед­ку бри­тан­ский ари­сто­крат дал не сра­зу.

26 ав­гу­ста 1934 го­да на аген­та Вай­зе (та­кой опе­ра­тив­ный псев­до­ним пер­во­на­чаль­но по­лу­чил Мак­лин) на Лу­бян­ке бы­ло за­ве­де­но лич­ное де­ло, ку­да вло­жи­ли пер­вый до­ку­мент - ко­пию шиф­ро­те­ле­грам­мы из Лон­до­на, где го­во­ри­лось о со­гла­сии бри­тан­ско­го ари­сто­кра­та ра­бо­тать на со­вет­скую раз­вед­ку и со­дер­жа­лась его прось­ба ус­та­но­вить с ним пря­мую связь. Пер­во­на­чаль­но кон­так­ты с ним под­дер­жи­вал сам ре­зи­дент (май­ор гос­безо­пас­но­сти Алек­сандр Ор­лов), а за­тем это де­лал От­то (Дейч). Они ре­ко­мен­до­ва­ли аген­ту пре­кра­тить зна­ком­ст­ва с чле­на­ми бри­тан­ской ком­пар­тии и все­мер­но ук­ре­п­лять свя­зи в ари­сто­кра­ти­че­ских кру­гах, имея в ви­ду ди­пло­ма­ти­че­скую карь­е­ру. Слож­ность со­стоя­ла в том, что в Кем­брид­же ак­тив­но ра­бо­та­ла анг­лий­ская контр­раз­вед­ка, вы­яв­ляя сре­ди сту­ден­тов не­бла­го­на­деж­ных, и Мак­лин то­же по­пал на за­мет­ку как ис­по­ве­дую­щий ле­вые убе­ж­де­ния. До­наль­ду и его род­ст­вен­ни­кам стои­ло боль­ших уси­лий, что­бы с та­кой ре­пу­та­ци­ей все-та­ки по­пасть в ря­ды бри­тан­ских ди­пло­ма­тов.

В ок­тяб­ре 1935 го­да бле­стя­ще под­го­тов­лен­ный вы­пу­ск­ник Кем­брид­жа сдал эк­за­ме­ны и был при­нят на служ­бу в Фо­рин оф­фис. Его на­зна­чи­ли в За­пад­ный от­дел ми­ни­стер­ст­ва, ве­дав­ший от­но­ше­ния­ми Анг­лии с Фран­ци­ей, стра­на­ми Бе­ни­люк­са, Ис­па­ни­ей и де­ла­ми Ли­ги На­ций. Ко­неч­но, пред­поч­ти­тель­ней бы­ло на­зна­че­ние в Се­вер­ный от­дел, ко­то­рый за­ни­мал­ся Со­вет­ским Сою­зом, но над этим еще пред­стоя­ло ра­бо­тать. Для на­ча­ла Мак­ли­ну на­до бы­ло вжить­ся в ди­пло­ма­ти­че­ское ве­дом­ст­во и за­вя­зать по­лез­ные свя­зи. Вско­ре ста­ло яс­но, что Мак­лин име­ет пря­мой дос­туп фак­ти­че­ски ко всем до­ку­мен­там, про­хо­дя­щим че­рез его от­дел. Их мож­но бы­ло брать для ра­бо­ты на дом, что соз­да­ва­ло бла­го­при­ят­ные воз­мож­но­сти для пе­ре­съем­ки. В на­ча­ле 1936 го­да Вай­зе при­нес на встре­чу с От­то пер­вую пач­ку сек­рет­ных до­ку­мен­тов. Со вре­ме­нем их по­ток и цен­ность ста­ли все бо­лее воз­рас­тать.

Мак­лин стал не про­сто пе­ре­да­точ­ным зве­ном в до­бы­ва­нии ми­дов­ских сек­ре­тов. Он де­лал для со­вет­ских дру­зей еще и ана­ли­ти­че­ские об­зо­ры по­лу­чае­мой ин­фор­ма­ции. Осо­бую важ­ность име­ли по­сту­пив­шие от не­го док­ла­ды о том, как по­став­ле­на у анг­ли­чан де­шиф­ро­валь­ная служ­ба. До­нальд, в ча­ст­но­сти, со­об­щил, что она чи­та­ет бу­к­валь­но все шиф­ро­те­ле­грам­мы Ко­мин­тер­на, ус­пеш­но де­шиф­ру­ет не­мец­кие и аме­ри­кан­ские пе­ре­го­во­ры в ра­дио­эфи­ре.

Под­роб­но рас­крыл он и по­пыт­ки бри­тан­ских крип­тоа­на­ли­ти­ков взло­мать со­вет­ские ди­пло­ма­ти­че­ские ко­ды. От Вай­зе про­зву­ча­ло важ­ное пре­ду­пре­ж­де­ние о прие­мах, ис­поль­зуе­мых для это­го. Ча­ще все­го при­ме­нял­ся та­кой трюк. В бри­тан­ском пар­ла­мен­те ин­спи­ри­ро­вал­ся ка­кой-ни­будь за­прос, ка­сав­ший­ся СССР. Анг­лий­ское пра­ви­тель­ст­во по это­му по­во­ду да­ва­ло офи­ци­аль­ный от­вет. Взлом­щи­ки ко­дов с Ту­ман­но­го Аль­био­на рас­счи­ты­ва­ли, что тек­сты во­про­са и от­ве­та, про­зву­чав­шие в пар­ла­мен­те и на­пе­ча­тан­ные, до­пус­тим, в "Таймс", со­вет­ское по­соль­ст­во пе­ре­даст в Мо­ск­ву шиф­ро­те­ле­грам­мой, ни на йо­ту не от­кло­ня­ясь от аб­со­лют­но точ­но­го пе­ре­во­да. По­сколь­ку вся ра­дио­шиф­ро­пе­ре­пи­ска со­вет­ско­го по­соль­ст­ва анг­ли­ча­на­ми за­пи­сы­ва­лась, рас­чет был на то, что на­ло­же­ние из­вест­но­го тек­ста на за­шиф­ро­ван­ный по­зво­лит про­ник­нуть в тай­ны со­вет­ско­го ко­да. По­сле пре­ду­пре­ж­де­ния Вай­зе по­соль­ст­ву СССР в Лон­до­не бы­ли да­ны ин­ст­рук­ции воз­дер­жать­ся от до­слов­но­го ци­ти­ро­ва­ния ко­вар­ных тек­стов. Анг­ли­ча­не (мо­жет быть, и по этой при­чи­не) так и не до­б­ра­лись до тайн со­вет­ско­го ди­пло­ма­ти­че­ско­го шиф­ра...

В ав­гу­сте 1938 го­да в ди­пло­ма­ти­че­ской карь­е­ре Мак­ли­на про­изо­шел по­во­рот, ко­то­рый не об­ра­до­вал Лу­бян­ку: он был на­зна­чен вто­рым сек­ре­та­рем анг­лий­ско­го по­соль­ст­ва во Фран­ции. Его воз­мож­но­сти для по­лу­че­ния сек­рет­ной ин­фор­ма­ции, ин­те­ре­сую­щей Кремль, те­перь зна­чи­тель­но су­зи­лись. Вдо­ба­вок ко все­му, в Па­ри­же До­нальд сбли­зил­ся с мо­ло­дой аме­ри­кан­кой Ме­лин­дой Мар­линг, до­че­рью со­стоя­тель­ных ро­ди­те­лей, и не­ос­то­рож­но при­знал­ся ей как в ком­му­ни­сти­че­ском про­шлом, так и в ра­бо­те на со­вет­скую раз­вед­ку. К чес­ти Мак­ли­на, он счел сво­им дол­гом со­об­щить не­ле­гал­ке Аде, ко­то­рая под­дер­жи­ва­ла связь ме­ж­ду ним и па­риж­ской ре­зи­ден­ту­рой, о сво­их при­зна­ни­ях. В Цен­тре бы­ли силь­но оза­да­че­ны та­ким по­во­ро­том со­бы­тий и да­же на­ча­ли об­су­ж­дать во­прос о том, не свер­нуть ли во­об­ще от­но­ше­ния с Ли­ри­ком (та­ков был но­вый опе­ра­тив­ный псев­до­ним Мак­ли­на, в по­сле­дую­щем из­ме­нен­ный на Го­мер). Од­на­ко про­ва­лов не по­сле­до­ва­ло, и в Мо­ск­ве ус­по­кои­лись.

10 ию­ня 1940 го­да Ме­лин­да и До­нальд по­же­ни­лись, а че­рез день эва­куи­ро­ва­лись из раз­гром­лен­ной гит­ле­ров­ски­ми вой­ска­ми Фран­ции в Анг­лию. Мак­лин бла­го­по­луч­но по­лу­чил но­вое на­зна­че­ние в Фо­рин оф­фи­се, вновь от­кры­вав­шее пе­ред со­вет­ской раз­вед­кой за­хва­ты­ваю­щие пер­спек­ти­вы. В вер­но­сти Мак­ли­на окон­ча­тель­но пе­ре­ста­ли со­мне­вать­ся, не слу­чай­но и он в пись­ме в Центр от 29 де­каб­ря 1940 го­да пи­сал о сво­ей тай­ной борь­бе: "Эта ра­бо­та име­ет для ме­ня та­кое же зна­че­ние, как для вас, ес­ли не боль­шее, по­то­му что она - моя жизнь, для нее я жи­ву..."

До­нальд Мак­лин стал од­ним из важ­ней­ших ис­точ­ни­ков, ин­фор­ми­ро­вав­ших Мо­ск­ву в пер­вой по­ло­ви­не 1941 го­да о под­го­тов­ке Гит­ле­ра к на­па­де­нию на Со­вет­ский Со­юз. С на­ча­лом Ве­ли­кой Оте­че­ст­вен­ной вой­ны от не­го по­сту­па­ла раз­но­об­раз­ная ин­фор­ма­ция о вер­мах­те, а позд­нее - до­ку­мен­ты, про­ли­вав­шие свет на за­ку­лис­ные се­па­рат­ные пе­ре­го­во­ры со­юз­ни­ков по ан­ти­гит­ле­ров­ской коа­ли­ции с на­ци­ст­ски­ми ру­ко­во­ди­те­ля­ми, в ча­ст­но­сти, с не­мец­ким ге­не­ра­лом Кес­сель­рин­гом по по­во­ду ка­пи­ту­ля­ции его войск в Се­вер­ной Ита­лии в 1943 го­ду.

И пер­спек­ти­вы со­вет­ско­го атом­но­го про­ек­та на­ча­ли об­су­ж­дать­ся в верх­них эше­ло­нах вла­сти в СССР то­же по­сле то­го, как Мак­лин пе­ре­дал дан­ные о на­ча­тых США и Анг­ли­ей прак­ти­че­ских ра­бо­тах по соз­да­нию ядер­ной бом­бы (дру­гим ис­точ­ни­ком пер­вич­ных све­де­ний по этой про­бле­ме стал еще один уча­ст­ник кем­бридж­ской груп­пы Джон Керн­к­росс, но об этом речь впе­ре­ди).

В 1951 го­ду Мак­ли­ну, по­пав­ше­му "под кол­пак" бри­тан­ской контр­раз­вед­ки и быв­ше­му на во­ло­сок от аре­ста, при­шлось пе­ре­брать­ся на жи­тель­ст­во в Со­вет­ский Со­юз. Мно­го лет он пло­до­твор­но тру­дил­ся в Ин­сти­ту­те ми­ро­вой эко­но­ми­ки и ме­ж­ду­на­род­ных от­но­ше­ний Ака­де­мии на­ук СССР, став ав­то­ри­тет­ным уче­ны­м-ме­ж­ду­на­род­ни­ком, док­то­ром ис­то­ри­че­ских на­ук. Его за­слу­ги пе­ред Со­вет­ским Сою­зом бы­ли от­ме­че­ны ор­де­на­ми Крас­но­го Зна­ме­ни и Тру­до­во­го Крас­но­го Зна­ме­ни. Из жиз­ни Мак­лин ушел в 1983 го­ду, на два­дцать лет пе­ре­жив сво­его дру­га и со­рат­ни­ка по тай­ной борь­бе Гая Берд­жес­са, вме­сте с ко­то­рым был тай­но пе­ре­прав­лен в СССР...

Мед­хен, он же Хикс

Гай Берд­жесс не толь­ко учил­ся в Кем­брид­же вме­сте с Ки­мом Фил­би и До­наль­дом Мак­ли­ном, но и поч­ти од­но­вре­мен­но с ни­ми на­чал со­труд­ни­чать с со­вет­ской раз­вед­кой. Это был весь­ма про­ти­во­ре­чи­вый че­ло­век. Об­ла­дая ост­рым умом и раз­но­сто­рон­ним об­ра­зо­ва­ни­ем, он не­ред­ко удив­лял ок­ру­жаю­щих экс­т­ра­ва­гант­ным по­ве­де­ни­ем. Де­мон­ст­ри­руя "доб­ро­по­ря­доч­ным" бри­тан­цам свое пре­зре­ние к пу­ри­тан­ской мо­ра­ли, он, на­при­мер, вы­зы­ваю­ще не­бреж­но оде­вал­ся, мно­го пил, был не­раз­бор­чив в свя­зях. Пи­шу­щие о Берд­жес­се за­пад­ные ав­то­ры на­стаи­ва­ют, что имен­но эти чер­ты и при­влек­ли к не­му вни­ма­ние вер­бов­щи­ков с Лу­бян­ки. Од­на­ко из до­ку­мен­тов, хра­ня­щих­ся в ар­хи­ве Служ­бы внеш­ней раз­вед­ки РФ, яв­ст­ву­ет, что де­ло об­стоя­ло как раз на­обо­рот: от­ри­ца­тель­ные свой­ст­ва лич­но­сти это­го юно­го пред­ста­ви­те­ля анг­лий­ской зо­ло­той мо­ло­де­жи не толь­ко не при­вле­ка­ли, а, на­про­тив, силь­но сму­ща­ли ру­ко­во­ди­те­лей лон­дон­ской ре­зи­ден­ту­ры и Центр, ко­гда ре­ша­лось, при­вле­кать ли его к со­труд­ни­че­ст­ву. 

По­лу­чив от Ки­ма Фил­би ис­чер­пы­ваю­щую ха­рак­те­ри­сти­ку Берд­жес­са, Ор­лов и Дейч дол­го раз­мыш­ля­ли, сто­ит ли во­об­ще с ним свя­зы­вать­ся, хо­тя Гай и со­вер­шил в 1934 го­ду оз­на­ко­ми­тель­ную по­езд­ку в СССР, где был при­нят ру­ко­во­ди­те­ля­ми Ис­пол­ко­ма Ко­мин­тер­на Бу­ха­ри­ным и Пят­ниц­ким. И при­ня­тое ре­ше­ние все-та­ки по­ве­рить в не­го по­на­ча­лу но­си­ло ско­рее вы­ну­ж­ден­ный ха­рак­тер. Де­ло в том, что До­нальд Мак­лин, ус­ту­пая упор­ным рас­спро­сам Берд­жес­са о при­чи­нах его от­хо­да от преж­ней про­ком­му­ни­сти­че­ской дея­тель­но­сти, по не­опыт­но­сти про­го­во­рил­ся, что вы­пол­ня­ет ка­кое-то "спе­ци­аль­ное за­да­ние". И хо­тя ха­рак­тер это­го за­да­ния Вай­зе не уточ­нил, Берд­жесс ми­гом все по­нял. Ор­лов и Дейч то­гда ре­ши­ли, что во из­бе­жа­ние про­ва­ла Мак­ли­на его дру­га сле­ду­ет дер­жать под по­сто­ян­ным кон­тро­лем. Но еще бо­лее важ­ную роль сыг­ра­ло то, что и Фил­би, и Мак­лин ото­зва­лись о Берд­жес­се как об очень че­ст­ном и по­ря­доч­ном че­ло­ве­ке, не спо­соб­ном пре­дать друж­бу. Вско­ре со­вет­ские не­ле­га­лы и са­ми по­ня­ли, что их анг­лий­ские то­ва­ри­щи не оши­ба­лись в сво­их оцен­ках, и они за­по­лу­чи­ли в ли­це Берд­жес­са не про­сто очень цен­но­го аген­та, а при­ро­ж­ден­но­го бой­ца тай­но­го фрон­та (ко­то­ро­го труд­но бы­ло за­по­доз­рить в свя­зях с ка­кой-ли­бо ино­стран­ной раз­вед­кой как раз в си­лу его вы­зы­ваю­ще­го об­раза жиз­ни).

Отец Гая Берд­жес­са был ге­ро­ем мор­ских сра­же­ний в Пер­вую ми­ро­вую вой­ну и до­слу­жил­ся до чи­на ви­це-ад­ми­ра­ла ко­ро­лев­ских ВМС. По­на­ча­лу и Гай по­шел по сто­пам от­ца и по­сту­пил в Дар­тмут­ский во­ен­но-мор­ской кол­ледж. Од­на­ко вско­ре по­нял, что карь­е­ра во­ен­но­го не для не­го, и по­сле окон­ча­ния ча­ст­ной шко­лы в Ито­не, ко­то­рую на­зы­ва­ли "ин­ку­ба­то­ром ми­ни­ст­ров Анг­лии", по­сту­пил все в тот же Три­ни­ти-кол­ледж Кем­брид­жа.

По­сле окон­ча­ния уни­вер­си­те­та Берд­жесс стал жур­на­ли­стом, ра­бо­тал в ра­дио­ве­ща­тель­ной кор­по­ра­ции Би-Би­-Си. В этот пе­ри­од, в ян­ва­ре 1935 го­да, Мак­лин и по­зна­ко­мил Гая с От­то. Мо­ло­дой ан­ти­фа­шист с ра­до­стью при­нял сде­лан­ное ему этим не­ле­га­лом пред­ло­же­ние ра­бо­тать на со­вет­скую раз­вед­ку. Гаю при­свои­ли опе­ра­тив­ный псев­до­ним Мед­хен (впо­след­ст­вии из­ме­нен­ный на Хикс). Так и воз­ник­ла кем­бридж­ская груп­па со­вет­ских раз­вед­чи­ков, пер­во­на­чаль­но вклю­чав­шая в се­бя трех че­ло­век (Фил­би, Мак­ли­на, Берд­жес­са). Толь­ко в 1937 го­ду в нее на­ча­ли вли­вать­ся но­вые вы­пу­ск­ни­ки эли­тар­но­го анг­лий­ско­го уни­вер­си­те­та...

Гай Берд­жессЖур­на­ли­ст­ская дея­тель­ность да­ва­ла Мед­хе­ну воз­мож­ность об­щать­ся с раз­но­го ро­да людь­ми, до­бы­вая нуж­ную Мо­ск­ве ин­фор­ма­цию.

Ор­лов и Дейч ста­ли на­стой­чи­во и ме­то­дич­но ра­бо­тать над ре­ше­ни­ем до­воль­но слож­ной, но очень важ­ной за­да­чи: по­мочь Берд­жес­су влить­ся в ря­ды Сик­рет Ин­тел­лид­женс Сер­вис (СИС). Пря­мых пу­тей в бри­тан­скую раз­вед­ку, очень при­дир­чи­во от­би­рав­шую для се­бя кад­ры, не су­ще­ст­во­ва­ло. Но хо­дить околь­ны­ми тро­па­ми мо­ло­до­му жур­на­ли­сту бы­ло то­же лег­ко и ин­те­рес­но. На этом и по­строи­ли опе­ра­тив­ную ком­би­на­цию. Сна­ча­ла До­нальд Мак­лин пе­ре­дал со­вет­ской ре­зи­ден­ту­ре ус­та­но­воч­ные дан­ные на Дэ­ви­да Фут­ма­на, уз­нав, что он яв­ля­ет­ся кад­ро­вым со­труд­ни­ком бри­тан­ских спец­служб. Берд­жесс с Фут­ма­ном бы­ст­ро по­зна­ко­мил­ся, на­ла­дил де­ло­вые, а за­тем и дру­же­ские от­но­ше­ния. Ра­зуз­нав, что его но­вый при­ятель ба­лу­ет­ся ли­те­ра­тур­ным тру­дом и по­пи­сы­ва­ет кни­жи­цы по ис­то­рии, он ор­га­ни­зо­вал ему не­сколь­ко вы­сту­п­ле­ний на Би-Би­-Си, при­чем до­бил­ся, что­бы Фут­ма­ну вы­пла­ти­ли за ра­дио­пе­ре­да­чи с его уча­сти­ем очень при­лич­ный го­но­рар.

Вре­мя шло, их друж­ба все бо­лее уп­ро­чи­ва­лась. На­ко­нец в мае 1938 го­да ви­за­ви Берд­жес­са при­гла­сил его на ланч и, до­ве­ри­тель­но со­об­щив, что в дей­ст­ви­тель­но­сти он - со­труд­ник раз­вед­ки, стал убе­ж­дать Гая, что и ему сле­ду­ет из­брать жур­на­ли­сти­ку в ка­че­ст­ве по­боч­но­го за­ня­тия, а ос­нов­ным долж­на стать его ра­бо­та в СИС.

Че­рез не­де­лю ко­ман­дор Нор­манн, быв­ший анг­лий­ский ре­зи­дент в Пра­ге, сде­лал Берд­жес­су пред­ло­же­ние стать со­труд­ни­ком раз­вед­ки.

Берд­жес­са оп­ре­де­ли­ли в не­дав­но об­ра­зо­ван­ную сек­цию "Д" анг­лий­ской раз­вед­ки, ко­то­рая за­ни­ма­лась рас­про­стра­не­ни­ем вы­год­ной пра­ви­тель­ст­ву де­зин­фор­ма­ции и про­во­ди­ла т.н. ак­тив­ные ме­ро­прия­тия, воз­дей­ст­вуя на об­ще­ст­вен­ное мне­ние и до­би­ва­ясь от не­го "пра­виль­ных" оце­нок важ­ней­ших по­ли­ти­че­ских со­бы­тий. Гай ус­пеш­но вы­пол­нил пер­вое за­да­ние на­чаль­ни­ка сек­ции май­о­ра Ло­урен­са Грэн­да по ор­га­ни­за­ции рас­ко­ла сио­ни­ст­ско­го дви­же­ния в Па­ле­сти­не и соз­да­нию силь­ной оп­по­зи­ции его ли­де­ру док­то­ру Вейс­ма­ну, а за­тем пе­ре­клю­чил­ся на ра­бо­ту по Гер­ма­нии.

Это бы­ло очень важ­ное на­прав­ле­ние. Имен­но от Берд­жес­са со­вет­ское ру­ко­во­дство в те­че­ние вес­ны-ле­та 1939 го­да по­лу­ча­ло аб­со­лют­но дос­то­вер­ную ин­фор­ма­цию о лу­ка­вой по­ли­ти­ке ка­би­не­та Не­вил­ла Чем­бер­ле­на, ко­то­рый для ви­да вел пе­ре­го­во­ры с со­вет­ски­ми пред­ста­ви­те­ля­ми о во­ен­ной взаи­мо­по­мо­щи про­тив фа­ши­ст­ской аг­рес­сии, а на са­мом де­ле лю­бой це­ной пы­тал­ся толк­нуть Гит­ле­ра на вой­ну с СССР.

В эти тре­вож­ные дни, пред­ше­ст­во­вав­шие раз­вя­зы­ва­нию Вто­рой ми­ро­вой вой­ны, Берд­жесс был на­зна­чен связ­ным ме­ж­ду сек­ци­ей "Д" бри­тан­ской раз­вед­ки, МИ­Дом и Ми­ни­стер­ст­вом ин­фор­ма­ции и по­лу­чил дос­туп прак­ти­че­ски ко всем шиф­ро­те­ле­грам­мам и сек­рет­ным свод­кам Фо­рин оф­фи­са.

В пер­вые дни на­чав­шей­ся Вто­рой ми­ро­вой вой­ны май­ор Грэнд воз­ло­жил на Берд­жес­са ор­га­ни­за­цию эко­но­ми­че­ской борь­бы с на­ци­ст­ским рей­хом. Гай про­явил ини­циа­ти­ву и пред­ло­жил сво­ему на­чаль­ст­ву соз­дать шко­лу ино­стран­ных аген­тов, где бы их обу­ча­ли на­вы­кам ди­вер­си­он­но-раз­ве­ды­ва­тель­ной ра­бо­ты. Это бы­ло по­лез­но и для со­вет­ской раз­вед­ки: во-пер­вых, Мед­хен ук­ре­п­лял свое по­ло­же­ние в СИС и вел учет анг­лий­ских аген­тов, за­сы­лав­ших­ся в ок­ку­пи­ро­ван­ные на­цис­та­ми стра­ны, а во-вто­рых, на­би­рал­ся бес­цен­но­го опы­та (ко­то­рый по­том был ис­поль­зо­ван при ор­га­ни­за­ции ана­ло­гич­ных спец­школ в Со­вет­ском Сою­зе). Соз­дан­ное по пред­ло­же­нию Берд­жес­са за­кры­тое учеб­ное за­ве­де­ние да­ло на­ча­ло ор­га­ни­за­ции це­лой се­ти ди­вер­си­он­ных школ от­де­ла спе­ци­аль­ных опе­ра­ций СИС. Не без по­мо­щи Гая в та­кую шко­лу по­пал и Ким Фил­би, на­чав свой путь в бри­тан­ской раз­вед­ке...

А карь­е­ра Берд­жес­са в спец­служ­бах Анг­лии за­кон­чи­лась в кон­це 1940 го­да, ко­гда умер на­чаль­ник раз­вед­ки Синк­лер, а за­тем поч­ти сра­зу был уво­лен его про­те­же май­ор Грэнд. Но­вое ме­сто пред­ло­жи­ли ис­кать и Гаю.

То­гда лон­дон­ская ре­зи­ден­ту­ра Лу­бян­ки раз­ра­бо­та­ла план вне­дре­ния Мед­хе­на в "Ха­ту", как на­зы­ва­ли со­вет­ские раз­вед­чи­ки бри­тан­скую контр­раз­вед­ку в опе­ра­тив­ной пе­ре­пис­ке. Эту идею Мо­ск­вы под­дер­жа­ли (ко­неч­но, са­ми то­го не ве­дая) ста­рые зна­ко­мые Берд­жес­са Фут­ман и Ви­ви­ан (по­след­ний до­слу­жит­ся до долж­но­сти за­мес­ти­те­ля на­чаль­ни­ка СИС). Гай был пред­став­лен од­но­му из ру­ко­во­ди­те­лей МИ-5 Кем­пбэл­лу Джон­со­ну и был за­вер­бо­ван в аген­ты это­го ве­дом­ст­ва.

В 1944 го­ду Берд­жес­су пред­ло­жи­ли от­вет­ст­вен­ную ра­бо­ту в Фо­рин оф­фис. Он ста­но­вит­ся лич­ным по­мощ­ни­ком Гек­то­ра Мак­ней­ла - го­су­дар­ст­вен­но­го ми­ни­ст­ра по ино­стран­ным де­лам и чле­на Тай­но­го ко­ро­лев­ско­го со­ве­та (в этом ор­га­не со­би­рал­ся уз­кий круг ми­ни­ст­ров и дру­гих влия­тель­ных дея­те­лей для об­су­ж­де­ния наи­бо­лее важ­ных во­про­сов). Так со­вет­ская раз­вед­ка по­лу­чи­ла дос­туп к сек­рет­ным до­ку­мен­там во­ен­но­го ка­би­не­та Анг­лии и прак­ти­че­ски ко всей пе­ре­пис­ке МИ­Да Ве­ли­ко­бри­та­нии с по­сла­ми в Мо­ск­ве, Ва­шинг­то­не, Сток­голь­ме, Па­ри­же и Ан­ка­ре.

Это пре­ж­де все­го че­рез Берд­жес­са Ста­лин вес­ной 1945 го­да уз­нал о тай­ных пе­ре­го­во­рах спец­пред­ста­ви­те­ля пре­зи­ден­та Руз­вель­та в Швей­ца­рии Ал­ле­на Дал­ле­са (бу­ду­ще­го соз­да­те­ля ЦРУ) с на­чаль­ни­ком по­ле­во­го шта­ба рейхс­фю­ре­ра СС Гимм­ле­ра обер­ст­груп­пен­фю­ре­ром СС Кар­лом Воль­фом.

Ру­ко­во­дство со­вет­ской раз­вед­ки вы­со­ко оце­ни­ва­ло све­де­ния, со­об­щае­мые Берд­жес­сом, не­да­ром Центр в пись­ме в лон­дон­скую не­ле­галь­ную ре­зи­ден­ту­ру в кон­це 1944 го­да пря­мо от­ме­чал: "За по­след­ний пе­ри­од Хикс пре­вра­тил­ся в са­мо­го про­дук­тив­но­го ис­точ­ни­ка... он да­ет цен­ней­шие до­ку­мен­таль­ные ма­те­риа­лы. Вам сле­ду­ет вся­че­ски обе­ре­гать его и на­пра­вить на по­лу­че­ние та­ких до­ку­мен­тов, ко­то­рые бы ха­рак­те­ри­зо­ва­ли кар­ди­наль­ную ли­нию анг­ли­чан".

Ин­тен­сив­ность ра­бо­ты Гая на со­вет­скую раз­вед­ку од­на­ж­ды при­ве­ла к тра­ги­ко­ми­че­ско­му курь­е­зу. Ко­гда он те­п­лым ав­гу­стов­ским ве­че­ром 1944 го­да бе­се­до­вал с опе­ра­тив­ным со­труд­ни­ком ре­зи­ден­ту­ры в од­ном из лон­дон­ских скве­ров, про­гу­ли­ва­ясь по до­рож­ке, к ним по­до­шли двое по­ли­цей­ских. В ру­ках у Берд­жес­са был че­мо­дан­чик, под за­вяз­ку на­би­тый сек­рет­ны­ми до­ку­мен­та­ми бри­тан­ско­го МИ­Да. Он-то и при­влек вни­ма­ние бди­тель­ных "боб­би"... Но вы­держ­ка не под­ве­ла при­ро­ж­ден­но­го раз­вед­чи­ка и на этот раз.

- Вас это ин­те­ре­су­ет? - кив­нул по­ли­цей­ским на че­мо­дан­чик Гай.

- Имен­но это! - под­твер­дил один из стра­жей по­ряд­ка.

- По­жа­луй­ста. От по­ли­ции у ме­ня нет ни­ка­ких сек­ре­тов. - Берд­жесс спо­кой­но по­ста­вил че­мо­дан­чик на ска­мей­ку и ар­ти­стич­ным жес­том рас­пах­нул его.

По­ли­цей­ский по­рыл­ся не­мно­го в ку­че бу­маг, не­бреж­но пе­ре­вер­нул па­ру лис­тов со­вер­шен­но сек­рет­ных сво­док и... от­ко­зы­рял: все в по­ряд­ке, гос­по­да мо­гут про­дол­жить свою бе­се­ду... У со­вет­ско­го раз­вед­чи­ка, по его соб­ст­вен­но­му при­зна­нию, в те ми­ну­ты, по­ка по­ли­цей­ский рыл­ся в бу­ма­гах, серд­це обор­ва­лось, а Берд­жесс вы­гля­дел аб­со­лют­но не­воз­му­ти­мым и уве­рен­ным в се­бе. Ока­зы­ва­ет­ся, "боб­би" охо­ти­лись за мел­ки­ми во­риш­ка­ми, вы­но­сив­ши­ми в сум­ках и че­мо­да­нах с лон­дон­ских за­во­дов ин­ст­ру­мент и де­фи­цит­ные де­та­ли, им и в го­ло­ву не при­шло, что они толь­ко что мог­ли взять с по­лич­ным двух ма­те­рых со­вет­ских шпио­нов, за­слу­жив на­гра­ды и по­вы­ше­ния по служ­бе... Но, ко­неч­но, по­сле это­го курь­е­за спо­соб пе­ре­да­чи ма­те­риа­лов в ре­зи­ден­ту­ру от Хик­са по­спе­ши­ли из­ме­нить.

В 1945 го­ду со­вет­ское ру­ко­во­дство при­ня­ло ре­ше­ние об оп­ре­де­ле­нии Берд­жес­су по­жиз­нен­ной еже­год­ной пен­сии. Од­на­ко Гай от ма­те­ри­аль­ной по­мо­щи на­от­рез от­ка­зал­ся, хо­тя про­дол­жал свою ак­тив­ную дея­тель­ность в ин­те­ре­сах СССР. В 1950 го­ду Берд­жесс вы­ехал в США, по­лу­чив на­зна­че­ние пер­вым сек­ре­та­рем по­соль­ст­ва Ве­ли­ко­бри­та­нии. Те­перь от не­го по­шли по­то­ком до­ку­мен­таль­ные ма­те­риа­лы по анг­ло-а­ме­ри­кан­ской во­ен­ной стра­те­гии, о пла­нах пре­вен­тив­ной ядер­ной вой­ны про­тив СССР.

Но к то­му вре­ме­ни и бри­тан­ские, и аме­ри­кан­ские контр­раз­вед­чи­ки при­шли к вы­во­ду о дли­тель­ном су­ще­ст­во­ва­нии в Фо­рин оф­фи­се "кро­та", имею­ще­го дос­туп к са­мым сек­рет­ным ма­те­риа­лам. Коль­цо во­круг Берд­жес­са и его дру­га До­наль­да Мак­ли­на сжи­ма­лось. Об этом Центр был про­ин­фор­ми­ро­ван Ки­мом Фил­би, ко­то­рый за­нял пост спец­пред­ста­ви­те­ля бри­тан­ской СИС при ди­рек­то­рах ЦРУ и ФБР. И то­гда обо­их раз­вед­чи­ков, Берд­жес­са и Мак­ли­на, в мае 1951 го­да вы­вез­ли в СССР - по ва­ри­ан­ту, ко­то­рый не раз об­су­ж­дал­ся с Га­ем и До­наль­дом на слу­чай воз­ник­но­ве­ния чрез­вы­чай­ных об­стоя­тельств.

Берд­жесс тя­же­ло пе­ре­жи­вал раз­лу­ку с ро­ди­ной. Обо­ст­рил­ся дав­ний не­дуг Гая - ал­ко­го­лизм, тем бо­лее что по со­об­ра­же­ни­ям безо­пас­но­сти его по­на­ча­лу ук­ры­ли в про­вин­ци­аль­ном Куй­бы­ше­ве (Са­ма­ре). Ру­ко­во­дство внеш­ней раз­вед­ки ста­ра­лось, как мог­ло, по­мочь ему пре­одо­леть тяж­кую хан­д­ру, при­вле­ка­ло его к кон­суль­та­ци­ям по опе­ра­тив­ным и внеш­не­по­ли­ти­че­ским во­про­сам. Ге­роя тай­но­го фрон­та на­гра­ди­ли ор­де­ном Крас­но­го Зна­ме­ни, пе­ре­вез­ли в Мо­ск­ву, на­ча­ли ле­чить от ал­ко­го­лиз­ма. Но 19 ав­гу­ста 1963 го­да, в 51 год, он, увы, ушел из жиз­ни... По прось­бе род­ст­вен­ни­ков Берд­жес­са ур­на с его пра­хом бы­ла от­прав­ле­на в Анг­лию.

Джон­сон, он же То­ни, он же Ян

В один из дней 1947 го­да в лек­ци­он­ный зал Лон­дон­ско­го уни­вер­си­те­та во­шел вы­со­кий, строй­ный офи­цер с по­го­на­ми май­о­ра и за­нял ме­сто на ка­фед­ре. Кое-к­то из сту­ден­то­в-пер­во­курс­ни­ков на­чал воз­му­щен­но шу­шу­кать­ся: дес­кать, что за сол­да­фон бу­дет чи­тать нам лек­ции по тео­рии италь­ян­ско­го ис­кус­ст­ва?! Но знаю­щие со­се­ди по­яс­ни­ли им, что это - сам док­тор Блант, хра­ни­тель кар­тин­ной га­ле­реи ко­ро­ля и за­мес­ти­тель ди­рек­то­ра Ин­сти­ту­та Кур­тольд (го­лов­но­го на­уч­но-исс­ле­до­ва­тель­ско­го уч­ре­ж­де­ния Анг­лии в об­лас­ти жи­во­пи­си). А май­ор­ские по­го­ны ему при­нес­ла служ­ба в бри­тан­ской контр­раз­вед­ке МИ-5. Но сту­ден­ты бы­ли бы, ко­неч­но, не­ска­зан­но удив­ле­ны, знай они, что с италь­ян­ски­ми мас­те­ра­ми эпо­хи Воз­ро­ж­де­ния их по­зна­ко­мит один из са­мых ве­ли­ких раз­вед­чи­ков ми­ра, дав­но и пло­до­твор­но ра­бо­таю­щий в ин­те­ре­сах Со­вет­ско­го Сою­за под раз­ны­ми псев­до­ни­ма­ми: Джон­сон, То­ни, Ян... 

Эн­то­ни БлантРо­див­шись в 1907 го­ду в се­мье свя­щен­ни­ка в го­ро­де Борн­му­те на юге Анг­лии, Эн­то­ни Блант как ни­кто дру­гой мог гор­дить­ся сво­им ари­сто­кра­ти­че­ским про­ис­хо­ж­де­ни­ем. Его мать бы­ла двою­род­ной се­ст­рой гра­фа Страт­мор­ско­го, дочь ко­то­ро­го вы­шла за­муж за ко­ро­ля Ге­ор­га VI (пра­вил в 1936- 1952 го­дах) и ста­ла ма­те­рью ко­ро­ле­вы Ели­за­ве­ты II. Та­ким об­ра­зом, Эн­то­ни при­хо­дил­ся ко­ро­ле­ве Ели­за­ве­те, всту­пив­шей на пре­стол в 1952 го­ду, трою­род­ным бра­том.

В Ве­ли­ко­бри­та­нии та­кое род­ст­во (и на­вер­ное, не толь­ко там) зна­чи­ло очень мно­гое. При­ви­ле­ги­ро­ван­ная за­кры­тая шко­ла в Маль­бо­ро, Три­ни­ти-кол­ледж и от­де­ле­ние ма­те­ма­ти­ки Кем­бридж­ско­го уни­вер­си­те­та, пре­по­да­ва­ние в Кем­брид­же и Уар­бург­ском ин­сти­ту­те в Лон­до­не - та­ко­вы бы­ли ве­хи жиз­нен­но­го пу­ти Эн­то­ни. Но ян­вар­ским днем 1937 го­да друг Гай Берд­жесс свел мо­ло­до­го ис­кус­ст­во­ве­да с че­ло­ве­ком по име­ни От­то, и Эн­то­ни дал со­гла­сие на со­труд­ни­че­ст­во с со­вет­ской сек­рет­ной служ­бой.

Ра­зу­ме­ет­ся, ис­кус­ст­во­ве­де­ние и внеш­не­по­ли­ти­че­ская раз­вед­ка - об­лас­ти не пе­ре­се­каю­щие­ся. Од­на­ко при­ча­ст­ность Блан­та к бри­тан­ско­му выс­ше­му све­ту соз­да­ва­ла воз­мож­ность для сбо­ра важ­ной ин­фор­ма­ции, ин­те­ре­со­вав­шей Мо­ск­ву. С на­ча­лом же Вто­рой ми­ро­вой вой­ны Эн­то­ни ушел доб­ро­воль­цем в ар­мию. Ко­гда во­ен­ная ма­ши­на на­цис­тов на­ка­ти­ла на Фран­цию, он до­бил­ся на­зна­че­ния в Бри­тан­ский экс­пе­ди­ци­он­ный кор­пус и воз­глав­лял под­раз­де­ле­ние во­ен­ной по­ли­ции, под­дер­жи­вав­шее по­ря­док в Бу­лон­ском пор­ту. Впо­след­ст­вии за му­же­ст­во и са­мо­от­вер­жен­ность, про­яв­лен­ные Блан­том в эти тра­ги­че­ские дни, фран­цуз­ское пра­ви­тель­ст­во на­гра­ди­ло его ор­де­ном По­чет­но­го ле­гио­на.

По­сле эва­куа­ции из по­вер­жен­ной Фран­ции по ре­ко­мен­да­ции сво­его при­яте­ля Вик­то­ра Рот­шиль­да Эн­то­ни был за­чис­лен на служ­бу в контр­раз­вед­ку МИ-5. Ему по­ру­чи­ли ра­бо­ту в от­де­ле "Д", ко­то­рый за­ни­мал­ся обес­пе­че­ни­ем безо­пас­но­сти во­ен­ных пред­при­ятий, а так­же ку­ри­ро­вал не­ко­то­рые про­бле­мы борь­бы с вра­же­ским шпио­на­жем в воо­ру­жен­ных си­лах. С это­го вре­ме­ни че­рез не­го ста­ла про­хо­дить мас­са сек­рет­ных до­ку­мен­тов. Он от­би­рал са­мые важ­ные, пред­став­ляв­шие ин­те­рес для со­вет­ских дру­зей, кое-ч­то вы­пи­сы­вал, но боль­ше за­по­ми­нал. Фе­но­ме­наль­ная па­мять по­зво­ля­ла ему мно­гие ма­те­риа­лы вос­про­из­во­дить на кон­спи­ра­тив­ных встре­чах с со­труд­ни­ка­ми ре­зи­ден­ту­ры бу­к­валь­но наи­зусть.

Вско­ре Блант стал по­мощ­ни­ком за­мес­ти­те­ля на­чаль­ни­ка контр­раз­вед­ки Ли­дел­ла, час­то при­ни­мал его в рес­пек­та­бель­ном "до­ме Рот­шиль­да", ко­то­рый арен­до­вал у хо­зяи­на на па­ру с Берд­жес­сом. Дру­же­ские от­но­ше­ния сло­жи­лись у Эн­то­ни Блан­та и с дру­гим вы­со­ко­по­став­лен­ным офи­це­ром МИ-5 Ди­ком Уай­том, впо­след­ст­вии воз­гла­вив­шим бри­тан­скую раз­вед­ку и очень це­нив­шим его ум и по­зна­ния.

Ли­делл, про­ник­нув­шись осо­бым до­ве­ри­ем к Блан­ту, воз­ло­жил на не­го до­воль­но ще­кот­ли­вую за­да­чу ор­га­ни­зо­вать не­глас­ный дос­мотр ди­пло­ма­ти­че­ской поч­ты по­сольств и мис­сий ино­стран­ных го­су­дарств, а так­же пра­ви­тельств в эмиг­ра­ции, на­хо­див­ших­ся в Лон­до­не. На­до ли го­во­рить, что са­мые лю­бо­пыт­ные све­де­ния, ко­то­рые уда­ва­лось по­черп­нуть из это­го ис­точ­ни­ка, ста­но­ви­лись дос­тоя­ни­ем и со­вет­ской раз­вед­ки...

Че­рез Блан­та на­ша лон­дон­ская ре­зи­ден­ту­ра по­лу­ча­ла так­же са­мую пол­ную ин­фор­ма­цию обо всем, что зна­ли анг­лий­ские контр­раз­вед­чи­ки о со­труд­ни­ках со­вет­ских спец­служб, ра­бо­тав­ших под кры­шей по­соль­ст­ва, по­сколь­ку он по­лу­чил дос­туп к сек­рет­ным до­сье, за­ве­ден­ным на ка­ж­до­го ди­пло­ма­та или ра­бот­ни­ка торг­пред­ст­ва из СССР.

От не­го по­сту­па­ли так­же ма­те­риа­лы, до­бы­тые по­сле де­шиф­ров­ки не­мец­ких ра­дио­грамм о дис­ло­ка­ции гер­ман­ских и япон­ских воо­ру­жен­ных сил, опе­ра­тив­ных при­ка­зов ге­не­ра­лов вер­мах­та, ко­ман­до­вав­ших груп­пи­ров­ка­ми на со­вет­ско-гер­ман­ском фрон­те. Вы­со­кую оцен­ку Цен­тра по­лу­чи­ли его све­де­ния о дея­тель­но­сти не­мец­кой раз­вед­ки в Шве­ции, Фин­лян­дии, Тур­ции и на Ближ­нем Вос­то­ке. С по­да­чи Блан­та был вы­яв­лен и обез­вре­жен анг­лий­ский шпи­он, ра­бо­тав­ший в ап­па­ра­те чле­на Го­су­дар­ст­вен­но­го ко­ми­те­та обо­ро­ны Ана­ста­са Ми­коя­на.

Од­но­вре­мен­но с ра­бо­той в бри­тан­ской контр­раз­вед­ке и кон­спи­ра­тив­ной дея­тель­но­стью в ин­те­ре­сах СССР Блант еще до окон­ча­ния вой­ны вер­нул­ся к сво­ей мир­ной про­фес­сии и с 1943 го­да тру­дил­ся над со­став­ле­ни­ем пол­но­го ка­та­ло­га ри­сун­ков ко­ро­лев­ской кол­лек­ции, хра­нив­шей­ся в Винд­зо­ре. С кон­ца ап­ре­ля 1945 го­да он стал глав­ным хра­ни­те­лем ко­ро­лев­ских со­б­ра­ний жи­во­пи­си в Винд­зор­ском, Бу­кин­гем­ском и дру­гих двор­цах, был по­жа­ло­ван в ры­цар­ское зва­ние и фак­ти­че­ски яв­лял­ся при­бли­жен­ным ко­ро­ле­вы Ели­за­ве­ты. Его грудь ук­ра­ша­ли бри­тан­ские и гол­ланд­ские ор­де­на. Лю­бо­пыт­но, что, ща­дя род­ст­вен­ные чув­ст­ва сэ­ра Эн­то­ни, Центр при­нял прин­ци­пи­аль­ное ре­ше­ние не да­вать ему аб­со­лют­но ни­ка­ких раз­ве­ды­ва­тель­ных за­да­ний, свя­зан­ных с бри­тан­ской ко­ро­лев­ской семь­ей.

С 1948 го­да Блант - со­вет­ник ко­ро­ле­вы по во­про­сам ис­кусств и до­ве­рен­ное ли­цо ко­ро­лев­ской се­мьи, по су­ще­ст­ву, лич­ность не­при­кос­но­вен­ная.

Од­на­ко по­сле по­бе­га в СССР двух дру­зей Блан­та, чле­нов кем­бридж­ской пя­тер­ки Мак­ли­на и Берд­жес­са, контр­раз­вед­ка, ос­ве­дом­лен­ная о его осо­бых от­но­ше­ни­ях с эти­ми людь­ми, за­ин­те­ре­со­ва­лась им то­же. К то­му же пре­да­те­ли из со­вет­ских спец­служб - шиф­ро­валь­щик ГРУ Игорь Гу­зен­ко, пе­ре­бе­жав­ший в Ка­на­де к аме­ри­кан­цам в сен­тяб­ре 1945 го­да, и со­труд­ник КГБ в Ав­ст­ра­лии Вла­ди­мир Пет­ров, за­вер­бо­ван­ный ЦРУ, да­ли по­ка­за­ния, что в бри­тан­ской контр­раз­вед­ке дли­тель­ное вре­мя ра­бо­тал со­вет­ский агент, за­ни­мав­ший от­вет­ст­вен­ные по­сты. Блант по­па­дал под по­доз­ре­ние. Центр го­тов был ока­зать ему всю не­об­хо­ди­мую по­мощь для пе­ре­ез­да в СССР, обе­щал ра­бо­ту не толь­ко по вто­рой, сек­рет­ной про­фес­сии, но и пол­ную воз­мож­ность для за­ня­тий ис­кус­ст­во­ве­де­ни­ем. Но Блант был уве­рен, что контр­раз­вед­ка МИ-5 не от­ва­жит­ся на пре­сле­до­ва­ние ли­ца, близ­ко­го к ко­ро­ле­ве. Так и бы­ло до 1964 го­да, по­ка аме­ри­кан­ский гра­ж­да­нин Стрейт, пуб­ли­цист и ли­те­ра­тор, не по­ве­дал по­мощ­ни­ку пре­зи­ден­та Кен­не­ди Ар­ту­ру Шлес­синд­же­ру, что в свое вре­мя лич­но вы­пол­нял за­да­ния со­вет­ских спец­служб, бу­ду­чи при­вле­чен к со­труд­ни­че­ст­ву с ни­ми еще в 30-е го­ды, во вре­мя уче­бы в Три­ни­ти-кол­лед­же и Кем­бридж­ском уни­вер­си­те­те. К за­прет­ной дея­тель­но­сти его при­об­щил Эн­то­ни Блант...

Бри­тан­ская контр­раз­вед­ка, по­лу­чив от ФБР ма­те­риа­лы по Блан­ту, по­ста­ви­ла в из­вест­ность ко­ро­ле­ву Ели­за­ве­ту, что ее при­бли­жен­ный и род­ст­вен­ник по ма­те­рин­ской ли­нии - со­вет­ский агент. Но, учи­ты­вая не­же­ла­тель­ность раз­гла­ше­ния на су­де све­де­ний, свя­зан­ных с чле­на­ми ко­ро­лев­ской фа­ми­лии, и де­ли­кат­ный ха­рак­тер за­да­ний ко­ро­ля, ко­то­рые Блант в пер­вые по­сле­во­ен­ные го­ды вы­пол­нял в Ев­ро­пе, Эн­то­ни пред­ло­жи­ли до­воль­но гу­ман­ное со­гла­ше­ние. Он рас­ска­зы­ва­ет о сво­ей ра­бо­те на со­вет­скую раз­вед­ку, а его ос­во­бо­ж­да­ют от су­деб­но­го пре­сле­до­ва­ния, со­хра­ня­ют за ним все пра­ва и при­ви­ле­гии, вклю­чая ры­цар­ский ти­тул. Ге­не­раль­ный про­ку­рор Ве­ли­ко­бри­та­нии га­ран­ти­ро­вал не­зыб­ле­мость обе­ща­ний пра­ви­тель­ст­ва, а по­се­му Блант со­гла­сил­ся дать по­ка­за­ния. Не­ко­то­рых из сво­их по­мощ­ни­ко­в-б­ри­тан­цев он на­звал, ого­во­рив тре­бо­ва­ние из­ба­вить этих лю­дей от ли­ше­ния сво­бо­ды, и тем спас их от тюрь­мы. Что ка­са­ет­ся со­вет­ских раз­вед­чи­ков, с ко­то­ры­ми ему до­ве­лось ра­бо­тать, то из уст Эн­то­ни про­зву­ча­ли име­на толь­ко тех, кто дав­но по­ки­нул Анг­лию. При­чем на след­ст­вии Блант упор­но под­чер­ки­вал, что его по­мощь со­вет­ской раз­вед­ке но­си­ла не по­ли­ти­че­ский, а ис­клю­чи­тель­но во­ен­ный ха­рак­тер, и ка­са­лась в ос­нов­ном пе­ре­хва­чен­ных и де­шиф­ро­ван­ных гер­ман­ских ра­дио­со­об­ще­ний, ко­то­ры­ми пра­ви­тель­ст­во Ве­ли­ко­бри­та­нии и так обя­за­но бы­ло де­лить­ся с со­вет­ской сто­ро­ной в си­лу взя­тых на се­бя со­юз­ни­че­ских обя­за­тельств, од­на­ко пред­по­чи­та­ло утаи­вать...

От­ве­ты Блан­та то­гда впол­не удов­ле­тво­ри­ли бри­тан­ское пра­во­су­дие, и след­ст­вие бы­ло пре­кра­ще­но. Эн­то­ни вер­нул­ся к сво­ей на­уч­ной и пе­да­го­ги­че­ской дея­тель­но­сти.

Од­на­ко в но­яб­ре 1979 го­да пре­мье­р-ми­нистр Анг­лии Мар­га­рет Тэт­чер (как в си­лу до­воль­но на­тя­ну­тых от­но­ше­ний с СССР в этот пе­ри­од, на­ка­ну­не вво­да со­вет­ских войск в Аф­га­ни­стан и поль­ско­го кри­зи­са, так и в свя­зи с пуб­ли­ка­ци­ей ра­зо­бла­чи­тель­ной кни­ги Стрей­та и ря­да ста­тей в за­пад­ной прес­се о не­ле­галь­ной дея­тель­но­сти Блан­та) вы­сту­пи­ла в пар­ла­мен­те с гром­ким за­яв­ле­ни­ем о сэ­ре Эн­то­ни. “Же­лез­ная ле­ди” гро­мо­глас­но под­твер­ди­ла, что он дей­ст­ви­тель­но дли­тель­ное вре­мя ра­бо­тал на со­вет­скую раз­вед­ку. Тем са­мым ока­за­лись на­ру­ше­ны дан­ные ему от име­ни вер­хов­ной вла­сти обе­ща­ния о су­гу­бой кон­фи­ден­ци­аль­но­сти его при­зна­ний. По­сле это­го на ис­кус­ст­во­ве­да об­ру­ши­лось мо­ре бед: ко­ро­ле­ва Ели­за­ве­та скре­пя серд­це вы­ну­ж­де­на бы­ла сме­стить его с долж­но­стей со­вет­ни­ка по ис­кус­ст­ву и глав­но­го хра­ни­те­ля ко­ро­лев­ских ху­до­же­ст­вен­ных кол­лек­ций, Три­ни­ти-кол­ледж ли­шил его зва­ния по­чет­но­го док­то­ра на­ук, а в пра­во­кон­сер­ва­тив­ной прес­се раз­вер­ну­лась ожес­то­чен­ная трав­ля уче­но­го, до­хо­див­шая до тре­бо­ва­ний за­са­дить ав­то­ра бле­стя­щих ра­бот о твор­че­ст­ве Пус­се­на, Пи­кас­со и дру­гих ху­дож­ни­ков за ре­шет­ку. К чес­ти анг­лий­ско­го пра­во­су­дия, оно не под­да­лось на эти ис­те­рич­ные при­зы­вы и не ста­ло воз­бу­ж­дать су­деб­ное пре­сле­до­ва­ние Блан­та.

Он пе­ре­нес уда­ры судь­бы со стои­че­ским спо­кой­ст­ви­ем ис­тин­но­го муд­ре­ца. Уте­ше­ние на­хо­дил в сво­их на­уч­ных тру­дах, от­ве­чая на злоб­ные вы­па­ды рас­ши­ре­ни­ем кру­га ис­сле­до­ва­тель­ских ин­те­ре­сов, пуб­ли­ка­ци­ей все но­вых мо­но­гра­фий и жур­наль­ных ста­тей о мас­те­рах кис­ти и рез­ца. Свы­ше 20 книг бы­ло им из­да­но в этот пе­ри­од! А ры­цар­ское зва­ние Блант сло­жил с се­бя сам (а не был его ли­шен, как ут­вер­жда­ют не­ко­то­рые ав­то­ры), что­бы не вы­ну­ж­дать ко­ро­ле­ву Ели­за­ве­ту при­бе­гать к это­му не­при­ят­но­му ша­гу...
Он про­жил свою жизнь на­стоя­щим джент­ль­ме­ном в луч­шем смыс­ле это­го сло­ва и скон­чал­ся 26 мар­та 1983 го­да в воз­рас­те 76 лет. Со­глас­но за­ве­ща­нию, те­ло по­кой­но­го бы­ло под­верг­ну­то кре­ма­ции, а прах раз­ве­ян на по­ле близ Маль­бо­ро, не­по­да­ле­ку от шко­лы, где про­шли его дет­ские го­ды. На по­хо­ро­нах бы­ло мо­ре цве­тов и вен­ков, при­чем один­на­дцать вен­ков - бе­зы­мян­ные... Так воз­да­ли дань ува­же­ния сво­ему то­ва­ри­щу по борь­бе со­вет­ские раз­вед­чи­ки в Ве­ли­ко­бри­та­нии...

Моль­ер, он же Лист

7 мая 1943 го­да Го­су­дар­ст­вен­ный ко­ми­тет обо­ро­ны СССР по­лу­чил из Нар­ко­ма­та гос­безо­пас­но­сти спец­со­об­ще­ние лон­дон­ской ре­зи­ден­ту­ры об аген­тур­ных дан­ных, по­лу­чен­ных по не­мец­ко­му пла­ну лет­ней стра­те­ги­че­ской на­сту­па­тель­ной опе­ра­ции "Ци­та­дель", ко­то­рая, по за­мыс­лу Гит­ле­ра и его ге­не­ра­лов, долж­на бы­ла ко­рен­ным об­ра­зом из­ме­нить си­туа­цию на со­вет­ско-гер­ман­ском фрон­те. В до­ку­мен­те был про­ци­ти­ро­ван текст про­стран­ной шиф­ро­те­ле­грам­мы от ге­не­рал-фельд­мар­ша­ла Мак­си­ми­лиа­на фон Вейх­са в ад­рес ОКХ (опе­ра­тив­но­го от­де­ла вер­хов­но­го ко­ман­до­ва­ния вер­мах­та). Этот до­ку­мент фак­ти­че­ски рас­кры­вал за­мы­сел гит­ле­ров­ско­го на­сту­п­ле­ния на Кур­ской ду­ге: на­нес­ти глав­ные уда­ры из рай­она юж­нее Ор­ла си­ла­ми груп­пы ар­мий "Центр" под ко­ман­до­ва­ни­ем ге­не­рал-фельд­мар­ша­ла Г. Клю­ге и из рай­она се­вер­нее Харь­ко­ва си­ла­ми груп­пы ар­мий "Юг" под ко­ман­до­ва­ни­ем ге­не­рал-фельд­мар­ша­ла Э. Ман­штей­на по схо­дя­щим­ся на­прав­ле­ни­ям на Курск. Та­ким об­ра­зом, еще за два ме­ся­ца до на­ча­ла гит­ле­ров­ской опе­ра­ции "Ци­та­дель" со­вет­ское ко­ман­до­ва­ние рас­по­ла­га­ло точ­ны­ми дан­ны­ми о на­ме­ре­ни­ях и пла­нах про­тив­ни­ка на лет­нюю кам­па­нию. Это по­зво­ли­ло Став­ке Вер­хов­но­го глав­но­ко­ман­до­ва­ния при­го­то­вить на этих на­прав­ле­ни­ях дос­той­ную встре­чу тан­ко­вым клинь­ям вер­мах­та, пе­ре­мо­лоть их в обо­ро­ни­тель­ных бо­ях и пе­рей­ти в ре­ши­тель­ное контр­на­сту­п­ле­ние... 

Джон Керн­к­россКа­ким же об­ра­зом к лон­дон­ской ре­зи­ден­ту­ре НКГБ по­пал рас­шиф­ро­ван­ный текст те­ле­грам­мы фельд­мар­ша­ла фон Вейх­са? Де­ло в том, что нем­цы поль­зо­ва­лись для за­шиф­ро­вы­ва­ния сек­рет­ных до­ку­мен­тов ти­по­вой шиф­ро­валь­ной ма­ши­ной "Эниг­ма". Со­вет­ская раз­вед­ка, не­смот­ря на все уси­лия, не смог­ла за­по­лу­чить ни об­раз­цов это­го ап­па­ра­та, ни хо­тя бы до­ку­мен­та­цию по не­му.

Сек­рет "Эниг­мы" уда­лось най­ти анг­лий­ской раз­вед­ке. Один поль­ский ин­же­нер, ра­нее ра­бо­тав­ший на гит­ле­ров­ском за­во­де, вы­пус­кав­шем та­кие шиф­ро­валь­ные ма­ши­ны, су­мел со­брать ана­лог это­го уст­рой­ст­ва. Оно по­сту­пи­ло на воо­ру­же­ние бри­тан­ской де­шиф­ро­валь­ной служ­бы.

Увы, де­лить­ся до­бы­ты­ми све­де­ния­ми ра­дио­пе­ре­хва­та с со­вет­ски­ми со­юз­ни­ка­ми бри­тан­цы не счи­та­ли нуж­ным. Од­на­ко лон­дон­ская ре­зи­ден­ту­ра внеш­ней раз­вед­ки ус­пеш­но ком­пен­си­ро­ва­ла этот про­бел, по­сколь­ку в го­ды вой­ны од­ним из де­шиф­ров­щи­ков был Джон Керн­к­росс (опе­ра­тив­ные псев­до­ни­мы Моль­ер, за­тем Лист) - по­след­ний из спи­ска чле­нов ве­ли­ко­леп­ной пя­тер­ки.

Путь Керн­к­рос­са в со­вет­скую раз­вед­ку поч­ти в точ­но­сти по­вто­ря­ет до­ро­ги дру­гих его со­рат­ни­ков, при­вле­чен­ных к со­труд­ни­че­ст­ву Ар­ноль­дом Дей­чем: Три­ни­ти-колл­ледж, Кем­бридж, за­тем гос­служ­ба. Од­на­ко Джо­ну, ро­див­ше­му­ся в Шот­лан­дии в 1913 го­ду в не­бо­га­той се­мье мел­ко­го ла­воч­ни­ка, про­би­вать­ся в эли­тар­ный вуз при­шлось на­мно­го труд­нее. Не влия­тель­ные со­ро­ди­чи и ари­сто­кра­ти­че­ское про­ис­хо­ж­де­ние, а лишь бле­стя­щие зна­ния и ин­тел­лект, раз­ви­тые пред­ше­ст­во­вав­шей уче­бой сна­ча­ла в уни­вер­си­те­те Глаз­го, а за­тем в па­риж­ском уни­вер­си­те­те Сор­бон­на, по­мог­ли ему стать сту­ден­то­м-кем­бридж­цем.

Окон­чив Кем­бридж­ский уни­вер­си­тет в 1936 го­ду, Керн­к­росс ус­пеш­но вы­дер­жал эк­за­ме­ны на го­су­дар­ст­вен­ную служ­бу и был при­нят на ра­бо­ту в Фо­рин оф­фис.

Ра­бо­тая в аме­ри­кан­ском и цен­траль­но­ев­ро­пей­ском де­пар­та­мен­тах МИ­Да, Керн­к­росс имел дос­туп к ма­те­риа­лам с гри­фа­ми "Сек­рет­но" и "Со­вер­шен­но сек­рет­но", и бу­к­валь­но сра­зу стал снаб­жать по­черп­ну­той в них ин­фор­ма­ци­ей не­ле­галь­ную ре­зи­ден­ту­ру (под­дер­жи­вав­шую связь че­рез Дей­ча). С осо­бым ин­те­ре­сом Мо­ск­ва вос­при­ни­ма­ла до­бы­тые им све­де­ния по Гер­ма­нии.

В се­ре­ди­не 1940 го­да его на­зна­чи­ли лич­ным сек­ре­та­рем к лор­ду Хэн­ки. В ка­би­не­те Чем­бер­ле­на этот че­ло­век имел долж­ность ми­ни­ст­ра без порт­фе­ля, за­то в сме­нив­шем его пра­ви­тель­ст­ве Уин­сто­на Чер­чил­ля он ку­ри­ро­вал ра­бо­ту всех сек­рет­ных служб и воз­глав­лял до де­сят­ка пра­ви­тель­ст­вен­ных ко­мис­сий, за­ни­мав­ших­ся во­про­са­ми обо­ро­ны, безо­пас­но­сти, на­уч­ных ис­сле­до­ва­ний. Та­ким об­ра­зом, че­рез ру­ки его сек­ре­та­ря Керн­к­рос­са про­хо­ди­ли важ­ней­шие ма­те­риа­лы из ка­би­не­та ми­ни­ст­ров, спец­служб, на­уч­но-исс­ле­до­ва­тель­ских ин­сти­ту­тов, ра­бо­тав­ших в во­ен­ных це­лях.

Со­вет­ские дру­зья обу­чи­ли Джо­на тех­ни­ке фо­то­гра­фи­ро­ва­ния, и он стал са­мо­стоя­тель­но пе­ре­сни­мать наи­бо­лее цен­ные до­ку­мен­ты. Об ин­тен­сив­но­сти его ра­бо­ты на со­вет­скую раз­вед­ку в этот пе­ри­од сви­де­тель­ст­ву­ет один из от­че­тов лон­дон­ской ре­зи­ден­ту­ры Цен­тру за май 1941 го­да, в ко­то­ром го­во­ри­лось об от­прав­ке в Мо­ск­ву 60 пле­нок с ма­те­риа­ла­ми аген­та Моль­е­ра.

В кон­це сен­тяб­ря 1941 го­да Керн­к­росс пе­ре­дал лон­дон­ско­му ре­зи­ден­ту Л. Гор­ско­му до­ку­мент уни­каль­ной важ­но­сти: ко­пию сек­рет­но­го док­ла­да пре­мье­р-ми­ни­ст­ру Чер­чил­лю о про­ек­те соз­да­ния ядер­но­го ору­жия. Вме­сте с ин­фор­ма­ци­ей от Ли­ри­ка (До­наль­да Мак­ли­на) до­бы­тые Лис­том до­ку­мен­ты сви­де­тель­ст­во­ва­ли, что за­пад­ные со­юз­ни­ки ста­вят ра­бо­ты по ядер­ной те­ма­ти­ке на прак­ти­че­скую ос­но­ву, а зна­чит, и со­вет­ские фи­зи­ки долж­ны как мож­но ско­рее вплот­ную при­сту­пить к этой про­бле­ме...

В 1942 го­ду ап­па­рат лор­да Хэн­ки был под­верг­нут ре­ор­га­ни­за­ции, и вско­ре Джон, по­сле не­про­дол­жи­тель­но­го обу­че­ния, ока­зал­ся в шта­те со­труд­ни­ков бри­тан­ской де­шиф­ро­валь­ной служ­бы. Ска­за­лось как его хо­ро­шее зна­ние ино­стран­ных язы­ков, так и бле­стя­щая ха­рак­те­ри­сти­ка по преж­не­му мес­ту служ­бы.

На­до за­ме­тить, что ру­ко­во­ди­те­ли Ве­ли­ко­бри­та­нии от­но­си­ли де­шиф­ро­ван­ные ма­те­риа­лы к чис­лу важ­ней­ших го­су­дар­ст­вен­ных сек­ре­тов. Их име­ли пра­во чи­тать, по­ми­мо пре­мье­р-ми­ни­ст­ра, во­ен­но­го ми­ни­ст­ра и на­чаль­ни­ка СИС, еще все­го 3 вы­со­ко­по­став­лен­ных чи­нов­ни­ка. Но по­сколь­ку Керн­к­росс сам за­ни­мал­ся де­шиф­ров­кой пе­ре­хва­чен­ных ра­дио­со­об­ще­ний, то Мо­ск­ва, бла­го­да­ря ему, по­лу­ча­ла очень мно­гое из той ин­фор­ма­ции, ко­то­рая шла из не­мец­ко­го ге­не­раль­но­го, мор­ско­го и авиа­ци­он­но­го шта­бов, а так­же из групп ар­мий вер­мах­та и с гит­ле­ров­ских фло­тов.

В кон­це 1943 го­да в свя­зи с рез­ким ухуд­ше­ни­ем зре­ния Джо­ну при­шлось ос­та­вить ра­бо­ту с шиф­ра­ми. Его пе­ре­ве­ли на служ­бу в СИС, сна­ча­ла в Пер­вое управ­ле­ние, за­тем - в Пя­тое, где он за­ни­мал­ся контр­раз­вед­кой в СССР и на Бал­ка­нах. Керн­к­росс обя­зан был, в ча­ст­но­сти, ана­ли­зи­ро­вать пе­ре­хва­чен­ные шиф­ров­ки не­мец­кой раз­вед­ки о ее дея­тель­но­сти в этих рай­онах Ев­роа­зи­ат­ско­го кон­ти­нен­та и изу­чать по ним все аген­тур­ные ма­те­риа­лы, вес­ти учет вы­яв­лен­ных кад­ро­вых со­труд­ни­ков и аген­ту­ры ре­зи­ден­тур аб­ве­ра и СД. В ре­зуль­та­те Лу­бян­ка по­лу­чи­ла спи­сок бо­лее чем ста гер­ман­ских аген­тов в бал­кан­ских го­су­дар­ст­вах.

По­сле по­бе­га в СССР Мак­ли­на и Берд­жес­са Керн­к­росс, как их кол­ле­га по МИ­Ду и вы­пу­ск­ник Кем­брид­жа (хо­тя и не од­но­курс­ник), в 1951 го­ду то­же по­пал в по­ле при­сталь­но­го вни­ма­ния контр­раз­вед­ки. Его доп­ра­ши­ва­ли, од­на­ко Джон от­ри­цал уча­стие в ка­кой-ли­бо не­ле­галь­ной дея­тель­но­сти, а ни­ка­ки­ми ули­ка­ми про­тив не­го след­ст­вие то­гда не рас­по­ла­га­ло. Лон­дон­ская ре­зи­ден­ту­ра по ука­за­нию Цен­тра пре­кра­ти­ла связь с Лис­том, - на вся­кий слу­чай, что­бы на­руж­ное на­блю­де­ние МИ-5 не за­фик­си­ро­ва­ло ее. Пред­по­ла­га­лось, что это вре­мен­но, по­ка тре­во­га не утих­нет. Од­на­ко об­стоя­тель­ст­ва сло­жи­лись та­ким об­ра­зом, что боль­ше во­зоб­но­вить от­но­ше­ния с ним со­вет­ской раз­вед­ке не уда­лось, да и осо­бой на­доб­но­сти в этом уже не ста­ло, по­сколь­ку Керн­к­росс был уво­лен с гос­служ­бы и дос­туп к сек­ре­там со­вер­шен­но ут­ра­тил...

По­сле 1964 го­да бри­тан­ская контр­раз­вед­ка взя­лась за Джо­на вновь, зная на­вер­ня­ка, что он все-та­ки был свя­зан с со­вет­ски­ми спец­служ­ба­ми, и да­же пред­став­ляя, ка­кие имен­но сек­ре­ты че­рез не­го ста­ли дос­тоя­ни­ем Мо­ск­вы.

Как и Блан­ту, ему был обе­щан им­му­ни­тет от су­деб­но­го пре­сле­до­ва­ния при ус­ло­вии, что он от­кро­вен­но рас­ска­жет о сво­ем со­труд­ни­че­ст­ве с Лу­бян­кой. Керн­к­росс со­гла­сил­ся. По­сле за­вер­ше­ния раз­би­ра­тель­ст­ва ему раз­ре­ши­ли по­ки­нуть пре­де­лы Анг­лии. Сна­ча­ла он ра­бо­тал пре­по­да­ва­те­лем в Ка­на­де, по­том жил в Ита­лии, за­тем пе­ре­ехал во Фран­цию. Его воз­вра­ще­ние в Анг­лию в 1981 го­ду сов­па­ло с пуб­лич­ным при­зна­ни­ем Мар­га­рет Тэт­чер в пар­ла­мен­те, что Керн­к­росс был со­вет­ским раз­вед­чи­ком.

В ок­тяб­ре 1995 го­да в воз­рас­те 82 лет он скон­чал­ся, пе­ре­жив всех сво­их то­ва­ри­щей по ве­ли­ко­леп­ной пя­тер­ке. Что бы ни го­во­ри­ли о Джо­не Керн­к­рос­се раз­но­го ро­да кри­ти­ки со­вет­ской раз­вед­ки, ус­мат­ри­ваю­щие в дея­тель­но­сти кем­бридж­цев не­кое амо­раль­ное на­ча­ло, для нас, рос­си­ян, он ос­та­ет­ся ге­рои­че­ским бор­цом с фа­шиз­мом, пре­дан­ным дру­гом на­шей стра­ны (ко­то­рый, по боль­шо­му сче­ту, не на­нес ущер­ба и жиз­нен­но важ­ным ин­те­ре­сам Ве­ли­ко­бри­та­нии). Та­кую па­мять, впро­чем, ос­та­ви­ли о се­бе и Ким Фил­би, и все его то­ва­ри­щи по зна­ме­ни­той груп­пе со­вет­ских раз­вед­чи­ков - вы­пу­ск­ни­ков Кем­брид­жа, уни­каль­ной в ис­то­рии тай­ных опе­ра­ций...

Показать источник
Автор: Александр Пронин
Иллюстрации из архива автора
Просмотров: 871

Комментарии к статье (0)

В представленой статье изложена точка зрения автора, ее написавшего, и не имеет никакого прямого отношения к точке зрения ведущего раздела. Данная информация представлена как исторические материалы. Мы не несем ответственность за поступки посетителей сайта после прочтения статьи. Данная статья получена из открытых источников и опубликована в информационных целях. В случае неосознанного нарушения авторских прав информация будет убрана после получения соответсвующей просьбы от авторов или издателей в письменном виде.

e-mail друга: Ваше имя:


< 2014 Сегодня < Июл >
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031   
Сотрудничество
Реклама на сайте
Мы поддерживаем:



главный сайт ВМФ

Реклама